Кромка - Василий Сахаров

— Благодарю, — не оглядываясь, сказала женщина.

— Что? — не понял я и оглянулся на ведунью в мужской одежде и с мечом на боку, настоящую валькирию с картинки какого-нибудь Бориса Вальехо или Луиса Ройо, только в одежде и без бронелифчика.

— Я благодарна тебе за то, что вчера ты не растерялся и выстрелил в рогатого.

— Не за что. — Я на ходу дернул плечом и поправил ремень карабина.

— Ты не прав. Есть за что. Если бы ты промедлил, черт оказался бы во дворе и наверняка прорвался ко мне. А я… — Елена поморщилась и добавила: — Была не в форме.

— Странно, я думал, что такая сильная и волевая женщина, как ты, не боится никого и ничего.

— У каждого человека имеются фобии и страхи, которые выбивают его из колеи и заставляют делать глупости. Мой страх — это рогатые.

Пару минут мы шли молча, и я решил, что, если Елена первой начала разговор, может быть, с ней получится поговорить о Кромке и местном обществе, и рискнул спросить:

— Елена, а можно задать пару вопросов?

— Спрашивай.

— А ты в самом деле ведунья?

Женщина усмехнулась, и обращенная ко мне половина ее лица, которая была украшена шрамом, дернулась.

— Да, я ведунья.

— А что это значит?

— Тебе просто объяснить или сложно?

— Конечно, попроще. Я мистикой, эзотерикой и магией никогда не интересовался, для меня это сказки, так что объяснения всерьез могу не понять.

— Хорошо. Объясню на пальцах. — Елена сделала круговое движение указательным пальцем и произнесла: — Что ты видишь вокруг?

— Дорогу. Следы колес в подсыхающей грязи. Деревья. Кусты. Птиц. Небо. Солнце.

— Правильно. А я вижу в несколько раз больше тебя, могу определить, что это за деревья, кусты и птицы, а еще знаю, когда небо вновь затянут тучи и пойдет дождь. Я ближе к природе. Поэтому могу видеть многое из того, что скрыто от глаз людей технологического мира, которые привыкли полагаться на автоматы, пушки, танки, самолеты и компьютеры. А раз так, то я могу считаться ведуньей. Подобные мне люди, осколки старого языческого мира, стараются не уничтожать природу, не хапают больше, чем это нужно, и живут с нею в мире. А взамен мать-природа одаривает нас знаниями и своими секретами, повышает шансы на выживание и через нас помогает всем людям.

— Действительно, все просто.

— А в мире нет ничего сложного. Люди сами себя ограничивают многими нелепыми запретами, а потом удивляются, что ничего нельзя сделать.

— Ясно. — Я продолжал движение и задал Елене новый вопрос: — Скажи, а домой, на Землю, точно нельзя вернуться?

— Все говорят, что нет, и я не видела ни одного, кто бы ушел с Кромки живым и здоровым. Многие пытались, но получалось это только у наших далеких предков.

— Значит, был кто-то, способный проходить через порталы обратно?

— Да, были такие люди, давным-давно, примерно пять веков назад. Но как они это делали, никому не известно. Может быть, в других анклавах знают секрет. А у нас в Каменце и других окрестных общинах это знание утеряно.

— Елена, а демоны и упыри — они кто?

— Такие же расы разумных существ, как и люди. Они живут в своем мире, в том самом, который принято считать Нижним, и сюда их ссылают в качестве наказания и для того чтобы они добывали пищу. Так говорят легенды, а пленные из пособников это подтверждают.

— Значит, они, как и мы, пытаются выжить?

— Выходит, что так.

— А почему тогда с ними нельзя договориться? Кромка вроде бы большая, места всем хватит.

На мгновение от неожиданности, а может быть, от нелепости моего вопроса женщина остановилась. Затем, снова усмехнувшись, зашагала дальше и ответила:

— Чепуха это все. Для демонов мы пища, а никто не будет договариваться с едой. Вот тебе простейший пример. Ты голоден и, вооружившись ружьем, вместе с собаками идешь в лес. Там ты убиваешь кабана, разделываешь его и обеспечиваешь себя и свою семью мясом. Самое вкусное оставляешь себе, а кости и жилы кидаешь псам. Это нормально?

— Вполне.

— Вот и подумай. Для демонов, упырей и прочих тварей Нижнего мира мы с тобой и есть лесные кабаны, злобные и опасные, но питательные звери. Только питаются они душами, нашим страхом и кровью, а мясо отдают своим домашним животным и полукровкам.

— Но ведь мы люди! У нас есть разум, общественные нормы, законы, правила, философия и технические изобретения!

— И что? У кабанов, на которых ты идешь охотиться, тоже есть какой-то примитивный разум, и в своем обществе они живут семьями. Это не отменяет того факта, что с каждой взрослой особи можно получить двести килограмм мяса и кожу. Такое же отношение и к нам. Ну и что с того, что мы можем огрызнуться? Ничего. Демоны и прочие сильные твари бездны посылают к нам своих прирученных животных, и потери несут в основном они.

— А если организовать большой поход на демонов и уничтожить парочку?

— Думаешь, ты один такой умный? Были уже такие походы, и не единожды. Вот только толку с них немного. Хотя за минувшие семьсот лет писаной истории Каменца только нашим анклавом были уничтожены семь демонов и шесть серьезных упырей, которых на Земле принято называть вампирами. Но это все не просто так, а через серьезные людские потери. И по большому счету каждый поход оканчивался ничем. Поскольку на место одной уничтоженной твари из Нижнего мира приходила новая, и все начиналось сначала. Демон или упырь создает армию, и вновь льется кровь людей, воинов и повольников, а десятки и сотни мирных жителей вереницами плетутся на правый берег Тихой. В общем, получается какой-то замкнутый круг.

— Елена, а почему с Земли помощь не вызвать?

— Как? Написать письмо президенту России или в ООН? Кто этому посланию поверит? И если поверят, что дальше?

— Как это «что»? Общественность узнает о порталах и точках перехода. Их станут исследовать, а сюда пришлют продовольствие и мощное вооружение. Танки, самолеты, вертолеты, артиллерию, ракетные установки, радары и многое другое.

— Знаешь, Олег, я не специалист по Земле, а местный житель, женщина, которая хотела жить тихо и спокойно, но лишилась семьи и стала ведуньей-бродяжкой, гуляющей с повольниками. — Машинально Елена прикоснулась к шраму на щеке и продолжила: — Но я знаю, что правительства нашей родины в курсе, что есть Кромка, и точки перехода исследуются уже больше трехсот лет. При этом никто не торопится оказывать нам безвозмездную поддержку. Были попытки отправлять сюда танки и броневики, но для них требуются топливо и запчасти, и по местному бездорожью на них особо не разгонишься. Аэропланы присылали, а демоны их сбивали. Многое уже было, и в конце концов про нас предпочли забыть. Официально нас нет, значит, земные правительства не обязаны тратить силы и средства на наше содержание. А широкая общественность, про которую ты говоришь, может быть опасна.