Черное Пламя - Стенли Вейнбаум

Карвер нахмурился, выждал секунду, затем побежал следом.

Фигура, без сомнения, казалась человеческой — но может ли это быть? Здесь, на этом безумном острове, какие угодно виды могли принимать любую форму. Карвер наклонился над павшим врагом, затем перевернул тело. И отказался верить своим глазам.

Это была девушка. Ее лицо, молодое и прекрасное, как у статуэтки из венецианской бронзы, поражало своими тонкими чертами. Она несомненно принадлежала к белой расе, хотя кожа ее загорела на солнце почти до золотого оттенка. Одеянием ей служила пятнистая, как у леопарда, шкура.

Неужели Карвер ее убил? Он начал искать рану — и нашел ее: слабо кровоточащая царапина над правым коленом. На виске алел большой кровоподтек. Но она была жива. Карвер поспешно взял ее на руки и понес к своему лагерю. Он встряхнул свою почти пустую флягу, потом запрокинул голову девушки и влил ей в рот несколько капель коньяка. Вскоре она открыла глаза, и минуту недоумевающе смотрела на Карвера. Зоолога поразили ее глаза — янтарные, почти золотые, и неистовые, настоящие очи вакханки. Ее рука сжимала рукоять деревянного ножа, висевшего на поясе.

Карвер жестом предложил ей флягу, но девушка отпрянула от его протянутой руки. Он потряс сосуд, и при звуке булькающей жидкости его пленница оживилась, взяла флягу, капнула себе на ладонь, а затем, к удивлению Карвера, понюхала капельку, и ее изящные ноздри раздулись так широко, насколько это позволял ее маленький вздернутый носик. Через секунду она уже пила из сложенных чашечкой ладоней, налила еще порцию и выпила и ее. Однако, очевидно, ей и в голову не пришло, что можно пить из фляги.

Ее сознание прояснялось. Она увидела двух убитых тварей и что-то печально пробормотала. Затем она с ужасом уставилась на запекшуюся кровь на своем колене.

— Камо? — прошептала она.

Карвер понял, что этот звук напоминал английское come on, хотя весьма отдаленно.

— Куда? — улыбнулся он. Девушка покачала головой.

— Бу-у-рррум! — произнесла она. — Зуу-ззз!

Карвер понял. Она пыталась подражать звуку его выстрела и жужжанию пули. Он похлопал по стволу пистолета.

— Колдовство! — произнес он предостерегающе. — Лучше будь хорошей девочкой, поняла? — Было совершенно очевидно, что она ничего не поняла. — Thurubi? — попытался он спросить. — Ты маори?

Она молчала.

— Ладно, — буркнул Карвер. — Тогда — sprechen Sie Deuhsch? Или канака? Или — что за черт? Это все, что я знаю, — Latinum intelligisne[13]?

— Камо? — спросила девушка слабым голосом, устремив взгляд на пистолет. Она потерла царапину на своей ноге и кровоподтек на виске, очевидно, приписывая все это его оружию.

— Хорошо, — хмуро согласился Карвер. — Я тебе покажу. Смотри.

Он прицелился в сухую ветку, которая торчала из поваленного ветром бревна в конце коралловой косы. Ветка была толщиной с его руку, но, должно быть, здорово прогнила, потому что вместо того, чтобы отстрелить кусочек коры, пуля раздробила дерево в труху.

— О-о-о! — с силой выдохнула девушка, зажимая уши руками. Она была в настоящей панике.

— Нет, не надо! — воскликнул через мгновение Карвер.

Девушка вскинула руку с зажатым в ней кинжалом. Карвер поймал ее за запястье. Ее мускулы были стальными. Она отчаянно сопротивлялась, но потом разом обмякла, словно подумала: «Какой смысл бороться с богом?»

Карвер отпустил ее руку.

— Сядь! — рявкнул он.

Она подчинилась.

— Где твой народ? — спросил Карвер резко, показывая пальцем на нее, а затем махнув рукой в сторону леса.

Она недоуменно уставилась на него.

— Тогда — где твой дом? — он изобразил пантомимой, как человек спит.

Никакого результата.

— Да какого же дьявола, — пробормотал Карвер. — У тебя же есть имя — или нет? Имя! Смотри! — Он похлопал себя по груди. — Алан. Поняла? Алан. Алан.

Это она поняла тотчас же:

— Алан, — повторила она с благоговением, глядя на него снизу вверх.

Но когда он попытался добиться от нее, чтобы она сообщила свое имя, то потерпел полную неудачу.

Наконец девушка неуверенно поднялась на ноги и издала странный, низкий, печальный крик. На него моментально ответили из подлеска, и Карвер мгновенно выхватил пистолет, так как из кустов снова выскочила стая мутантов.

Девушка с отчаянным воем бросилась между ним и тварями с распростертыми руками, как будто желая защитить дикую компанию.

Карвер уставился на нее удивленно.

— О’кей, — решил он наконец. — Что значит парочка редких образчиков на острове, который ими так и кишит? Отошли их прочь.

Девушка, по-видимому, догадалась, что он сказал. Сверхъестественные существа беззвучно скрылась в лесу, а девушка отступила в сторону, как бы желая последовать за ними.

Карвер снова вспомнил, что в той части Остина, которую он обошел, он еще не видел двух одинаковых существ. Была ли эта девушка тоже мутанткой, существом какого-то иного вида, просто по какой-то случайности принявшим человеческую форму? Или она являлась единственной представительницей человеческого племени, Евой до появления Адама? Была ведь женщина до Адама, вспомнил он.

— Назовем тебя Лилит, — произнес он задумчиво.

Это имя подходило к ее глазам цвета пламени. Лилит, таинственное существо, которое Адам обнаружил в раю еще до того, как создали Еву.

— Лилит, — повторил он. — Алан — Лилит. Поняла?

Она повторила и звуки, и жесты. Без единого вопроса она приняла имя, которое он ей дал.

Карвер вытащил трубку, набил ее, потом чиркнул спичкой и зажег. Он вздрогнул от тихого возгласа Лилит и, подняв голову, увидел ее протянутую руку. Сначала он не мог уразуметь, к чему она тянется, но тут же ее пальцы сомкнулись вокруг брошенной на песок спички! Она пыталась схватить пламя, как человек хватается за кусок трепещущей материи!

Девушка вскрикнула от боли и страха. Тотчас же несколько мутантов показались на опушке, гневно рыча, но Лилит, оправившись от неожиданности, произнесла несколько звуков и заставила стаю убраться прочь. Она пососала обожженные пальцы и удивленно посмотрела на Карвера. И он понял, что девушка не знает, что такое огонь!

Зоолог обработал спиртом ожог и царапину Лилит и призадумался.

— Ну, а теперь, — спросил Карвер, дымя трубкой, — что мне с тобой делать?

Лилит доверчиво смотрела на него.

— По крайней мере, — заключил он, — ты должна знать, что годится в пищу на этом безумном острове. Ты ведь ешь — или нет? — он изобразил процесс еды.

Девушка моментально поняла. Она встала, шагнула к тому месту, где лежала убитая кошка, и тщательно обнюхала ее. Потом сняла с пояса деревянный нож, отрезала сочный кусок мяса и протянула Карверу. Затем отхватила второй кусок и вонзила в него свои белоснежные зубы. Однако такой завтрак не устраивал Карвера.