Аврора. Заря сгорает дотла - Кейт Андерсенн

— Отчего же — знаю. Стекло разбитой линзы сделано из песка, который первый Блэквинг посчитал за звездную пыль и привез в Буканбург.

— И где взять этот песок?

— На маяке на краю света.

— На краю света?..

— Его луч виден с двадцать пятого меридиана. Правда, найти этот мередиан можно только на карте, которую давным-давно высек на стене своей пещеры горный бард Сваль. Если такая карта где и осталась, то только у друидов Черного Тополя.

Аврора провела пальцами по возникнувшей над переносицей складке, надеясь запомнить подробности. Звучит сказочно, очень далеко и времязатратно, но… если это решит проблемы мира на этой земле… то даже вопроса не возникает, чем ей теперь заняться.

— Хорошо. А что насчет Странника? Что у него получилось?

— Странник…

Сирена мечтательно прикрыла глаза.

— Он великолепен, конечно, хотя все тот же безнадежный мечтатель. И, клянусь, я бы отняла у тебя далекозор и вернула ему, если бы в нем было стекло.

Ро нахмурилась. Может, в таком случае, оно и к лучшему, что Фаррелу досталось по голове именно этой легендарной трубой.

— Хотя во дворце этого никто не заметит — они в принципе замечают так мало. Исмея и вовсе вообразила, что знает, что для кого лучше, а разве ее подданные не теряют таким образом свободу? Потому Странник и отправил жертв ее «праведного» режима…

Сирена умолкла.

— В… другой мир? — догадалась Аврора.

— Империя заняла весь доступный по эту сторону моря мир. Говорят, будто в далекозор видны другие миры, и если только достать компас королевы Мерче, то можно найти туда дорогу, вот Странник и загорелся идеей это сделать, — пожала сирена плечами. — Выходит, ему удалось.

Значит, это те «беглецы», которых на «Аузонии» не обнаружили? Странник перебросил «жертв режима» в 2024 год, на паром, следующий в Палермо. А сам? Она бы на его месте осталась, раз он такой Робин Гуд. Кстати, что насчет Йоргена? Ведь тот факт, что он был один в один похож на щедрого неаполитанца Нелло, не случайность? Не послужил ли он… проводником каким-нибудь? И знал ли об этом Странник? Если да, то откуда?..

Слишком много вопросов. Слишком мало ответов.

— Но почему тогда я — здесь?

— Эксперименты не всегда заканчиваются так, как мы планируем.

Сирена усмехнулась.

— Ладно… Приятно было поболтать. Для разнообразия. Зовут-то тебя как, дитя?

— Я не дитя. Я — Аврора Бореалис, — обиженно выпятила грудь Ро.

— Северная Заря? Хм… это имя подходит тебе… Ты принесешь много добра в этот мир, Ро.

Сирена соскользнула в воду. Ро отмерла и бросилась к окну.

— Погоди! А ты?..

— Меня зовут Финтэ, — махнула сирена хвостом.

— А как же абордаж… — проговорила Аврора ей вслед.

Жертвы режима, риск Странника ради других и путешествие в другой мир, маяк на краю света, звездная пыль, карта с двадцать пятым мередианом, друиды Черного Тополя… Не слишком ли это все? Покруче свечек чистых душ, которые научно доказаны.

— А сама чего? — отозвался один из пикси.

— Ну, и мы еще есть, — согласился второй.

Аврора села на кровать, подпирая подбородок сломанным далекозором.

— Может, это вообще не ты его сломала, — влезла Агора. — А Странник.

— «Эксперименты заканчиваются ведь не так, как мы планируем», — поддакнул третий пикси.

— А трубы делать должны крепкие.

Аврора усмехнулась, глядя на своих «демонов».

— И что это вы вдруг на мою сторону встали?

— Ты же не хочешь, чтоб мы умирали. Можно немного и добрыми побыть, — фыркнула Соция. — Иди. Пикси откроют замок. Ведь так?

— Пара пустяков! — согласились пиксята и просочились сквозь дверь.

Аврора рассмеялась.

— Тут поверишь во что угодно.

— Может, в том и суть?

Хм, как глубокомысленно… Что ж. Не время медлить. Стратегии позднее. Фаррел сам решит, что делать с информацией про маяк на краю света, раз уж он у нас строитель империи. А про Странника, миры и… пассажиров «Аузонии»… надо будет расследовать самостоятельно и тихо. Возможно, императрица Исмея не так уж мила и добра, как она себе навоображала. Гм… Жертвы режима. Что за режим такой?.. «Праведный»?

Аврора сжала в воздухе кулаки и громко выдохнула.

— Что ж, тогда — в бой! Спасибо, что сейчас вы мои друзья. В общем… Мне нужна бочка на палубе. И фонарь. И песок.

Это, конечно, будет блеф века, но… вдруг получится? Ведь если в том, чтобы верить, и вся суть…

— Я найду песок, — вызвалась Агора.

— А я — бочку.

— Фонарь есть в коридоре.

Иногда наши внутренние демоны бывают на нашей стороне. И надо этим моментом пользоваться.

Глава 5. О мастерах абордажа, благодарностях и розовых очках

Море Белого Шепота, в виду острова Мерчевиль.

Аврора осторожно выглянула из люка. Только что она едва не упустила из собственных недр неусвоенный завтрак: первый выстрел пушки содрогнул корпус «Искателя». Великолепно… До абордажа ведь вот такая прелесть происходит, как перестрелка. В дыму видно было плохо.

— Сюда, — позвала Агора тихо.

Призрачной дуэнье дым нипочем. Ро поискала глазами Фаррела.

— Его змеи там, на мостике, — подсказал один из пикси.

— Но он пока справляется.

— Наденьте ему на шею, пожалуйста, — протянула Ро подвеску Агоре и Соции.

Но те испуганно отшатнулись.

— Мы к этой дряни даже не притронемся!

Придется самой. Но как это сделать незаметно — неизвестно. Второй выстрел пушки, на сей раз вражеский. Взрыл море водяной стеной в паре метров от борта. Пираты заулюлюкали в ответ на промах противника.

— Кривые лавочники! — засвистел даже юнга Вир с мостика.

Аврора только подняла брови и покачала головой. Ну детский сад, в самом деле. Со взрослыми потерями.

Капитан Гэрроу стоял у штурвала самолично, на сей раз поддев под камзол рубаху, как следует. Ага, а вон и Фаррел. Бледен, как покойник, ровен, как доска, черен, как ночь.

Дорожка из песка и сажи, так напоминающая порох, тянулась из близлежащего люка к бочонку у бизань-мачты. Туда и продвинулась бочком Аврора. С наскоро подвязанными найденной в каюте все той же красной банданой волосами, в одежке Фаррела она не бросалась в глаза.