Назугум - Ивар Рави

— Что он сделал? — это был первый вопрос, пришедший мне в голову.

— Вопрос неверный, что с ним надо сделать, так ты должна спрашивать, — Проскурнов поднялся и начал мерить комнату шагами. Я ждал, пока он заговорит.

— Тао Хань, приезжал в Москву в 2013 г в Сколково, где вышел на контакт с нашими людьми, выразив желание работать на нас. В тот момент он был простым аналитиком второго отдела Министерства государственной безопасности Китая. Это был период особого сближения наших стран, когда обменивались разведданными по многим позициям, особенно в части, касающейся США и НАТО. Четыре года, Тао исправно поставлял информацию, касающуюся новейших разработок в сфере информационной безопасности, программ троянов, новейших вирусов, данные перехватов американских переговоров с Тайванем. Словом, информация лилась рекой, а Тао соответственно, получал свое вознаграждение не меньшей рекой.

— А потом он сдал вас и кинул? — Вырвалось у меня.

— Все гораздо хуже — он был двойным агентом, а его «сотрудничество» было инициировано самим главой Министерства государственной безопасности. — Проскурнов налил себе воду и выпил. Помедлив немного, он продолжил:

— Его выход на нас и слив нам информации, оказался многоступенчатым ходом, чтобы получить полный контроль над нашими программами. Каждый файл, присылаемый им на протяжении четырех лет, содержал всего один скрипт — мы все проверяли на вирусы и трояны, ничего не обнаруживалось. Наши программисты обнаруживали один скрипт, дублировавший кодовую фразу, но не несущий угрозу. Скрипт удаляли, но в этом была задумка Тао и его команды. При проверке системы, угрозы не было, но вредоносный код мы сами посадили на свое оборудование, принимая и удаляя лишний скрипт за четыре года. Это технические нюансы, долго объяснять, но суть такова, что в один прекрасный день, примерно год назад наша система полетела. Очистить систему оказалось трудно, программисты справились, но часть информации, касающейся наших агентов за границей, явочных квартир оказалась уничтожена.

Мы так и не поняли бы в чем дело, если бы не молодой хакер из Ростова. Он был пойман нашими сотрудниками и согласился сотрудничать. Именно он, пытаясь найти уязвимость в наших программах, заметил, что после очистки наших программ и серверов изменился код шифрования в одном файле.

То, что говорил Проскурнов, для меня было темным лесом, но я внимательно слушал, чувствуя, что развязка близка.

— Запустив очистку системы, мы воссоздали удаленные скрипты, Троян спрятался в одном из системных файлов, передавая информацию китайцам. Сейчас проблема, конечно, решена, но потери колоссальны — нам пришлось менять все — от явок и паролей, до смены недвижимости во многих странах. Пришлось менять все оборудование, менять все алгоритмы.

— Моя задача? — Не терпелось выяснить, что мне предстоит сделать.

— Дело в том, что этот Тао Хань работал и на американцев, — Проскурнов сделал паузу, — а вот этого, мы ему простить не можем. Твоя задача — сблизиться с ним и поцеловать его в губы.

Мне показалось, что я ослышался, — оглянувшись, увидел, что Алиса еле сдерживает смех.

— Виталий Иванович, я не проститутка, а сотрудник серьезной организации с ваших слов. Может вы ему шлюху снимете — дешевле обойдется!

— Не горячись, Саша, — генерал примирительно выставил руки, — твой поцелуй Кибелы будет для него смертельным. Погуглишь, узнаешь, что значит поцелуй Кибелы.

— Он умрет? После поцелуя? — меня не оставляло ощущение розыгрыша.

— Умрет, но не сразу, спустя недели, может месяц. Тебя даже не заподозрят, подумаешь обычный поцелуй, — Проскурнов говорил серьезно. До меня начало доходить:

— Я его отравлю поцелуем? А почему я, а не эскортница, для вас не проблема найти девушку намного красивее меня.

— Потому что никто кроме тебя, не выдержит помады, твоя задача выполнять приказы, а не обсуждать их.

— Виталий Иванович, или вы мне говорите все, или ищите другого исполнителя, — я шел в ва-банк, но генерал похоже и сам хотел ввести меня в курс дела.

— Если твой поцелуй убьет его, как ты думаешь, что будет с девушкой, у которой будет помада на губах? Там концентрация в тысячу раз выше и опаснее, она умрет не недели спустя, а в течении часа, может двух. Куда девать труп в чужой стране? А если она умрет до того, как она успеет расстаться с Ханем Тао? Думаешь китайцы настолько глупы, чтобы не увидеть связь и не выяснить кто она и откуда? Все наши тесты подтверждают, что твой организм может без вреда для себя перенести колоссальную дозу препарата, смертельную для сотни людей одновременно. От тебя требуется пара поцелуев, чем страстнее-тем лучше.

— Виталий Иванович, а вы уверены, что этот препарат безвреден для меня?

— Абсолютно, — генерал начал злиться, — тебе уже давали дозу втрое выше той, что нанесут на губы в помаде. Но как видишь, ты жива и здорова.

Лучше бы он этого не говорил — до этих слов, я просто планировал убить Проскурнова когда придет время. Но сейчас я знал отчетливо, что он пройдет все муки ада перед смертью из моих рук. Сама идея целовать взасос вшивого китайца меня не радовала, но хоть спать с ним не требуют, а именного этого я опасался с учетом своего пола.

— Поняла, — теперь я сделал умиротворяющий жест руками, — как и где мне с ним увидеться, чтобы китаеза полез целоваться?

— Деловой разговор, — Проскурнов успокоившись сел в кресло, — через десять дней, в Шанхае состоится симпозиум на тему информационной безопасности в медиамедийном пространстве. Участие принимают около сорока стран. Наша делегация почетная, в ней много научных светил и популярных лиц. Ты примешь участие как помощник Генерального директора РТР. Списки делегаций с фото уже опубликованы на портале китайской стороны — там нет ни одной смазливой мордочки кроме твоей. На страницу с твоим фото было осуществлено больше всего переходов. Наш юный хакер вычислил, что большинство переходов с серверов министерства государственной безопасности. То есть, твоя физиономия уже привлекла внимание Тао Ханя, от тебя остается самая малость, сыграть как молодая восторженная девушка, которой льстит внимание мужчин. Этот подонок, — палец генерала указал на монитор с фотографией, — просто помешан на европейских девушках. Он не упустит возможности залезть в твои трусики, тем более что программа симпозиума рассчитана на неделю, времени тебе должно хватить.

— Он поймет, что отравлен?

— Трудно сказать наверняка, симптомы болезни будут напоминать лучевое облучение. Первые симптомы проявятся не раньше, чем через пару недель, это нереально увязать с поцелуем девушки.