Русский хан - Владимир Лошаченко

Отказаться или не допить – обида нешуточная, местные обычаи я уже знал. Хороша медовуха! Выпил и перевернул ковш – пусть хозяева видят, опустошил до капли.

– Познакомься, Владимир, моя жена Анна. Мы с ней поклонились друг другу.

– Прошу в дом. В коридоре сняли сабли, вошли в большой зал.

Посреди лежала медвежья шкура, на дальней стене висел ковер. Сели за стол.

– Сейчас жена спроворит съестного, погодь маненько, – сказал Семен и достал из стенного шкафа три серебряных чарки.

– Аня, не забудь фряжского вина.

Из кухни вкусно запахло жареным мясом. Семен заговорил вполголоса:

– Анне ни слова, она ничего не знает.

Я понимающе кивнул.

Начали подавать на стол. Чего только не было: стерляжья уха, мясо жареное, курятина, грибочки соленые и прочая, прочая. Натюрморт сей увенчало огромное блюдо со свежими овощами. Моченые яблоки лежали в оловянной тарелке.

– Куда столько? – попробовал я возмутиться.

Бесполезно. Кроме медовухи и пива, подали еще и вино в больших кувшинах с узким горлом.

Чувствую, гулять будем до упора. Нет, надо пить в меру. На всякий случай я попросил отправить работника на княжий двор. Пусть моих гвардейцев предупредит, где меня искать. К нам присоединилась жена хозяина, но посидела недолго – ушла, сославшись на хлопоты по хозяйству.

Мы с Семеном выпили за встречу и налегли на вкусную снедь. Он все порывался крикнуть кухарку, чтобы несла на стол все, что есть в печи, еле угомонил. Широта нашей души не знает границ, у русских, наверное, в крови: гулять так гулять, работать так работать, будто завтра конец света. Меры ни в чем не знаем. Утолив первый голод, я спросил Семена:

– Ты каким макаром сюда попал?

Оказалось, мы с ним влипли в одно время. Скуратов из Коврова ехал во Владимир на своей потрепанной «шохе». Проехав больше половины дороги, остановился передохнуть и отлить. Зашел за ближайшие кустики, сделал свое дело и пошел к машине. Заметил странное явление – туман среди белого дня, вышел к трассе – дорогу как корова языком слизнула. Мало того, и машины нет.

– Как у меня тогда крышу не снесло, сам не знаю, – задумчиво произнес он. – До Владимира по Клязьме здешние купцы подбросили, на своем ушкуе.

– Ну, а дальше как?

– Быстро адаптировался. Сначала служил в княжьей дружине, потом епископ к себе забрал, у него начальником охраны служу.

– Опаньки, ты-то мне и нужен. Сеня, мне край надо к Серапиону попасть, переговорить о важном деле.

– Да без проблем, только не от меня одного это зависит, сам понимаешь, а вообще епископ мужик хороший, с понятием.

– У меня есть волшебное слово. Передашь ему, что скажу, и вопрос решен, – самоуверенно заявил я. – Сеня, по жизни чем занимался?

– В основном, воевал…

– Ни фига себе – на нас Америка напала?

То, что я услышал, повергло меня в шок.

Горбачев с долбанной перестройкой, рухнувшая затем империя под названием Советский Союз, закономерный приход к власти жуликоватых политиков и полный крах экономики. Войны на Кавказе – отдельная песня. У меня от всего услышанного аж скулы свело.

– Суки драные, – только и смог я выдавить. – Наливай, хозяин, помянем нашу великую державу.

Потом Семен рассказал о себе – история типичная для того времени. Закончил Рязанское училище – попал в спецназ. В девяностом году на очередной операции контузило, в придачу поймал пулю в бедро. Из рядов списали вчистую, отправили на инвалидность с нищенской пенсией. Жена сбежала с каким-то делаваром, так называли тогда доморощенных бизнесменов. Семен на жену зла не держал, детей у них не было, денег особых тоже. Грянувший в девяносто первом году дефолт одним махом лишил все население России своих сбережений. Хорошо, «жигуленок» успел купить, на нем пытался таксовать.

– Такое и в страшном сне не привидится, довели до ручки страну, сволочи, – Семен не трахнул кулачищем по столу. – Извини, Владимир, накипело. А у тебя как там жизнь складывалась?

– Да почти аналогично. В семидесятом попал во Вьетнам – рота охраны, наших ракетчиков прикрывали, через полгода при авианалете получил контузию, отправили в Союз. Закончил прерванную учебу в институте, работал инженером на заводе. Тоже в разводе. Здесь женился, сын растет. Вот, кратенько, и все, – подвел я итог.

Мне скрывать было нечего, а что хозяин правду говорит, это я знал точно. Организм такой стал, любое вранье вижу.

– Владимир, у тебя, часом, не ствол под кафтаном?

– Ну ствол, ствол. Углядел, черт глазастый.

Я вынул из-под полы «Стечкин», выщелкнул магазин и, передернув затвор, протянул Семену. Тот его к груди прижал. Ну дите дитем.

– Извини, только сейчас окончательно поверил, что ты из нашего времени. Таких красавцев здесь долго еще не будут делать, – и натурально чмокнул пистолет.

Совсем мужик обалдел.

– Сеня, давай выпьем.

– Да все путем, просто от радости, сам понимаешь. Тут ведь абсолютно не с кем пообщаться, такая тоска иногда подкатывает.

– Ничего, Семен, ты теперь не один. Хочу предложить тебе одно благородное, но опасное дело.

Наш разговор неожиданно прервался: в зал влетела жена Семена, явно не в себе.

– Басурмане к нам заявились, хана своего ищут, ничего не слухают, гыргычут токо по своему.

– По мою душу приперлись. Сеня, пойдем выйдем.

Семен с недоумевающим видом поднялся и пошел за мной во двор.

* * *

На улице меня ждал шаман с десятком гвардейцев, при нашем появлении он шустро слетел с коня и бухнулся на колени.

– Ой, бачка, Светлый хан, еле нашли тебя.

– Вот клоун хренов. Карчи, познакомься – мой земляк, Семен Скуратов, – я незаметно подмигнул шаману. – Семен, это мой посол Карчи.

Хозяин заторможенно протянул:

– Проходите, дорогие гости.

Оставив нукеров во дворе, мы втроем вошли в дом. Семен крикнул:

– Аня, скажи работнику, пусть хлопцам во двор бочонок холодного пива вынесет!

Затем налил в чарки вина:

– Ну, со свиданьицем.

Выпили.

– Владимир, поясни, про какого хана он все бухтел, – Семен ткнул пальцем в шамана.

– Не заморачивайся, Сеня, ну хан я булгарский, делов-то. И говори открытым текстом, мой посол знает, из какого я времени. Карчи, а ты не сиди пнем – ешь, пей и рассказывай. Как там у князя?

– Все хорошо, хан, не беспокойся, тем более такая богатая подарка князь получил, – Карчи захихикал. Я незаметно показал ему кулак. Шаман налегал, в основном, на медовуху, понятно, только из-за княжеского стола. Немного выпив и закусив, я продолжил прерванный разговор.