Доблесть со свалки - Денис Деев

Звездная система Вега, Центральная База Стражи

Тройку победителей пиратов на Центральной Базе Стражи встречали еще с большей помпой, чем Корелию в храме. Когда искалеченный «Вол» до нее дополз, Рох сообщил, что он прибыл за медалью своего погибшего сына. И по пути уничтожил банду «Нейтронных демонов», чем немало удивил Стражей.

Но сам Рох, а также Питер и О’Коллин удивились еще больше, когда вышли из шлюзовой камеры и увидели строй Стражей, облаченных не в боевые костюмы, делающие их похожими на черных жуков, а синюю с золотом парадную форму. Заиграл торжественный марш Стражи и к обомлевшему от такого приема Роху, чеканя шаг подошел рослый блондин в форме капитан-лейтенанта и отдал честь.

— Капитан Роджер Найтингейл, — представился блондин. — Добро пожаловать на станцию Стражи!

Питер с Рохом все еще пребывали в растерянности, но сержант попал в свою родную стихию. Он тоже лихо отдал честь Роджеру.

— Главный канонир-сержант О’Коллин в отставке. Разрешите нашей разношерстной компании вступить на борт?

Лицо Роджера перестало быть воплощением истинного служаки, и он улыбнулся.

— Конечно разрешаю. Я ваш провожатый, помогу освоиться…

— Вот и отлично! — нетерпеливо перебил капитана О’Коллин. — Нам бы слегка освоить ваши фонды, выделенные на восстановление кораблей героев истребляющих пиратов целыми шайками? А то нас потрепали в стычке.

Глаза рядовых Стражей, стоящих в почетном карауле, наперекор уставу скосились на пройдоху сержанта. Однако капитан-лейтенант улыбнулся еще.

— Поможем, чем сможем. А сейчас прошу следовать за мной. Коммандер базы распорядился провести церемонию через тридцать минут.

Настала пора в разговор вмешаться Роху, он оглядел себя и своих спутников. Только парадный мундир сержанта еще как-то подходил под слово «церемония». На Рохе болтался рабочий комбинезон, а Питер так и не вылез из аварийного скафандра.

— Капитан, мы не готовы к церемониям. Выглядим как…

— Не волнуйтесь, мы это тоже уладим.

В следующие пятнадцать минут троицу героев чистили, отмывали и причесывали. Возникло всего две проблемы: сержант наотрез отказался сбривать свою седую щетину, а на Роха еле подобрали огромный полетный комбинезон без знаков различия, который мог служить Питеру в качестве палатки. После этого их отвели в большой зал, где перед трибуной четким строем стояла Четвертая истребительная эскадрилья в парадной форме. Здесь же и обнаружилась причина того, почему коммандер базы так торопился провести церемонию и почему тройку героев пытались привести в божеский вид. Когда Роха и его команду поставили перед почетным строем, на них нацелились сразу несколько голокамер ведущих каналов Сферы.

На трибуну поднялся тучный мужчина с внешностью бульдога в мундире коммандера. Вслед за ним на трибуну поднялся адъютант и встал по правую руку от коммандера.

— Эскадрилья смирно! Офицер на палубе! Коммандер Брайн Ли!

Пилоты с дружным стуком приставили ногу. Коммандер откашлялся.

— Рох Титов, прошу вас подняться на трибуну.

Рох вразвалку поднялся на трибуну и встал рядом с коммандером. Свет в зале погас, под куполом появилась объемная голограмма Дженри, и зазвучали траурные ноты мелодии «И космос их принял». Коммандер продолжил звучным голосом.

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы отдать дань памяти Дженри Титову. Мы скорбим о гибели храброго и умелого пилота, не побоявшегося закрыть собой гражданский конвой. Дженри всегда будет примером для всех мужчин и женщин, служащих в Страже и память о его подвиге навсегда останется с нами. Честь, слава и доблесть — это то, ради чего жил Дженри. Честь, слава и доблесть — это то, что он завещал нам!

Пилоты эскадрильи хором произнесли:

— Честь, слава и доблесть!

Питер посмотрел на Роха. Тот стоял, сжав кулаки, и глядел на голограмму погибшего сына, на его гладко выбритой голове появились бисеринки пота. Между тем коммандер продолжил.

— Но мы сегодня чествуем еще одного героя — Роха Титова. Отца, который отомстил за сына. И я не знаю, кто из них больше достоин этой высокой награды, — коммандер протянул Роху большой прямоугольный бархатный футляр и открыл его.

На кроваво-красной подложке лежала медаль «Серебряная комета» — большой кристалл льда, отколотый от настоящего космического скитальца и покрытый специальный составом, защищающим его от таяния. Из футляра также выкатилась и распрямилась серебристая лента с надписью «За доблесть». Рох слегка наклонил шею, а коммандер одел ему медаль и приглашающим жестом указал на трибуну. Рох взошел на возвышение, нервно теребя и разглаживая ленту. Питер и сержант впервые видели Роха по-настоящему смущенным. Под прицелом голокамер и полусотни пар глаз, двухметровый гигант весом в полтора центнера просто часто моргал и не знал, что сказать. Наконец взгляд Роха упал на голограмму сына.

— Дженри, сынок. Я знаю. Я помню. Космос должен быть чист! И я… все мы сделаем его чистым!

— Честь, слава и доблесть! — выкрикнул, хлопая коммандер.

Однако собравшиеся пилоты хором ответили другим девизом:

— Космос должен быть чист!

От нахлынувших чувств Рох прослезился, а О’Коллин наклонился к Роджеру Найтингейлу и прошептал:

— Со всем должным уважением, сэр. Но есть ли на станции место, где мы могли бы помянуть Дженри в менее помпезной и официальной обстановке?

Капитан-лейтенант скосил глаза на отставного сержанта и подмигнул.

— Есть такое место.

«Таким местом» оказался небольшой, всего на четыре столика, бар. На входе в который скэн презрительно пискнул, отмечая возраст Питера и отказываясь его пропустить, так что поминать Дженри остались только Рох, О’Коллин и Найтингейл. Роджер поднял бокал, наполненный красноватым туманом.

— За чистый космос и капитана Дженри! Моего друга!

Роджер вдохнул прохладный пар. Сержант и Рох более консервативно отхлебнули крепкого из своих стаканов. О’Коллин поставил стакан на стол.

— Капитан-лейтенант…

Роджер перебил его:

— Давай без чинов.

— Отлично. Роджер как получилось, что эти нейронные инвалиды, с которыми расправились два пенсионера и мальчишка, смогли уничтожить правительственный конвой, сопровождаемый патрулем Стражи? Нет, конечно, у вас не самая передовая техника, но пираты-то летают вообще на утиле. А уровень подготовки и сравнивать нечего. Сынок, мне приходилось воевать с пиратами, из всего этого отребья, только чертовы Изгои чего-то стоят.

— Я должен вам кое-что рассказать. Сержант, господин Титов.

— Рох.

— Хорошо, Рох. В том, что Дженри погиб отчасти был виноват и я.

— Каким это образом? — изумился О’Коллин.

— Перед этим заданием мой истребитель не прошел предполетный тест. Всего пара мелких неисправностей и Дженри отправился в полет с молокососом, который только вчера академию закончил.