Сумеречный город - Тара Сим

– Связь? – переспросила Риша. – Какая, например?

Она не совсем понимала, почему ее так увлекла эта идея, но вдруг…

Вдруг у них все-таки есть что-то, способное представлять Остиум?

– Я не знаю. – Анжелика покачала головой.

Риша заметила, что она дрожит, и не задумываясь села рядом. Анжелика напряглась, но потом, благодаря исходящему от Риши теплу, начала расслабляться.

– Что ты об этом думаешь? – мягко, но настойчиво спросила Риша.

– Думаю, что один или сразу несколько богов что-то сделали с Остиумом. Я спрашивала Дейю… спрашивала, может, она съела его плоть или… – Анжелика на секунду зажмурилась. – Но нет. Она сказала, что ей достались только его кости.

– Кости, – повторила за ней Риша. – Это как… скелет бога?

– И какая-то его часть может находиться в Нексусе. – Анжелика кивнула.

Риша вдруг перенеслась в прошлое – на торжество в честь Ночи богов. Увидела озлобленных мстительных духов и вопящих мертвецов. Погрузилась в свою силу и почувствовала за ними что-то еще. Что-то холодное, большое и невыносимое. Неотрывно следящий за ней глаз, взывающий к узнаванию и признанию.

Анжелика с Николасом пристально на нее посмотрели, и она поняла, что, наверное, ахнула или тихо ойкнула.

– Костяной дворец, – прошептала Риша и посмотрела на Николаса. – Если у Дейи и правда есть его кости… Если она спрятала их в Нексусе…

Николас понял, о чем она, и у него глаза округлились от сделанного открытия. Да, существовало много историй о том, что дворец был построен из настоящих костей, но все думали, что эти кости принадлежат диким тварям, но никак не богу.

– Поэтому заклинание возможно только в Нексусе, – сказал Николас и тихо выругался. – И все равно, даже если мы сможем как-то использовать это для ритуала, это не помешает богам использовать нас. Мы должны попробовать сломать барьеры своими силами.

– Если наших сил всегда было для этого недостаточно, с чего ты взял, что в этот раз получится? – с неприязнью спросила Анжелика. – Думаешь, любовь, дружба – и во что там еще ты веришь – помогут противостоять богам?

Ришу так потрясла мысль о том, что останки бога могут быть скрыты во дворце, что она не удивилась, видя, как Николас обхватил голову руками, зажмурился и целую минуту не мог произнести ни слова.

Наконец он открыл глаза и достал какой-то листок из кармана.

– Рисунок. Рисунок из гримуара. Нарисуй здесь.

Анжелика недовольно нахмурилась, но сделала так, как он просил, – нарисовала на обратной стороне карты города все четыре мира и добавила в центре Остиум.

Николас выхватил у нее листок и перевернул.

Втянул воздух сквозь зубы и прошептал:

– Нет, нет, нет…

– Ник?

Его лицо стало серым, как пепел, он смотрел на круги в каждом секторе.

Риша сначала подумала, что они начерчены в произвольном порядке, а потом поняла, что это места атак заклинателей.

У них на глазах Николас прочертил линии между кругами, потом дрожащей рукой нарисовал круг в центре рисунка, а затем соединил его с другими.

Когда он закончил, оказалось, что они втроем смотрят на круг заклинаний с Костяным дворцом в центре. Это была точная копия Космического Масштаба.

– Кто-то уже знает о костях, – сказала Риша. – Кто бы ни похищал все эти достопримечательности… это его цена.

– И заклинание в Ночь богов означает, что ритуал будет исполнен, хотим мы этого или нет, – поразительно спокойным голосом сказала Анжелика.

Риша размяла зудящие пальцы и постаралась не слышать, как бьется, словно в траурном марше, сердце и как в тесной карете в унисон ему бьются сердца Николаса и Анжелики.

«Чего бы это ни стоило».

IX

Утро после Ночи богов было холодным.

Таисия сидела на крыше дома тети Камиллы, куталась в куртку Джулиана и наблюдала за тем, как восходящее солнце превращает Нексус в игровую площадку для света и теней.

На западе возвышался купол Стелы Смерти, на востоке – минареты базилики Никса.

На севере блистал девственной белизной Костяной дворец, и перед ним уже была построена сцена. Сцена, которую в нужный момент превратят в эшафот.

Там ею завладеет Никс, завладеет ее разумом и телом, если только она не успеет освободить Данте.

«Мой генерал».

Данте использовал ее как своего генерала, чтобы она помогла исполнить его мечту. Но вместо этого она привела его к падению. Она пыталась по-своему все наверстать, исправить, искупить. Но каждый шаг на этом пути, каждый поворот или попытка пойти в обход пинком отбрасывали ее назад, возвращали страх, с которым она жила, как с собственной тенью.

Умбра выскользнула из кольца и обернулась вокруг запястья. Ощущение от воздуха было каким-то странным, по городу расползалась энергия, Таисия чувствовала, как ее вибрация поднимается от ступней по ногам.

Космический Масштаб скоро выровняется. Время на исходе. Таисия проскользнула в открытое кухонное окно увитого плющом дома Лоренцо. Двое слуг в перепачканных мукой фартуках вскрикнули от неожиданности.

– Пошли вон! – скомандовала Таисия, и слуги послушно убежали прочь.

Она шла по дому, в котором вырос ее отец. Здесь он бегал по коридорам, шалил, играл…

На пути возник ливрейный лакей. Требовательно спросил, что она делает в доме. Таисия щелкнула пальцами, и тени зашвырнули его в ближайший чулан.

Она вошла в гостиную, в комнату, где она так часто находила убежище. В массивном зеркале над камином появилось ее отражение – высокая женщина с распущенными волосами, в изодранной одежде, стоит, ухватившись за косяк двери. Лицо у нее грязное, из-за плеча виден Звездопад. Вокруг вьются тени, глаза прожигают тьму.

Камилла встретилась взглядом с ее отражением. Ярко-синие глаза против черных.

– О, а я уже начала думать, что ты так никогда и не объявишься.

Таисия никак не среагировала. Она сосредоточилась на том, что увидела в зеркале. На зловещей улыбке – улыбке, которая словно прилипла к темно-красному лицу.

Демон.

Существо из страшных снов, оно рыскает между мирами, прячется у тебя под кроватью и выжидает удобного момента, чтобы утащить тебя в никуда. Но одно дело – слушать о чудищах, а другое – увидеть их вблизи.

Это страшное, словно туман, окутывало Камиллу, ползало по всему ее телу, словно какие-то паразиты.

Тетя обернулась и посмотрела на Таисию. В руках она держала гримуар Леззаро. Черные цепи соединяли ее руки с конечностями демона. Одна рука Камиллы была перебинтована, а на животе демона Таисия заметила похожее на воронку небольшое черное пятно.

Энергия демона начала расползаться по комнате, воздух стал