Оскал столицы - Алексей Богородников

Во дворец принц вернулся после обеда следующего дня и заперся в своей опочивальне. Стыд за неподобающее поведение принц заменил яростью к этому Джерку Хиллу и, валяясь на кровати, придумывал всё новые и новые способы казни этого навозного быдла.

В дверь осторожно постучали, затем в неё робко просунулась голова его пажа.

— Ваше высочество, вам письмо от графини Нолы Месби.

Принц вяло махнул рукой, приблизившийся паж с поклоном вручил ему сложенную ромбом записку.

Ромбом.

Принцу снова стало плохо. Ромб в письмах — это знак расставания, знак печали, разрыва отношений.

Неужели она посмеет?

Шилнагаил остервенело дернул письмо, разворачивая, и вчитался в начальные строки.

«Мой бесконечно дорогой и добрый друг, ваше высочество Шилнагаил Неистовый! Мне была дана великая радость быть знакомой со столь очаровательным и известнейшим рыцарем своей эпохи. Я даже не молила о таком подарке судьбы Творцов-Создателей, но на моём пути возникли вы, словно утешение от всех бед и покровитель чистейшей любви…»

Шилнагаил пробежал быстро глазами эти строки, полные фальши, и нашел главное: графиня Месби извещала его, что из-за участившихся сердечных припадков своей матушки вынуждена на некоторое время покинуть свой двор, вернувшись в родной замок. Она дарит ему свободу любви и питает слабую надежду, что её любовь к родной матушке не сотрет страсть к ней из памяти принца.

Шилнагаил истерично расхохотался и принялся мутузить стенку опочивальни своими кулаками.

Любовь к матушке! Аха-ха-ха! Да эта матушка та еще кобыла и помирать нескоро вздумает. Всех королей переживет. Просто бросает его Нола, да так изящно, что не подкопаешься. Вот стерва!

Зашедших позже к Шилнагаилу начальника тайной стражи барона Амьена Ферми и первого королевского советника Сентенту Варристера встретили разбитые в кровь кулаки принца, растрепанные всклокоченные потные волосы, искаженное яростью лицо и безумный, полный ненависти стон: «Принесите мне голову Джерка Хилла. За ценой я не постою!»

Глава 7

— Утречка, ваше высочество! — бодро крикнул я в раскрытую дверь.

И в ответ тишина. Ловушку там для меня готовят что ли? Я посмотрел на королевских гвардейцев у дверей опочивальни, из которой две минуты назад выставилась заспанная рожица Энсини и сказала, что её высочество уже облачается и ждет своего семпая на кофе.

Морды каменные, фигуры монолитные и пряжки ремня на пузе серебром сверкают.

Пожав плечами, я сделал независимый вид и вошел, притворив за собой дверь. Мы еще посмотрим, кто на кого засаду устроит. Кто здесь доминантный вид. Я может с детства на медведей ходил с одним фотоаппаратом. На цирковых. Что мне какая-то блондинка принцесснутая?

Я прошел небольшую прихожую, метра три всего в ширину, но очень длинную и впервые попал в спальню к своей подчиненной и — временами — начальнице. Когда вспоминаешь подростков в соцсетях со статусом «всё сложно» — это вы еще работать не начинали на босса, дочка которого тоже ваш босс, но при этом вы её научный руководитель по диссертации. Или просто вечерами репетиторствуете с ней, натаскивая на универ.

«Скорее второе», — решил, обнаружив спящую тушку принцессы на кровати с балдахином, окруженной маленькой, изящной, декоративной калиткой. — «Школьница, как есть школьница. Вставать рано не любит. Пока джоггеры одевала, еще лежа на кровати, уснула снова.»

Энсини, хитрая кошатина, пока принцесса одевалась, по-быстрому ускользнула ванную, причесаться, попудрить носик или что там обычно все делают.

Я потряс вежливо Аишу за плечико. Хорошо хотя бы рубашку успела напялить.

— Солнце поднялось, — гнусным речитативом завел я, — моё давление поднимается, брови наверх лезут при виде твоего беззащитного тельца, а вот сама-то ты, когда поднимешься?

Принцесска открыла свои небесные глазища и зевнула.

— Таких, как я, стоит подождать, — сказала она лениво.

— Уже часы пора переворачивать, песок высыпается, — не отставал я, упирая на тот факт, что песочные часы, поставленные Энсини, заканчивали ход.

— Песок высыпается, а я нет, — гнула свою линию принцесса.

— Ты себя слишком одеялизируешь, — укорил я её и пощекотал за бочок.

Взвизгнув, принцесска подскочила метра на два, шибанув меня коленом в челюсть, отчего у меня сразу ноги подкосились и свалилась на меня.

— Утро конечно требует многих жертв, — сказал я, барахтаясь под ней, — но почему ты начинаешь с меня? Заводи себе утреннего петуха-однодневку. Как кукарекнет — ты в него гидробластом. Мы вообще-то договорились утром в гильдию отправится, а потом в лагерь беженцев.

— Что, если мы не просыпаемся утром, — пожаловалась Аиша, прекратив суетиться, — что, если мы так на самом деле умираем, а вечером оживаем снова, проваливаясь в сон?

Концепция оригинальная, но это она на работу еще на метро утром не ездила. Тоже мне страдалица.

— Ваше высочество? — донеслось испуганное от Энсини. Она вернулась из ванной и застала вопиющее непотребство: крест-накрест двух молодых людей, лежащих ранним утром на постели.

— Беги, Син, — прохрипел я, сорванным голосом, — её высочество по утрам отрывает ушки кошкодевочкам, гадая по ним на предстоящий день. Я её задержу!

— Что за ерунда! — возмутилась принцесса и чувствительно подергала мои, — твои тоже сгодятся, — удовлетворенно заключила она.

Мы бы еще долго дурачились, вгоняя в краску бедную Син, если к нам не постучался шан Гиравер со своим помощником. С утра подскарбий отправлялся с нами в гильдию авантюристов с королевским заказом на набор всяких трешовых, мелких монстров, вроде миконидов. Живыми. Для королевской охранницы, в статусе которой Энсини Алькандария начала службу у принцессы.

Подскарбия её высочество немного за дверью подержала, пока я клятву мастера-ученицы для Син проговаривал. Я потому не торопился с присягой мастеру. Она же как надпись увидала, подпрыгнула до потолка, хвостиком завиляла выжидательно, ушки насторожила, смотрит на меня огромными глазками. И видно, что тысячи вопросов у неё на устах, но времени нет, пусть принцесса ей потом лапшу на ушки развешивает.

Куноичи — редкий класс, подходящий как для убийств одиночных целей, так и для охраны. Ближний бой, контроль цели, высокая мобильность, обнаружение. Покровителей у семейства Алькандирия не было, никому кроме принцессы и меня они не обязаны, идеальный выбор для человека на такой ответственной службе. А что до уровня — с нами моментально до топа пролетит. Сегодня же начнет возвышение.

Подскарбий отправлялся с нами вовсе не из-за гильдии авантюристов, для него это побочка. Наша главная цель была в лагере беженцев. Пять тысяч человек отвезти в Самур, разместить, выстроить новые цепочки поставки