Наномашина. Том 1 - Хан Джунволья

– Для того чтобы освоить материал, требуемый для сдачи второго экзамена, у вас есть двадцать один день.

– Так мало? – растерянно зашептали ряды новобранцев, выстроившиеся в пять шеренг на поле. Оказалось, что угнаться за темпом обучения в Академии будет непросто.

– Через три недели двадцать команд будут соревноваться друг с другом, применяя тактики и стратегии, которым вас обучат за это время. Сдадут экзамен только десять команд-победителей.

Это означало, что на следующий этап перейдет только половина учеников, а двести человек будут исключены по итогам второго испытания.

– Следующий экзамен – первый и последний тест, где вам придется быть заодно. Поэтому если будете думать только о том, как сдружиться, то дружно и вылетите из Академии всей командой.

Как обычно, Хвамён не смог отказать себе в удовольствии застращать учеников. От него не скрылось, как кое-кто из ребят послабее обрадовался, узнав о командном испытании. Им повезло оказаться в одной связке с умелыми бойцами, и они рассчитывали проскочить дальше с помощью сокомандников. Несмотря на то что команды старались формировать максимально сбалансированно, было несколько групп, где не хватало умелых бойцов. Эти отряды были первыми номинантами на выбывание.

– Сегодня на этом – все. Можете отправляться в общежитие вместе со своей командой. С завтрашнего дня начнутся занятия. Прямо здесь преподаватели, которых вы видите перед собой, очень любезно объяснят основы тактики и стратегии нашей Школы.

Перед каждой командой стоял назначенный мастер.

– Очень любезно?!

– Вот черт…

Новобранцы сами видели, как преподаватели с каменными лицами колотили дубинками и выводили с поля возмущающихся ребят, не сдавших экзамен.

– Все. Вольно! Разойтись по общежитиям!

– Так точно! – стройно откликнулись кадеты и быстро направились к спальным корпусам. Они были измотаны первым экзаменом. Пока все спешили лечь в кровати, на поле оставался стоять один ученик. Это был Мугым из Скрытого Удара. Он был распределен в восьмую команду, и назначенный им мастер Лим Пхён решил поинтересоваться, почему это парень не уходит.

– Номер три, почему ты все еще здесь?

На первых ступенях обучения в Академии к ученикам обращаются по номерам.

– Хотел у вас кое-что спросить.

– Тебе хорошо известно, что я могу отвечать только на вопросы, связанные с обучением.

– Да, я знаю.

Конечно, учителя пока не знали каждого ученика в лицо, но всем было известно, как выглядят шесть наследников. Поэтому Лим Пхён знал, кто к нему обращается.

– Хорошо. Что тебя интересует?

– Скорее всего, я стану лидером восьмой команды.

– Так…

Выбор командиров должен состояться завтра, однако Мугым уже решил, что в его случае результат очевиден. Лим Пхён подумал, что парень, как и ожидалось от наследника, плевать хотел на правила. Кроме того, преподаватель понимал, что шесть кланов подробно рассказали своим представителям о том, что их ждет в Академии.

– Номер семь, который в нашей команде, сейчас находится в лазарете.

– И что с того?

– Будет командный экзамен. Если хотя бы один из группы выпадает, то все под угрозой вылета. Мне это не нравится.

– Что ты предлагаешь?

– Номер семь не слышал инструктаж ко второму экзамену, он ничего не знает. Я хочу передать ему все, что нам рассказали сегодня, чтобы не подвергать опасности его и остальных сокомандников.

Лим Пхён был наслышан о том, как сильно ненавидят шесть наследников принца-бастарда. Однако он был рад увидеть, что вопреки слухам Мугым хочет позаботиться о члене своей команды. Мастер довольно ответил парню:

– Мне нравится твой настрой. Ты прекрасно понял принцип командного экзамена. Есть за что похвалить в первый день учебы! Согласен с тобой, номер три. Поэтому я схожу в главный корпус и все расскажу номеру семь.

– Что? Не надо ходить! Я сам!

– Ученикам запрещен вход в главное здание. Чтобы попасть туда, нужны особые причины, – резко осадил Мугыма преподаватель.

Принц заметно растерялся. «Да что такое?! Почему в этом месте столько дурацких запретов?!» – недовольно подумал он. План Третьего был прост: плевать, болеет Ёун или здоров. Все, чего он хотел, – немедленно найти парня и переломать ему ноги. Мугыму даже в голову не могло прийти, что для него доступ к главному корпусу закрыт. Его первым порывом было надавить на то, что он наследник клана Скрытого Удара, но принц быстро понял, что в Академии привычный подход не работает.

– Я понял. Тогда, пожалуйста, сделайте это. А, и еще! Вы сможете сообщить, когда номер семь присоединится к тренировкам? – наследник понял, что ничего не остается, кроме как ждать выписки Ёуна. Ухмыльнувшись, он про себя пожелал тому скорейшего выздоровления. Третий с трудом справился с порывом гнева от того, что придется немного подождать. Мугым сгорал от желания убить соперника, а еще больше – причинить страдания незаконнорожденному брату.

Вечером того же дня Лим Пхён, как и обещал, пришел в лазарет. Нано запустил процесс саморегенерации и восстановления количества крови в организме, поэтому Ёун крепко спал. Преподаватель не решился будить парня с серьезными травмами, поэтому оставалось только узнать у врача, когда он выпишет больного.

– Хм… Внутренние повреждения очень серьезны. Нужно хотя бы две недели лечения.

– Две недели? Ох… Если он так много пропустит, то второй экзамен для него будет под вопросом. Никак нельзя побыстрее?

Пхён переживал, что из-за одного человека вся его команда потерпит поражение. Экзамены были вопросом жизни и смерти для новобранцев, но мастера тоже соперничали через успехи своих подопечных.

– Есть проблема. Если бы он умел лечиться медитацией, тогда особых трудностей не было бы. А у него нет ци, поэтому тут поможет лишь время.

Мастеру ничего не оставалось, как покинуть больницу с камнем на сердце. До экзамена оставалось три недели, две из которых Ёун проведет в лазарете и пропустит подготовку. «Его везение, которое помогло на первом экзамене, себя исчерпало», – с сожалением подумал Пхён. Однако через четырнадцать дней он с удивлением обнаружил, что напрасно волновался.

На следующий день, когда в воздухе еще стояла свежесть предрассветного утра, а небо было темно-синим в ожидании восхода солнца, в больничной палате скрипнула входная дверь. Уверенной походкой кто-то зашел в лазарет, оставленный врачом без присмотра на ночь.

Это был правый страж, неизменно облаченный в поношенные лохмотья и сверкающий красным носом выпивохи.

– Эй, ученик. Учитель твой пришел.

Одной из главных черт характера Сопмэна была нетерпеливость.

Часть 2

После стремительного дневного визита Сопмэна Пэк Чхонмён поспешно приступил к подготовке лечения пациента. Он достал хирургические иголки, прокалил их. Затем подошел к Ёуну, держа инструменты в руках. С помощью акупунктуры он собирался подлечить травмы парня и остановить внутреннее кровотечение, раз пациент сам не мог этого сделать через медитации.

«Не будет ли подозрительным, если я слишком быстро восстановлюсь?» – думал Ёун. Саморегенерация не займет и суток. Парень ломал голову над тем, как лучше поступить. Слишком быстрая поправка лишь вызовет подозрения. Чтобы обмануть руководство Академии, нужно пройти лечение, как следует. Однако времени лежать в лазарете нет, иначе парень не сможет выстоять в жестокой конкуренции среди учеников. Более того, находясь на больничной койке, он пропустил формирование команд и не знал, что будет на втором экзамене, в какой он группе и где его спальное место.

«Лучше будет пролежать в лазарете столько, сколько надо, или рискнуть? Ладно, для начала надо понять, сколько дней врач собирается держать меня тут», – решил Ёун. Он посмотрел на Чхонмёна, втыкавшего в его тело иголки, и осторожно спросил:

– Господин…

– Пэк Чхонмён.

– Что?

– Не надо меня звать господином. Обращайся просто – лекарь Пэк.

Шутливый и дружеский тон доктора располагал. Основа врачебного искусства – создать душевный комфорт для пациента. Спокойный, мягкий характер Чхонмёна как нельзя лучше помогал справляться с этой задачей.

– Лекарь Пэк, я в очень плохом состоянии?

Ёун сам поранил себя, отдав приказ наномашине, но хотел услышать заключение врача. Чхонмён внимательно посмотрел на бледное лицо юноши, вздохнул и ответил:

– Мне жаль говорить такие вещи ученику Академии, но тебе нужно отлежаться недели две перед тем, как приступать к тренировкам.

– Что?! – парень удивленно распахнул глаза. Конечно, он понимал, что серьезность травм требует нескольких дней покоя, но две недели – это слишком долго.

На самом деле у обычного врача уход за таким тяжелым пациентом занял бы целый месяц. Для воспитанника Демонического Лекаря было реальным справиться за две недели. Так что срок, который Чхонмён озвучил Ёуну, был и так минимальным.

– Сильно не расстраивайся.

– Так долго… О тренировках можно забыть.

– Понимаю, что мое заключение тебя расстроило. Зато я закрою