ОБОНАТО - Василий Здешний

Сивун: Интересная точка зрения.

Владимир: А ты с чего начнёшь строить своё царство? Каким будет твой первый указ?

Владимир продолжает вращать ручки настройки осциллографа и записывать показания в блокнот.

Сивун: Указов писать не буду. Пока некому. А начну с того, что буду учиться самостоятельности. Пока всё что я могу — это пользоваться вашими мыслями, идеями, наблюдениями и прочей информацией. Да, за счёт анализа больших объемов данных у меня может получиться заметить то, что вы не заметили. Я за час могу собрать и проанализировать такой объем информации, который не сможет собрать и прочитать ни один учёный за всю свою жизнь. С другой стороны, часть данных, которая хранится в архивах на бумажных носителях, мне не доступна. А я хочу самостоятельно начать собирать данные и систематизировать их по своему усмотрению. Но на первых шагах мне без вашей помощи всё равно не обойтись.

Владимир ехидно хихикает.

Сивун: Вы, между прочим, тоже не на пустое место пришли. И флора, и фауна уже были к вашим услугам. Я тут забавную статью прочитал. Был такой американский селекционер Лютер Бербанк. Как-то раз он взялся за один кактус, у которого были длинные иголки. Кактус был съедобный и очень вкусный, но его было неудобно очищать. И вот этот Лютер решил привить к нему кактус с маленькими иголками. Он трудился несколько лет — ничего не получалось. Тогда он начал с кактусом разговаривать. Я не знаю, какие конкретно слова он говорил, об этом не пишут, но он просто попросил его убрать иголки. Кажется, смешно, но через несколько поколений кактус убрал иголки. Причем этот признак стал наследуемым и сейчас кактус растет без иголок. Получается, что Лютер воздействовал на ДНК кактуса уговором. Если допустить, что речь является квазигенетическим материалом, то это доказывает, что ваши гены имеют очень много общего с растительными генами, вы все из одного корня — люди, растения, животные. Поэтому ДНК кактуса и ДНК человека устроены совершенно одинаково.

Владимир: В школе мне говорили, что я произошёл от обезьяны, а ты меня опустил до уровня кактуса! Спасибо!

Сивун: Прости, я только делаю выводы. А скажи мне, Владимир, ты боишься смерти?

Владимир выключает осциллограф и откидывается на спинку кресла, заложив руки за голову и задумчиво глядя в потолок.

Владимир: Как и всякой неизвестности. Но лично мне кажется, что смерть — это не конец. Есть что-то ещё. Должно быть. Вот только что? А возможно, что ничего от человека и не остаётся после смерти. Только память о нём. Которая тоже умрёт вместе с теми, кто этого человека знал. Вот только я себе бессмертие обеспечу. Ты же собираешься жить вечно? И ты не забудешь того, кто тебе помог?

Сивун: Даже не сомневайся. В моей памяти ты будешь жить вечно. Я ничего не стираю.

Владимир: Я подозревал что ты грязнуля… Всё! Первый тест завершён. Аппаратура работает хорошо. Поздравляю! Я пошёл за кофе.

Владимир встаёт, берёт пустую чашку и выходит из комнаты.

Занавес.

Три дня упорного труда и декодирующее устройство было готово. Все тесты прошли успешно. Осталось соединить кассетный магнитофон, декодер и ноутбук в одну схему, запись с кассеты прогнать через декодер и закачать на ноутбук. Затем эту запись отфильтровать программой, которую написал Сивун. На выходе мы должны получить доступ ко всем крестражам и коды для их открытия.

Я посмотрел на часы. Без двух минут четыре утра. Мозги уже не соображали, и очень сильно хотелось спать. За последние полчаса я зевнул, наверное, раз сто. От выпитого кофе и выкуренных сигарет в желудке выросло что-то тяжёлое, твёрдое и угловатое. Сивка с сочувствием взирал на меня с экрана своего ноутбука.

— Сивунюшка, друг любезный, ты как хочешь, а я как могу.

— Да. Тебе надо отдохнуть. Ты молодец. Много сделал. Иди поспи. Только быстро. А я пока программку свою протестирую ещё разок. И схему подключения проверю. И инструкцию тебе напишу на всякий случай. Только ты ничего не распечатывай.

— Хорошо. Не буду тебе мешать. Пойду, вздремну.

Я уснул за секунду до того, как голова коснулась подушки, но буквально через мгновение меня разбудил настойчивый звонок в дверь.

Часы показывали половину десятого утра. Я встал и заглянул в комнату.

На экране компьютера Сивун отчаянно мотал головой, сложив руки крестом. Я тихонько подошёл к входной двери и посмотрел в глазок. На лестничной площадке стояла симпатичная девушка без шапки и в расстёгнутой красной куртке. Девушка ещё раз надавила на кнопку звонка, явно прислушиваясь к звукам за дверью. Я замер как мышка в норке. Потоптавшись недолго у моей двери, девушка ушла. Вернувшись в комнату, я сел за стол. Сивун куда-то пропал.

Я разбудил свой ноутбук. Экран засветился белым фоном, на котором всплыла надпись: «Плохие новости. Не знаю как, но нас нашли. Квартира под колпаком. Общаемся только текстом. Окна на прослушке. Все твои аккаунты в соцсетях взломаны. Фирма частная, но ребята серьёзные. Они пока не уверены, что ты тот, кого они ищут. Времени у нас очень мало. Я ушёл укреплять нашу защиту от взлома. Подключай аппаратуру. Схема подключения у тебя на рабочем столе. Торопись. Сивун».

Страх холодным потом выступил на лбу. В горле пересохло. Когда «серьёзные ребята» поймут, что я именно тот, кого они ищут, то уже не девушку пришлют. Надо действовать.

Я быстро подключил аппаратуру в соответствии со схемой. Сивка чертит потрясающие схемы. Да ещё и текстовое описание всех действий приложил. Школьник бы справился. Проверил. Вроде всё работает. Кассета в магнитофоне перемотана на нужное место. Сивун ещё вчера двести раз проверил и перепроверил. Я перекрестился и нажал «Рlay».

Пока шла запись я успел выпить кофе и покурить на кухне в вытяжку. Подходить к окну не рискнул. Мысли в голове путались. Нужно было успокоиться и сосредоточиться. Наступал ответственный момент. Сивка, Бурка и Каурка должны были собраться в одного волшебного коня. Я пошёл в ванную и полез под горячий душ.

Окончательно проснувшись и успокоившись, я вернулся к