Встречный удар - Макс Глебов

– Чуть тише, пожалуйста, господин генерал армии, – негромко произнес Тобольский, – если контр-адмирал Лавров вернулся к этому вопросу, значит, у него есть новые аргументы. Давайте их выслушаем. Продолжайте, контр-адмирал.

– Как вы уже отмечали, господин президент, эскадры прикрытия нужны для того, чтобы в случае атаки противника дать время основному флоту прибыть в систему до того, как она будет захвачена врагом. Это абсолютно верный и многократно проверенный временем подход, но сейчас он сохраняет актуальность только для тех звездных систем, где много размещенной в космосе промышленной инфраструктуры. Понятно, что без прикрытия флотом она будет быстро уничтожена. Но таких систем, где именно космические объекты являются приоритетными в плане защиты, у нас всего шесть. В остальных случаях основным объектом атаки станут планеты, как это уже было в сражениях за Глизе, Грумбридж и Барнард-3.

– И что это меняет, контр-адмирал? – услышал я вопрос генерала Баррингтона, но в его голосе звучала скорее заинтересованность, чем недоверие.

– Если вы помните, господа, я не всегда носил синий флотский мундир, – я позволил себе легкую улыбку, – поэтому могу судить о возможностях наземных войск не понаслышке. Так вот, все мы привыкли к тому, что если флот терпит поражение в системе, то участь планет, как правило, можно считать решенной. Один-два дня на подавление сопротивления, и сторона, победившая в космическом сражении, берет их под полный контроль. Но в последний год кое-что изменилось, и многие из здесь присутствующих имели возможность в этом убедиться в сражении за Грумбридж. На планетах этой системы с достаточно давних времен были подготовлены подземные убежища. Строились они как раз на случай массированного десанта противника для укрытия хотя бы части населения и остатков войск до прибытия помощи. Когда эти сооружения строились, считалось, что для их обнаружения противнику понадобится от трех дней до недели. Это, конечно, давало какой-то части населения дополнительный шанс, но такой выигрыш во времени тогда сочли не столь существенным и программу свернули. В результате подземных убежищ оказалось совсем немного, но они сыграли на удивление значимую роль в обороне. А причина такой эффективности крылась в том, что отступившие в убежища наземные войска были оснащены новыми комплексами РЭБ, в большом количестве поступившими в армию в последний год. Эти новые средства защиты от обнаружения сделали задачу поиска подземных укрытий крайне сложной для противника и позволили войскам наносить точечные контрудары, совершенно неожиданные для врага. Заметьте, господа, никакого единого плана, да вообще никакого плана обороны с опорой на подземные убежища не существовало, никто к такой войне не готовился, однако даже стихийно возникшая новая тактика показала себя весьма неплохо.

– И вы предлагаете вместо эскадр прикрытия создать наземную, а точнее, подземную инфраструктуру на самих планетах и оборонять их наземными войсками? – в голосе генерала армии Князева звучало удивление, но мне показалось, что к нему примешивалась немалая доля азарта. Как и любой десантник, Князев где-то внутри всегда страдал от того, что его род войск, как ни крути, играет в современной войне подчиненную роль. Флот может самостоятельно действовать без наземных войск, а наоборот никак не получается. И вот теперь Князев услышал план, который, при всем его безумстве, сулил превращение наземных войск в самостоятельную силу, способную если и не справиться с вражеским вторжением, то существенно затормозить его, а главное перестать быть беззащитной мишенью для зависших на низких орбитах линкоров и крейсеров противника.

– Это вполне решаемая задача, господа, – подтвердил я слова генерала, – У нас есть почти месяц. Этого времени достаточно, чтобы силами самих колоний, при поддержке Федерального центра, естественно, создать сеть убежищ, оборудованных комплексами РЭБ. Но не только убежищ для войск и населения. По такому же принципу нужно оборудовать противоорбитальные космические батареи, позиции ракет земля-земля, и базы атмосферной авиации.

Я не придумал ничего нового, план был бессовестно украден мной у жаберов, которые успешно применили его в последнем моем сражении в теле бригадного генерала Дина. Я знал, что это сработает, потому что видел результат своими глазами и ощущал его на собственной шкуре. Вот только, поверят ли в его реальность генералы и адмиралы Федерации, я знать не мог.

Генералы и адмиралы не поверили. Мазилеску готов был меня порвать в мелкие клочья, называя прожектером и авантюристом. Его сторону принял Бронштейн, чего я, честно сказать, не ожидал, а за министром обороны потянулись и другие высшие офицеры. Безоговорочно меня поддержал только Князев. Чуть позже к нему присоединился Нельсон, удачно вспомнивший, какие потери понесли торпедоносцы кваргов в сражении за Барнард-3, когда мне удалось заманить их под неожиданный массированный удар противоорбитальных ракет наземного базирования. Баррингтон ничего говорить не стал, но, похоже, уже прикидывал, сможет ли он в нужные сроки организовать обеспечение предполагаемых грандиозных строек всем необходимым, если высокое собрание примет соответствующее решение. Раз он промолчал, значит, считал, что справится.

Наверное, меня бы все-таки сожрали, несмотря на поддержку таких авторитетных личностей, как Нельсон и Князев, но тут слово вновь взял Тобольский.

– Господа, – твердо произнес он и сделал небольшую паузу, дожидаясь, пока стихнет шум, – ваши позиции мне понятны, настало время принимать решение. У нас нет времени на долгий сценарный анализ ситуации, поскольку она слишком нестандартна, и наши аналитики не имеют соответствующих наработок. Поэтому решение придется принимать, как в старые времена, полагаясь только на известные нам исходные данные, опыт, логику и интуицию. Я готов принять на себя всю полноту ответственности за это решение. Контр-адмирал Лавров, ваш план принимается за основу. Я не знаю, как вы это сделаете, но завтра к шестнадцати ноль-ноль вы с начальником генштаба и командующим флотом должны представить мне его в письменном виде со всей необходимой детализацией по подземным оборонительным сооружениям, составу эскадр прикрытия и основного флота, а также по численности и структуре наземных войск на планетах.

По залу прокатилось невнятное гудение голосов, и президент поднял руку, призывая собравшихся к тишине.

– Учитывая все обстоятельства, с настоящего момента я вношу изменения в структуру и кадровый состав генштаба и министерства обороны. Господин генерал армии Мазилеску, вы освобождаетесь от занимаемой должности и выводитесь в резерв. Новым начальником генерального штаба мной назначен генерал армии Князев. Адмирал флота Нельсон назначается главнокомандующим флотом Земной Федерации. Департамент по новой технике и вооружениям, возглавляемый контр-адмиралом Лавровым, выводится из состава министерства обороны и получает временный статус нового министерства. Господин адмирал флота, – президент в упор посмотрел на министра обороны, – вы выразили несогласие с планом, который сейчас принят в качестве основного. Я бы не хотел терять такого специалиста как вы перед предстоящим сражением. Вы готовы продолжить работу на занимаемой должности и с полной отдачей участвовать в реализации принятого плана?