Тень Пса - Александр Изотов

Нет, теперь я не сомневался в иллюзорности этого мира. Ну, можно было бы представить, что меня накрыло взрывной волной от удара из плазменной турели, контузило, и весь мир с Пробоиной в небе мне привиделся.

Второй раз меня на этом не поймать. Я знал, что сражение с Иным продолжалось, только теперь в новом пространстве, где он явно хотел показать мне разницу в нашей силе.

А значит, поэтому он сунул меня в до боли знакомые условия… Ну да, сражение снайпера-одиночки и тяжёлого боевого робота, способного уничтожить целый город, трудно назвать боем на равных.

Я медленно, чтобы сканеры «дестра» не засекли движение, оглянулся. Ночь была звёздной и безлунной, поэтому горизонта я не видел.

Только темнота и едва различимые контуры холмов вокруг.

Каковы правила этого поединка? Можно ли просто сбежать, уйти из зоны обстрела «дестроера»? Честно, я бы так и сделал… Ну, заодно запросил бы поддержку с орбиты, чтобы запечь вражескую технику в этих же холмах.

Связь не работала…

И словно в ответ на мои мысли грохнули выстрелы. Я вжался в землю, рассматривая, как протянулись издалека светящиеся полосы и врезались в холм всего в сотне метров от меня.

Грохотали и сверкали вспышки, в небо вместе с огнём и дымом взлетали облака комьев и грязи.

Иной демонстрировал силу.

Клубы дыма поднялись, а потом медленно стали оседать в мою сторону. Фильтры костюма едва слышно загудели, очищая воздух, и я улыбнулся, сжимая «свисток». Лишняя маскировка мне не помешает.

Да, всего одно попадание «дестра» по моей позиции, и меня не станет. Тут никакой костюм-хамелеон не поможет.

И я действительно понял разницу в нашей силе… Мне не выстоять в прямом противостоянии с этим Иным, но почему-то же сражение продолжалось.

Получается, мой кокон стал для него мелкой неприятностью, и враг пока не может просто так сожрать мой разум.

— Ты сам выбрал это поле боя, — прошептал я.

«Дестроер» переместил поле зрение своего сканера в обстрелянную зону, старательно рассматривая горящие остатки холма. В этот же момент я, оставив миниатюрную мину-приманку, вскочил и понёсся к танку-пауку, чуть забирая влево.

Короткая пробежка. Залечь, рассмотреть противника в оптику. И снова короткая пробежка…

Один раз у меня перехватило дыхание, и я буквально врос в землю, когда имплант передал сигнал от датчиков слежки, а моя интуиция взвыла до небес. Передо мной больно жидкий кустик, и слишком уж близко я подобрался. Он может рассмотреть меня просто визуально, обычная нейросеть справится с определением силуэта бойца.

Эх, я намеревался активировать мину-приманку, когда подойду гораздо ближе. Отсюда я не смогу выцелить слабую зону в брюхе «дестроера», а на выстрел у меня всего одна попытка.

Всего одна моя мысль, и мина активирует голограмму. А дальше просто смерть…

Почему-то я подумал об Эвелине. Как-то даже жаль, что мы с ней не подошли к тому моменту, как пророчество сбывается. Меня интересовали некоторые нюансы физического, так сказать, плана.

Нет, вполне возможно, что я и не Последний Привратник, но ведь попробовать же мы могли? Ну, хотя бы в качестве эксперимента, ради спасения мира?

Я улыбнулся. А ведь когда-то вот так лежал в степи и думал совсем о другой девушке, обычной гражданке Свободной Федерации. Натуральной блондинке, кстати.

А теперь в мыслях почему-то брюнетка, причём она свалилась с полным набором приключений на мою тощую задницу.

В любом случае, было бы неплохо, если бы богиня чернолунницы опять помогла бы. Наверняка, Эвелина там очнулась и опять колдует, поэтому я о ней и думаю. Другого объяснения нет.

«Ладно, Эвелина», — подумал я, готовясь к активации мины и последнему выстрелу, — «В следующей жизни…»

Я не успел даже шелохнуться, потому что воздух разрезал визг пневмоприводов. Тут же гулко плюнули турели, озарив ночь вспышками, и я зажмурился, чуть не заорав…

Не успел, застрахуй капит мою душу!

Помнишь, Косой, ты мечтал помереть со своим «свистком» в обнимку? Как настоящий воин, на поле боя, а не в тёплой постели.

Впрочем, слишком много мыслей для мертвеца. И почему-то я всё ещё жив…

Воздух надо мной вибрировал от гудящей плазмы, и костюм едва справлялся с охлаждением. Всё вокруг раскалилось, даже травинки задымились, зашлись огоньками.

«Дестроер» старательно палил по какой-то далёкой цели за моей спиной, чуть двигая корпусом, чтобы зацепить гораздо больший участок. Где-то там грохотало и ревело пламя, стонала взлетающая вверх земля.

Жжёный пёс, чего ж я лежу-то?!

Я сначала пополз, а потом уже побежал, пригнувшись. Всё вокруг искажалось от раскалённого воздуха, но мне это играло на руку — сканеры плохо работают в таких условиях.

«Дестроер» перестал палить, когда я оказался практически под его брюхом, упав в дымящуюся траву всего в паре метров от его бронированной лапы.

Зашипело охлаждение орудий, сверху повалил пар. Всего пара секунд, и танк снова запустит круговое сканирование.

— Поехали, — я улыбнулся, активируя мину-приманку.

С визгом корпус «дестра» чуть повернулся, и не успевшие остыть турели снова начали свою арию армагеддона. А мне это и надо было, потому что уничтожить танк я мог, только если его орудия работали.

А дальше дело техники. Вскочить, через пару секунд оказаться под брюхом, навестись на едва заметную выпуклость ионного обменника под орудием. И выстрелить синхронно с залпом плазмы…

***

Тут же я распахнул глаза, и сразу понял, что нахожусь в теле Василия. Стою на одном колене, опираюсь на целую руку.

Страж Душ, просто свалившись ничком, валялся в нескольких шагах впереди. И мне даже не надо было подходить — я и так знал, что он мёртв.

— Василий, — сзади послышался испуганный женский голос.

Я обернулся, кое-как встал.

Бледная Эвелина, опираясь на Хромого, таращилась испуганным взглядом. Её глаза так и бегали между мной и телом Стража Душ, чернолунница не могла поверить в происходящее.

— Ущипни меня Незримая! Как ты… как смог победить Иного?

Пошатываясь, я встал.

— Долго объяснять.

Если честно, я и сам не понял, что вообще произошло. Никаких тебе энергоконтуров, потоков псионики… Всё, прямо как в боевой иллюзии.

Дрожь под ногами и посыпавшаяся сверху каменная крошка намекнули, что дела у нас не очень. По пещере пронёсся гул, заскакали по стенам световые зайчики, поднялись порывы ветра.

Мы все одновременно уставились на скалы, за которыми скрывался разбушевавшийся Вертун.

Эвелина и так была бледной, а тут она, кажется, побелела ещё. Избранница выпрямилась, оторвавшись от мальчишки.