Нулёвка - Андрей Минин

– Не могу до сих пор вспомнить, как они выглядели! Родители… Была ли у меня сестрёнка, брат? Смутные образы, что мелькают перед глазами, но ухватить не удаётся. В Канцелярии посылают в пешее путешествие. Давно это было, архивов не сохранилось. Мудрят там, скрывают что-то! И я поклялся! Поклялся ещё тогда, в детстве, что защищу дорогое мне, разыщу деревню, в которой жил, и поубиваю всех монстров, очистив земли окрест! Разузнаю о семье… А с моими нынешними силами этого не сделать. Вот и рву жилы. Когда-нибудь время придёт, и я отомщу!!! – экспрессивно закончил я, ударив кулаком о колено.

Не врал. Не упомянул только, что не помню семью нынешнюю, а не прошлую. Мстить я буду за них.

– Тихо, тихо, – стал меня успокаивать Сергуня.

Предметы вокруг стали подёргиваться, злость нашла выход в виде телекинеза, коим я могу поднять на своём ранге около ста кило. Хорошо хоть пенёк, валяющийся рядом, ни в кого не зарядил. На одушевлённые предметы, людей телекинез не действует.

– Ясно. – Успокаивающе покивал он. – Меня просто родственнички сдали в училище. Лишний рот. Хиленький. Дескать, выживет, так хоть пользу принесёт. Им поблажки в налогообложении, а мне служить.

– Ты рассказывал, – толкнул я его плечом. – Пора в путь-дорогу! Конфетку?

* * *

Шёл третий день похода. Из интересного было разве что взбесившаяся химера у девушки из второго десятка, что серьёзно порвала всех рядом. Двум мужичкам руки оторвала! Калеки до конца жизни, так как лечить переломы или головную боль – это одно, а вот отрастить руку, сжёванную тварью, – другое. Тут нужна больница, лекарь ранга четвёртого, пятого и дорогие порошки да микстуры. Таких денег у них нет. Армия не поможет. Страховка рядового покрывает разве что насморк. Спишут вчистую, как назад вернёмся. А сейчас их товарищи поддерживают.

Поговорил с ними. Честные, открытые мысли. Предложил ко мне на ферму идти. Охраннику две руки не нужны. Обещали подумать… Собираю потихоньку верных людей.

– Встаём на ночевку! – выкрикнули из центра нашей цепочки, передавая новость. Очередной день без приключений. Большая поляна, рядом с озером. А вода голубая-голубая. Сапфир чистой воды!

– Купаться пойдёте, парни? – Скинул я штаны.

– Давай! – сразу согласился Серёга, а за ним и Богдан, которого не спрашивали. Миша в отрицании покачал головой. Давно заметил, что он стесняется показывать исполосованную спину. Кнутом его серьёзно приласкали. Зажить-то зажило, а вот шрамы остались.

Половина десятка собрались с нами, пока Святополк руководил оставшимися. Питались все раздельно, со своими! Так что этот поход мало отличался от прошлого. Еловых лап на постели нарубить, хворосту собрать и покушать.

– У-у-ух-х-х, бодрит!!! – на всю округу закричал Гостомысл, брызгаясь во все стороны. Дитё сумасшедшее! Псих – это мелочи!

Я отплыл подальше, нагнулся, занырнул и вытащил на поверхность смачный шмат слизкой грязи. Размахнулся и швырнул всё в Серёгу. Как он взвизгнул! Вот это веселье! А не дискотеки. Трястись под музыку в десять лет? Зачем? Сейчас другое дело. Писюн окреп.

– Ах ты, гад! – кричал он, пытаясь догнать меня вплавь.

– Бодрячком? – Заржал я, уворачиваясь от его снарядов из водорослей.

Пока плыл, показалось, что меня кто-то поглаживает под водой. Списал всё на водоросли, а зря! Нет! Покупавшись, все выбрались на берег без происшествий. Всё произошло позже.

– Хан, вода закипает! – позвали меня к котлу, как главного кока отряда.

– Бегу, – отряхнулся я от воды и схватил незаменимую корзинку Путяты, полную трав, собранных сегодня. В отдельном кулёчке лежали съедобные, специально для ужина отобранные! Крапивный суп будем вкушать. По моему рецепту. Побольше крапивы, дикого щавеля и лука, душицы и мяса зайчика, которое нужно мелко нарезать. Соль и перец по вкусу. И… похлёбка готова!

– Приятного аппетита! – пожелал я мужикам.

– Спасибо, спасибо… хрум, хрум, – заработали все ложками.

Сон не шёл. Звёзды светили в лицо, словно фонариком. В озере что-то плескалось. Рыба, наверное. Шорохи странные… Что за чёрт? Стал я оглядываться, ища угрозу. Часовые спали. Как у нас, так и у соседей. Ну, задам я трёпку Богдану! И похрапывает ещё так сладко.

Несколько человек встали. В том числе и Миша. Глаза белые, не видят ничего. Человек двадцать набралось. Собрались кучкой и давай к озеру идти. Запинаются, падают, но идут. И здесь зомби! Американцы не врали…

– Святополк! Серёга! Гостомысл, вставайте! – Ни тряска, ни смачные подзатыльники не помогали.

Чёрт! Как я не заметил! Барьеры разума были подточены, словно кто-то пытался внушить мне мысль. Только вот со мной такое хрен проведёшь! Лунатики же совсем без мозгов, видимо, раз таким минимальным воздействиям поддались. Но усыпили остальных качественно! Сотник громче всех храпит! Я один что ли разум учил? Делать нечего. Потопал след в след за компашкой одурманенных. Темно, глаз выколи!

Не знаю, откуда, но обойдя озеро слева, мы вышли к сказочному заливу! Когда ложились спать – его не было. Повсюду летали фейки, распыляя пыльцу на незадачливых мужиков, перекрашивая их кожу в розовый, сиреневый и золотой цвета. Я стал в крапинку. Их хихиканье стояло повсюду, но не злобное, а весёлое. Сами они были словно девочки, лет пяти-семи, плохо выговаривающие слова и уменьшенные до размера ладошки. С крылышками, как у стрекоз. Домики их находились в кувшинках, что открылись на ночь глядя, под светом звёзд и луны. Большие! С арбуз размером. Красиво…

Вода вспучилась, яркая, словно подсвеченная изнутри, и под пение птиц из глубин стали всплывать русалки! По берегу, не обращая внимания на бедлам, гуляли единороги, испуская в пространство первобытную мощь. На таких где сядешь, там и слезешь.

Неужели мне приведётся увидеть ритуал зачатия середины лета, когда волшебные звери встречаются и выбирают себе пару? Человеческих же мужей сюда призвали явно русалки, а я смог пройти, так как считаюсь ребёнком, даже по меркам зверей. Вот свезло!!!

Столько волшебства я и не видел никогда! Фениксы, парящие в воздухе и исполняющие фигуры высшего пилотажа, машущиеся хвостами. Воздух вокруг них горел! Кентавры, со своими плясками и прыжками через костёр. Великаны, заглянувшие на огонёк. Кого тут только не было!

Самое же интересное для парня переходного возраста происходило в глубине кустиков, где прекрасные, как Афродита, водные девы, сменившие хвосты на длинные стройные ножки, занялись уведёнными из лагеря мужиками… На каждого было по две-три девушки. Зелёноволосых и желанных. Думал посмотреть, но получил хвостом от вынырнувших русалок помоложе. Пришлось заняться другим: щекотать феек, добывая пыльцу, драться на палках с лесовиками за орехи из сердца леса и пытаться подольститься к водяному, в надежде получить разрешение глянуть за творящимся хоть глазком.

Наутро всё растаяло как туман. Ни прекрасных дев, с их стонами, ни волшебства. Я, пока никто не очнулся, прятал добычу. Самцы же нашей сотни оказались наполовину в воде. Волшебная заводь исчезла. Отплёвываясь, они непонимающе смотрели по сторонам. Такова сила сего места. Эти воспоминания безвозвратно стёрты. Лишь я был приглашенным, хоть и невольно. Они – скорее бычки-производители. Сделал дело, гуляй смело! Эх! Побыть бы бычком…