Некурящий - 2 - Антон Федотов

Эльфийка напряглась, словно бы сжавшись в комок, но не сопротивлялась. А когда поняла, что я всего лишь стремлюсь "приобнять" ее поудобнее, так и вовсе… Расслабилась. Едва я снова замер, Алисиэль вновь вцепилась в мою одежду и расплакалась.

"Не ходите дети в Африку гулять!", — только и пришла мне на ум строка из детского мультика, пока рука успокаивающе, но ОЧЕНЬ неторопливо гладила остроухую по волосам.

Что ж, а кто сказал, что будет легко?

* * *

— Зачем?! — Шепотом ооооочень тихо взвизгнула эльфийка.

— Скучно… — Честно признался я.

И то дело… Мы валялись уже не меньше полутора часов. Точнее сказать не могу по причине насквозь банальной. Не извернуться мне пока, чтобы на часы посмотреть. Да и телефона, даже если и предположить, что я до него мог бы дотянуться, с собой нет. Ну вот и ущипнул рыжую за попу.

"А еще мне примерно нужно понять, с чем именно придется иметь дело… Ведь рано или поздно угроза минует, и мы все же поднимемся!", — Закончил про себя я. А хренов "Хр…" предупреждал, что дочка у него вполне может быть привычной к совершенно другому обращению. Все-таки хоть ей попу до полувека и не подтирали, но условия жизни у девочки были достаточно тепличные. Но точно ГлаУшастый не знал. Не особо он отцовскими обязанностями заморачивался, вполне резонно полагая, что в первую очередь правитель обязан решать несколько иные вопросы.

Так что пока есть время — нужно пользоваться! Иерархию, в смысле, выстраивать, а не продолжать лапать. Хотя… Если одно другому не мешает… Да и пусть лучше злится, чем хнычет или впадает в апатию.

— Еще раз такое себе позволишь — я постараюсь, чтобы Атама-дар-геок тебе раем показалась! — Холодно ответила "каралевишна".

Или как там будет подобное производное от слова "принцесса"? А как сказано-то? Ледяной тон, надменный взгляд и длинная череда рожденных повелевать предков за спиной. Все это делало обещание очень и очень убедительным.

— Ты когда-нибудь билась против двух демонов-ликвидаторов высшего круга? — Улыбнулся в ответ я.

Худенькое тельце от таких предположений аж вздрогнуло.

— А я не далее как несколько дней назад против трех демонов стоял…

Эльфийка неловко сглотнула. Удобно врать эмпатам — они ВСЕГДА знают, когда ты говоришь правду.

— Ты же говорил двух… — А голосок-то не дрожит… Пока.

Дайте срок.

— Все верно, — шепнул ей на ухо я. — Два демона-ликвидатора и суккуба из Правящего Рода.

— И ты вступил с ними в схватку? — Немного высокопарно спросила она, уже зная, что я отвечу.

Представляю, как от меня сейчас шибает внутренним довольством.

— О да… Рукопашную! — Честно подтвердил я. — И выжил.

"А вот про то, что тренировочную и продержался всего несколько секунд можно и умолчать! И пусть даже такой результат — очень и очень немало, но если быть до конца откровенным, эффект будет совершенно не тот!", — решил я.

— А… — Слегка "потерялась" рыжеволосая ушастая. — В Форте только одна суккуба Старшего Рода — *полное имя Син*…

— "Принюхайся" ко мне, ушастенькая. — Добрым и даже слегка застенчивым тоном попросил я.

Эльфийка сосредоточилась.

"Слабовата все же она!", — пришло мне на ум. Это ведь не магия, а свойство многих обитателей Алора — чувствовать… Иные вещи.

Карие (!!!) глаза ушастенькой в изумлении распахнулись.

— На тебе метка! — Шепнула она в некоем почти священном ужасе.

Все-таки да, не очень сильна. Ей секунд тридцать понадобилось, чтобы сообразить что к чему.

— А как мне еще затащить высшую демоницу в постель? — Притворно вздохнул я.

Контраст должен быть изумительный. Наверняка Алисиэль чувствует, что "сожаление" мое притворно, а вот суккуба (ВЫСШАЯ) в моей постели все же побывала. И не объяснять же ей, что она туда сама забралась, да еще и в сапогах. И фиг ее изгонишь! А вот что там было, и, вернее, чего там НЕ БЫЛО — для ушастенькой останется "за кадром".

Кажется, я почти убедил менталистку, что со мной можно дружить.

— Мой отец тебя уничтожит! — Запальчиво воскликнула она, сверкнув глазами.

Но все еще не рискнув вырываться.

Нашим легче. Вернем девочку на грешную землю.

— Я заключил контракт с твоим отцом… — Признал я.

На лице эльфийки вспыхнула победная улыбка.

— … И имею право тебя убить, если это будет нужно для выполнения задачи.

Улыбка спала мгновенно. Увы, девочка, в той жопе, куда мы умудрились по воле твоей забраться, лучше иллюзий лишиться сразу.

— Тем не менее, у меня другие планы, — признал я. — Тем более, обстоятельства, похоже, здорово изменились.

Будь бы у меня свободна хоть одна рука — наверняка бы почесал затылок. Очень мне не нравилось ощущение вставших дыбом волос.

— Короче, предлагаю добраться до укрытия и там решить, что делать дальше! Ты согласна на мое предложение?

— Согласна! — Быстро ответила та.

"Эээээ, нет! Так дело не пойдет, серьезнее надо быть, серьезнее!", — решил я.

— Знаешь, мне тут в руки недавно попалась темная эльфийка Из "Карателей", — начал вновь нагнетать обстановку я.

Алисиэль поежилась. Арота-дажта — очень серьезные бойцы.

— Она мучалась? — Нашла в себе силы улыбнуться рыжая, будто для нее это обычное дело пленить темноушастого бойца.

— Кричала громко, — честно признал я, но тут же вновь вполне "лицемерно" добавил. — А от чего уж мне не ведомо!

Ушастая уже в который раз вздрогнула. Похоже, с фантазией у нее все отлично. "Каратели" умирали молча — это дело чести. Так что сейчас девочка воображала все те страшные пытки, что могли бы заставить темную "подать голос".

— Долго? — Хрипло поинтересовалась Алисиэль, словно у нее вдруг пересохло в горле.

— До утра, — мечтательно протянул я (легли мы тогда и впрямь поздно, так что хвастаться тут особо нечем!). — Пока я не решил, что получил все что хотел…

— А она? — Уже совсем шепотом уточнила рыжая.

— А она получила все что заслуживает! — Самодовольно кивнул я.

Что поделаешь, ЭТИ воспоминания и впрямь напоминали о чудесных моментах. Интересно, как это видится сквозь призму восприятия менталистки?

Эльфийка задумалась. Глубоко.

Я же спокойно добавил, словно само собой разумеющееся:

— Не стал ее убивать. Утром отпустил живой!

Вот теперь даже эмпатом быть не надо, чтобы прочувствовать, как пробрало Алисиэль. Оставить "карательницу" живой после того, что она навоображала — обречь себя на долгую и очень мучительную смерть. Интересно, каким же самоуверенным чудовищем она меня теперь считает?