В начале перемен - Михаил Давидович Харит

На короткий период бандиты, насмотревшись боевиков, повадились устраивать в цехах разборки. Эхо красиво отзывалось на звук выстрелов. Не хватало только грустной мелодии из «Крёстного отца». Но выяснилось, что место приносит несчастье. Суеверие – серьёзная сила.

Квартал вымер окончательно. И тут кому-то из руководителей города пришла идея отдать район художникам, мол, они на короткой ноге с нечистой силой. Удивительно, но идея прижилась.

На открытии выставки Маши и Андрея Соркисов был устроен фуршет, проходивший по заведённому ритуалу. Публика ела и пила, завистливо восхищалась, сплетничала, флиртовала. Журналисты с привычным безразличием изображали жгучий интерес. Критики лелеяли в душе убийственные комплименты. Девушки сбивались в хищные стаи, чтобы окружить и съесть зазевавшегося олигарха. Наиболее опасные действовали в одиночку. Приглашённые звёзды скучали.

Из мельтешащей толпы появилась миловидная дама средних лет. Представилась Оксаной. Весьма квалифицированно похвалила зрелое мастерство Андрея и неожиданную экспрессию работ его жены.

Новая знакомая много путешествовала по миру. Была в Амазонии, на острове Пасхи, добиралась до Антарктиды. Она интересно рассказывала, заразительно смеялась и в итоге напросилась на экскурсию в мастерскую.

В назначенный день, ожидая визита, Андрей выглянул в окно. Загадочный синий «форд» стоял на своём месте. Но вдруг боковая дверь микроавтобуса распахнулась, и из машины поспешно вышла Оксана, одёрнула юбку и двинулась ко входу.

Андрею показалось, что он не дышит. Спину обдало холодом, сжало подреберье, а по коже бежали мурашки. «Тревога! – трубил в мозгу какой-то паникёр. – Что за чертовщина!» Впрочем, Мария уже впускала гостью. Весёлые женские голоса приближались.

В руках у жены красовался огромный букет кремовых роз. Она приветливо улыбалась.

Оксана восторженно оглядела мастерскую и вручила главе семьи коробку с коллекционным коньяком:

- Как у вас здесь здорово! Я видела сотни студий, но ваша – что-то особенное. Гениальность чувствуется сразу и во всём. Ну покажите ваши работы, расскажите. Мне не терпится их увидеть.

- Открой коньяк, – попросила Маша. Она принесла три пузатых бокала.

Привычное мужское занятие отвлекло. Беспокойство ушло на второй план, хотя где-то в глубине его разума по-прежнему мигала красная лампочка, подавая сигнал бедствия.

Почему мы не слушаем собственное тело? Надо верить инстинктам, и не только половым. Наши мысли лишь верхушка айсберга. А в глубине миллиарды клеток реагируют на видимый и невидимый мир вокруг и подают нам сигналы. Вот кольнул и дёрнулся палец, полыхнул лоб, тело почувствовало жар или, наоборот, озноб, на мгновение закружилась голова, потемнело в глазах. Каждое действие организма что-то значит, а мы пренебрежительно отмахиваемся. Поболит – перестанет.

Андрей сделал глоток, и они пошли вдоль ряда скульптур. Он рассказывал что-то, шутил. Женщины смеялись. А перед глазами, как в кошмарном сне, виделась распахивающаяся дверца микроавтобуса, где в туманном сумраке прятались призраки.

Услышал слова:

- Вот мои ранние картины. Здесь я еще ничего не умею.

- Не скажите, – возразила гостья. – Эти джунгли как живые. Так может нарисовать только тот, кто хорошо их знает. А что это за холмик в лесу?

- Могила…

Оксана остановилась, разглядывая картину:

- Точно могила. И табличка есть. Но надпись смазана.

Мария вдруг внимательно посмотрела на гостью. Андрею показалось, что во взгляде возникла враждебность:

- Рисую по ассоциативной памяти. Иногда руки сами изображают что-то забытое или даже незнакомое. Совсем не помню это место.

- Слышала что-то подобное от многих художников. В этом магия рисунка. Он позволяет заглянуть в подсознание творца.

- Да-да, – рассеянно отвечала Маша. Кажется, она не слышала, что ей сказали.

Андрей вновь наполнил бокалы:

- Это ваша машина у входа?

- Какая?

- Синий «форд».

- Знакомый подвёз.

- Я её здесь часто вижу.

- Так мой приятель живёт где-то рядом. Наверное, и паркует здесь.

Объяснение оказалось самым обычным. Но Андрей почему-то не поверил. Он заметил, что супруга внимательно следила за разговором.

- В жизни столько совпадений, – наконец сказала она.

- Необъяснимых на первый взгляд, – с улыбкой поддержала Оксана.

- А на второй? – спросил Андрей.

- Всё тайное становится явным.

- Вы любите загадки? – спросила Мария.

- Я их разгадываю.

- Неужели нет таких, которые вам не по зубам?

- Есть. Особенно те, которые наука не может объяснить и поэтому объявляет шарлатанством.

Андрей вдруг почувствовал, что в воздухе заискрило напряжение. Слова ничего не значили. Речь шла о чём-то совсем ином. И казалось, женщины понимают намного лучше его суть фраз. Он подумал, что вряд ли Оксана будет приглашена сюда ещё раз.

- Давайте сыграем в крэббл, – предложила Мария, словно уводя беседу в сторону.

Игра – удобный способ занять гостей, когда разговор перестаёт радовать хозяев.

Андрей нарезал ветчину и долил коньяка. Поначалу всё шло самым обычным образом, на поле появлялись знакомые слова. Но вдруг гостья составила из фишек странное слово: «Ошмалех».

- Что это значит? – спросил Андрей.

- Заклинание африканских шаманов, – ответила Оксана.

Мария молчала, тяжело дыша.

- Нет. Это не считается, – возразил Андрей.

- Почему?

- Нипочему, – вдруг заявила Маша и перевернула доску. – Всё! Я устала и пойду спать.

Она демонстративно рванулась в соседнюю комнату. Андрей понял, что дружбе между женщинами пришёл конец.

- Мне тоже пора, – засобиралась гостья.

Андрей проводил Оксану до подъезда. Синий «форд» ждал с включённым двигателем. Затемнённые окна не позволяли разглядеть водителя.

- Спасибо за вечер. У вас всё оказалось даже интереснее, чем я ожидала.

- Извините, у неё, наверное, разболелась голова, – вяло соврал Андрей.

- Понимаю.

Задняя дверь распахнулась. И вновь почудилось, что в темноте салона мельтешили призраки.

Утром выяснилось, что Мария исчезла. Она не взяла вещей, денег, чемоданов. Просто, когда он проснулся, жены не было, телефон не отвечал.

Через три дня отправился в милицию. Заявление приняли, хотя и неохотно.

- Может, к любовнику сбежала? – предположил участковый. – Надо подождать хотя бы недельку. В больницы звонили?

Андрей кивнул. Он понимал, что произошло что-то за пределами человеческого понимания. И Оксана к этому как-то причастна. Тем более что и её телефон молчал. Да и синий «форд» перестал парковаться перед домом.

Через месяц Андрея вызвали повесткой. Разговор с самого сначала сложился плохо. Незнакомый майор настойчиво выяснял, не бил ли он жену, не было ли ссор. Через десять минут стало понятно, что именно его подозревают в убийстве супруги.

- А что, найдено тело? – рискнул предположить Андрей.

- Значит, знаешь, что есть труп, – констатировал следователь. – Всё, фраер. Пора тебе колоться, понимаешь.

- Я ничего не знаю. Просто подумал.

- Слушай, ты мне надоел. Врёшь, изворачиваешься, как дерьмо на сковородке. Пиши чистосердечное признание. И так всё ясно.

- Что ясно? Мне ничего не ясно.

- Вот напишешь, и сразу разберёмся.

- Я никого не убивал. Сам пришёл с заявлением месяц назад.

- Все приходят. Сначала зарежут