На границе империй #10-4 - INDIGO

— Теперь можно поговорить.

— Так в чём твоя проблема?

— Мне нужно расторгнуть мой контракт с флотом.

— И всё?

— Всё, но никто не сказал, что это будет сделать просто.

— Контракт у тебя есть?

— Есть. Держи.

Она недолго его изучала, а потом задумчиво спросила:

— Типовой контракт, и в чём с ним проблема?

— Проблема не в контракте, а в адмирале.

— Адмирале? — она удивленно посмотрела на меня.

— Да, в командующем вторым флотом.

— А ты с ним знаком?

— Довелось пообщаться.

— Ты ведь простой техник?

— Да не такой уж и простой.

— По-моему, ты мне сказки здесь рассказываешь.

— Сказки, говоришь, а ты посмотри на вот эту запись, — и скинул ей небольшой кусочек записи моего общения с адмиралом.

— Не врешь, значит. А эти двое кто такие?

— А ты не поняла?

— Нет.

— Контрразведка империи.

После этих слов я заметил, как она беззвучно выругалась.

— И что ты от меня хочешь? — спросила она после паузы.

— Мне нужно максимально быстро расторгнуть контракт с флотом, так чтобы адмирал не успел вмешаться. Он, если узнает, что я выжил, не позволит мне покинуть флот.

— Так что у вас там произошло?

— Жан, конечно, я могу тебе всё рассказать и показать, но не думаю, что ты после этого будешь нормально спать. Каждую ночь тебе будет сниться увиденное, и ты будешь постоянно ждать в гости контрразведку империи. Просто быстро расторгни мне контракт с флотом и забудь обо мне навсегда. Поверь, так будет лучше для нас обоих.

— Ладно, вернёмся к твоему контракту. О каком соглашении ты говорил?

— Оно не связано с флотом и закрыто. Впрочем, вот оно, можешь почитать.

— Полиция? — она в очередной раз удивленно посмотрела на меня.

— Да. Могу номер значка назвать.

— Обалдеть, таких дел у меня ещё не было, — недолго она изучала соглашение. Потом, видимо, вернулась к моему контракту с флотом. — А сколько ты отслужил на флоте? — поинтересовалась она.

— Десять лет.

— Нет. Тебе недели не хватает.

— До чего?

— До десяти лет.

— А это какое имеет значение?

— Большое. Ты про неустойку в контракте читал?

— Конечно.

— Так вот, после десяти лет службы стоимость неустойки снижается в два раза.

— Это как так?

— По федеральному закону.

— Не знал.

— Об этом многие не знают, но такой закон есть. Так что, если ты подождешь неделю с расторжением контракта, выплатишь только половину неустойки. У тебя, кстати, креды есть?

— На расторжение найду.

— Это хорошо, потому что контракт считается расторгнутым, только после выплаты суммы неустойки полностью. Мне ещё за работу заплатишь пятьдесят тысяч.

— Что так много?

— Компенсация за подставу и мои бессонные ночи. Подписывай договор на оказание юридических услуг и жду креды.

— Подписал, перевёл.

— Вижу, получила.

— Так что ты решил? Сразу будем расторгать или выждем неделю?

— Выждем. Кредов у меня совсем мало.

— Ты с банком общался после своего оживления?

— Нет, я знаю, что нельзя.

— Правильно, неделю никаких регистраций где-либо или банков.

— Я знаю, в полиции работал.

— Это хорошо, что знаешь. Думаешь, он будет тебя искать?

— На гражданке вряд ли, а вот на флоте он может всё.

— Как тебя искать в случае чего?

— На планшет вызывай, контакт у тебя должен сохраниться.

— Договорились. Понадобишься вызову, сам не приходи больше сюда.

— Понял.

Выйдя от неё, задумался. Честно говоря, не знал, что предпримет адмирал, когда узнает, что я жив. На гражданке он мне ничего не сделает официально, но в этом вопросе хватало разных «но». Он всегда может прислать кого-то с флота неофициально, так сказать. Но помимо возможностей самого адмирала существовал ещё и его клан, а также флотское СБ, у которого ко мне однозначно появится много вопросов. Слишком много я знал. Кроме того, не стоило забывать о контрразведке, а у них на гражданке были весьма широкие полномочия. Про аратанскую разведку мне совсем не хотелось вспоминать, но она тоже присутствовала в этом списке. Я был уверен, что она проснётся, как только выяснится, что остался в живых. Нет, конечно, во всем этом присутствовал вариант, что обо мне все забыли и вычеркнули отовсюду в связи с моей преждевременной кончиной, но я сам не верил в такое счастье.

В связи со всеми этими обстоятельствами думал о том, что мне делать дальше. Самый простой вариант — это фронтир. Туда обычно подавались все, кто так или иначе имел проблемы с законами империи. На фронтире не было законов как таковых, там правил закон сильного: у кого больше пушка, тот и прав. Вот только я прекрасно знал, что именно на фронтире широко представлены различные спецслужбы империй, причём не только аварской империи. С некоторыми из которых у меня в той или иной степени имелись проблемы. Прилетев туда, я сразу попаду — привлеку внимание множества спецслужб. Взвесив за и против, решил, что пока не выписан ордер на мой арест, туда не стоит лететь. Пока такого ордера не могло появиться.

Здесь я вспомнил про нивейцев и решил поинтересоваться какие у них условия. Быстро выяснилось, что всё не так просто. Нивейцы активно принимали у себя инженеров и разумных с высоким уровнем интеллекта, сразу выдавали им гражданство, но на техников это не распространялось. Предложение было классным для Алекса Мерфа, но не для Блеза Абдулаиджи. Блез не мог появиться там и показать интеллект на пятьдесят пунктов выше, чем прописан в его карте ФПИ. После этого сразу возникнет много вопросов к нему у местной службы безопасности.

Про мой пси уровень не хотелось даже вспоминать. Какова будет реакция СБ Нивеи на такое изменение данных — сложно предсказать, но с большой долей вероятности меня вернут аварцам как засланного казачка. Быстро пробежался по предложения работы для техников у нивейцев. Предложений хватало, но везде присутствовала отметка, что приоритет отдаётся разумным с нивейским гражданством. Размер зарплаты не особо впечатлял, но больше мне не понравилось, что нивейцы всегда выдавали граждан авара, пытающихся скрыться у них, делая исключение только для беглых рабов. Этот вариант я решил оставить как план «Б».

Глава 8

Из ближайших империй оставался ещё Аратан,