Стажер - Елена Кароль

— Ближайшие три дня с утра будем тренироваться по три-четыре часа. Здесь. Если буду занят по работе, старайся тренироваться сама. Можно с Ржевским, я его предупредил. Медитации обязательны, минимум раз в сутки. Через три дня оценим прогресс и я посмотрю, что дать тебе ещё.

Я заинтересованно вскинулась, но Стужев тут же разбил мои радужные мечты.

— В плане нагрузок. Помочь встать?

— Нет, — отказалась. — Иди. Я сама. Спасибо.

Последнее Стужев точно не ожидал услышать, мгновенно вскинувшись и недоверчиво дернув бровями, но потом криво усмехнулся, кивнул и вышел.

Вот и молодец…

Стоило за мужчиной закрыться двери, как с комнаты пропала поставленная им магическая защита, а я, продержавшись ещё пару секунд, протяжно простонала. Ох… Хорошо-то как!

Мне было больно. Мне было обидно. Мне было чертовски завидно!

Но в то же время я не могла не понимать, что именно сегодня произошел тот самый прорыв, который позволит мне двигаться дальше. У меня появился учитель-мучитель, который точно знает, что делать, и точно не будет жалеть. Ему нужен результат.

Как и мне!

Это ли не прекрасно?

Закрыв глаза и блаженно улыбаясь самой себе и своим грандиозным планам, минут через пятнадцать я окончательно пришла в себя и поняла, что дико хочу есть. Зверски!

Энергия, полученная из ядер стихии камня, растеклась по телу, практически вся уйдя во время тренировки и последнего рывка, но это было не то же самое, что энергия, получаемая из обычной еды. Питание ядрами в любом случае не заменяло классического питания. В первом случае большая часть энергии уходила в магические каналы, телу как таковому доставались крохи, пускай на некоторое время и создавалась иллюзия сытости и поразительной мощи.

Но всё же… Всё же ничто не заменит борщ и обычную котлету. Ничто!

Или что там у нас сегодня на обед?

В общем, соскребла я себя с пола, спустилась вниз, по дороге напугав своим окровавленным видом Прохора, но сумев заверить, что в порядке, зашла к себе, прихватив чистую одежду, вымылась, не затягивая, потому что желудок уже начал жрать сам себя, без сожалений выкинула окровавленные и дырявые шмотки в мусорку, а затем на радость Дарье и под ошалелым взглядом Ули навернула три тарелки супа (сегодня был куриный с лапшой) и две тарелки второго: макароны с тефтелями.

Всю эту красоту я щедро сдобрила чаем и пятью ватрушками.

Благодать!

— Полина, у тебя глисты? — неловко улыбаясь пошутила Ульяна, но я видела, как она волнуется. Действительно волнуется!

— Неа, — рассмеялась, чувствуя, как дико тянет спать. — У меня тренировка была, с Егором Стужевым. Он помогает мне стать сильнее, в том числе магически.

— Это… из-за разлома, да? — последние слова она произнесла шепотом и покосившись направо и налево, словно нас могли подслушивать. — К нам утром сотрудник из императорской службы приезжал, давал документы подписывать о неразглашении. Жуткий тип!

— Волков? — нахмурилась, потому что мне об этом никто не сказал.

Хотя это было вполне логично!

— Ага. Взгляд у него… Брр! У меня мурашки от него по коже, — доверительно призналась Уля и Дарья закивала, подтверждая. — И что теперь будет?

— В плане? — Я не совсем поняла вопрос.

— Ну, вообще… — не очень уверенно пожала плечами брюнетка.

— Всё будет отлично, — усмехнулась, не собираясь унывать сама и не планируя позволять унывать остальным. — «Витязи» будут защищать нас и город, я буду сильной и независимой, а мы все — богатыми и счастливыми. Без вариантов! Кстати, пойду-ка я посплю. Если что-то срочное — буди. Если не срочное — сама. Договорились? О, точно! Скоро должен подойти Красильников, он из твоего списка кредиторов. Хочет свои восемьдесят тысяч. Идем, дам тебе денег наличными. Ему передашь только в обмен на расписку и в присутствии кого-нибудь из мужчин. Поняла? Кстати, что у нас по продуктам и прочему? Нужны деньги?

— Да-а…

— И что молчим?

Уля смущенно поморщилась, но потом горячо заверила меня, что сегодня же подготовит промежуточный отчет нашей домашней бухгалтерии, где распишет все расходы, которые у нас прошли за эти три недели, к ним приложит чеки и те записи, где я ей давала денег.

Не стала отмахиваться, понимая, что доверие — доверием, а учет необходим. В итоге мы вместе сходили наверх, я дала ей наличных с запасом, а потом с чистой совестью отправилась в кровать. И плевать, что три часа дня! Наставник сказал «спать», я — девочка послушная, исполняю.

М-м… кайф!

И ничего мне не снилось, красота!

Проснувшись в глубоких сумерках и без особого желания вставать и что-то делать, я не сразу увидела сидящего в кресле Ржевского, небрежно листающего справочник по медицине, но стоило призраку заметить, что я больше не сплю, как он поторопился заговорить.

— Краса моя, наконец-то! Думал, уже до завтра придется все наши грандиозные планы отложить. Как себя чувствуешь?

— Нормально, — ответила почти честно, прикрывая сонный зевок ладонью. — А какие у нас планы?

— Становиться богаче и влиятельнее, — ухмыльнулся гусар. — Помнишь, я говорил, что начал потихоньку воплощать наши… кхм, задумки в жизнь? Я про те, которые связаны с деньгами и преступниками, которые их для нас приготовили.

— Продолжай, — улыбнулась с интересом.

— В общем, эти глупцы, не доверяя банковской системе, предпочитают хранить наличность в личных сейфах и прочих хранилищах, — пренебрежительно усмехнулся Ржевский. — И наивно верят, что их спасет репутация отморозков и ширина стен. Если кратенько: я проник и вынес. Всё!

— Ага… — Задумавшись, поняла, что меня кое-что смущает. — А всё: это сколько?

— Вот знаешь, сильно не считал, — хохотнул поручик, лихо накручивая свои усы. — В килограммах будет где-то под сотню. Но там купюры разного номинала. Если на глаз прикинуть, то миллионов сорок-пятьдесят… Может и шестьдесят наберется. Но надо считать.

— Ага… — повторила уже с растерянностью и не зная, что сказать ещё. Потом немного тревожно взглянула на Ржевского и произнесла: — Дим, а это не перебор? Ты кого вообще обокрал?

— Не обокрал, а экспроприировал! — важно вскинул палец гусар. — Причем не честно заработанное, а точно незаконным путем, сто процентов. И нет, мне не стыдно. И никогда не будет. Я не считаю этих подлецов за людей и разорять их мне не зазорно.

— Ну… — я облизнула губы, в чем-то даже с ним соглашаясь, — допустим. Ты прав. Но тебя ведь не видели? На нас не выйдут?

— Не видели, не выйдут и вообще, им есть чем заняться, — злорадно ухмыльнулся призрак. —