Противовесы - Андрей Валерьевич Степанов

Меня куда больше интересовало отношение старика к происходящему. Как он смотрит на мое поселение. Как мне его развивать. Сможет ли он, как Учитель, помогать мне — или по-прежнему останется Отшельником?

Отойдя от поселения на несколько сот шагов, я обернулся. Стоя посреди поля, очень приятно наблюдать за тем, как кипит работа. Видно, правду говорят — приятно наблюдать за теми, кто работает. Я бы с удовольствием и сам им помог, только вот кто пойдет тогда за Отшельником, если он знает и признает только меня?

Примерно с того же места, где я сейчас стоял, я, когда-то уже давным-давно, видел здесь только чистое поле, траву и лес в отдалении. Сейчас же лес немного поубавился — хотя, казалось бы, что тут такого? Мы построили всего один дом, но деревья выглядели иначе.

Зато посреди травы стоял дом с пристойной крышей, свежий, только что выстроенный. А вскоре таких домов появится еще больше.

Я еще раз подумал о том, что ограничения, которые могли бы стать игровым элементом, если я и правда нахожусь в игре, здесь практически отсутствуют.

И правда, если сон, в котором я видел мониторы, был не выдумкой, а какой-то моей прошлой жизнью, то вполне допустимо, что я попал в игру. И на самом деле мне не шестнадцать лет — шестнадцать лет персонажу. И теперь мне надо качать ловкость и сообразительность, чтобы по формуле, которую мне выдал Отшельник, а затем поправил Конральд, махать мечом, защищая собственное поселение. Меня бы еще кто защитил.

Как-то не очень хотелось покидать уже обжитые места, но все же я отправился к Отшельнику. Путь предстоял долгий, а если остаться наедине со своими мыслями — не будет ничего хорошего. И потому я предпочел смотреть по сторонам, стараясь заранее увидеть какого-нибудь зверя, если он вдруг захочет на меня напасть.

По итогу я дошел до того, что несколько раз подряд оборачивался, стоя на месте, потому что опасался, что тот огромный волк, который утащил у меня подгнившую кожаную куртку, охотится где-то в полях.

А еще огромный медведь бродит где-то там же. И ведь находят же такие гиганты себе еду! Не сусликами и зайцами же они питаются!

На мое счастье, безлюдная местность была еще и полностью лишена хищников. Поэтому я преспокойно добрался до своего шалаша — правда, промахнулся поначалу где-то на сотню шагов. Но зато по кромке леса точно понял, где стоит искать прежнее жилище.

За время моего отсутствия оно не изменилось и не приобрело нового хозяина. Значит, Отшельник пока не обзавелся новыми учениками, чего я боялся едва ли не больше, чем хищников и бандитов.

Конечно, с моим уровнем силы в принципе не стоит никого бояться, но чем дольше я жил без этого странного старика, тем больше мне казалось безумным все то, что он говорил. Как и система достижений, навыков и прочее. А все лишь потому, что я до сих пор видел лишь одно ограничение, которое было придумано людьми, и это — количество солдат в деревне.

Вода, которую я взял с собой, постепенно подошла к концу, но я знал, что рядом с лачугой старика есть ручьи, есть маленькие водоемы, где можно без труда пополнить запасы. И потому не переживал, что заячьи желудочки опустели.

Другое дело, что я шел без сумки, которую оставил в деревне в тайнике. Правда, при появлении новых жителей и изменении планов строительства, мою «казну» пришлось перепрятать.

Отшельника я нашел варящим очередной суп за хижиной. Большой котел дымился и пах на удивление аппетитно. Поскольку теперь я здесь был редким гостем, я принял решение не подходить со спины. И потому встал напротив, обойдя хижину с другой стороны.

— А, Бавлер, — улыбнулся старик, поправляя рукава, чтобы их не забрызгал булькающий суп. — С чем пожаловал? Чего хочешь?

— Все с тем же, — я улыбнулся в ответ и подошел ближе, втянув аромат супа, и ощутил, что и правда хочу есть. Пара кусков солонины — не лучшая еда в течение дня.

— Так присаживайся, — пригласил он меня. — Сейчас доготовится и угощу.

— Это же не те самые зайцы, которых я тебе поймал?

— Нет, — отмахнулся старик. — Когда я последний раз шел к вам, то поставил еще силков и наловил порядочное количество дичи. Запасы у меня имеются.

— Радует, — ответил я, чувствуя неловкость, как будто собирался родителей в возрасте заставить съехать с обжитого места на новые квартиры.

— Значит, ты готов принять меня в свое поселение? — приступил к деловому разговору Отшельник. — И создал все условия.

— Напомни, пожалуйста, какие именно, — попросил я.

— Удобное жилье и кровать. А еще ты поможешь мне перевезти все мои вещи, — и он указал на хижину.

— Ты про сундук?

— Не только про сундук, но еще и про полки и все их содержимое.

— В целом... готов, но... — я в очередной раз осекся, понимая, что поторопился. Ведь беженцам некуда будет деться, если их выселят из дома. — Похоже, что я пришел рано. Дом готов, полностью. Есть частично мебель, — продолжил перечислять я.

— Но что тебя беспокоит? — Отшельник протянул мне деревянную ложку и тарелку с супом.

— Беспокоит то, что слишком многое случилось с того момента, как ты в последний раз был у нас. Событий произошло слишком много, а я, кажется стал терять нить. К чему нужна тетрадь? Все эти правила и условности? Если в действительности они практически не действуют. Я не вижу ничего такого, что могло бы помочь или помешать — основываясь на записях в тетради.

— Про тетрадь и условности, раз уж ты пережил целый месяц здесь практически с нуля, я тебе расскажу, когда переберусь к тебе поближе и смогу контролировать твое развитие.

— Что?! — вскрикнул я. — Хорошо же ты обо мне думаешь!

— Я так думал о каждом из своих учеников. И больше половины их них полегли в войнах. А когда мне и самому захотелось узнать, что же там такого, я вообще бросил это дело, потому что потерял веру в то, что кто-нибудь из моих