Путь Самирана - Максим Лагно

Летающий экипаж с приговорёнными на общественные работы должен прибыть во «время утра перед началом трудов».

Я уже стоял на крыше дома, предупреждённый Внутренним Голосом. Глядя на облака, я жалел, что не силён в вычислениях. Зная скорость вращения Земли, мог бы как-нибудь высчитать скорость полёта Дивии. Хотя… что это мне дало бы?

На плече у меня висела сумка из белой, приятной на ощупь кожи. В сумке лежал кувшинчик с водой и две шкатулки с непонятно чем внутри. Больше всего места занял свёрнутый в рулон плащ. Я так и не понял, как его цеплять к тунике, да и не стал разбираться. Мне бы с трусами для начала совладать.

Сумку подготовила и передала мне служанка. Когда я спросил у неё, где Мадхури, ответила:

— Старшая хозяйка уходить. Лечить-лечить. Бо-о-ольшой человек болеть. Старшая хозяйка возвращать его в жизнь.

Я поинтересовался у Внутреннего Голоса, из какой страны прибыла служанка, но тот ответил, что не может помочь вспомнить мне это.

Поправляя мягкую лямку сумки, я посмотрел на воздушный автобус, проклюнувшийся в облаках.

Утренняя стычка с мамочкой Самирана оставила во мне странное ощущение удовлетворённости. И вот почему:

Я не считал себя неудачником. Неудачником меня считали окружающие.

Даже моя девушка не проявляла энтузиазма, когда речь заходила о нашем будущем. Она была спортивной, энергичной и увлекалась парапланеризмом. Мой друг, познакомивший нас, удивлялся, почему мы с нею сошлись. «Чувак, она же клёвая, а ты какой-то… никакой».

Подозреваю, что ещё немного и девушка бросила бы меня ради одного из тех накаченных, татуированных и загорелых молодчиков, с которыми она общалась в парапланерском клубе. Эти молодчики ездили по всему миру, спрыгивали с разных горных вершин, усеивая фотографиями своего полёта страницы соцсетей.

У молодчиков всегда были деньги на путешествия, даже во время пандемии они не прекращали летать по всему миру и прыгать с живописных скал, расправив крылья своих парапланов.

Один парень, наиболее красивый, татуированный и бородатый, вообще летал на вингсьюте. Тогда как я на вингсьюте летал только в игре Far Cry. Но даже там не мог приземлиться, не потеряв половины здоровья.

Моя девушка летала с красивыми бородатыми парнями, а я не смог даже свозить её в отпуск в Абхазию. Зарплата учителя не позволила. Спасло то, что девушка работала в рекламном агентстве, зарабатывая намного больше меня.

Если честно, я даже и не любил её. Просто понимал, что ничего лучшего в моей жизни уже не будет. А вот зачем она была со мной — загадка. Возможно, считала меня чем-то вроде запасного аэродрома, на тот случай, если у неё не получится приземлиться на семейный аэродром одного из бородатых и татуированных парней.

То есть… припоминая прошлую жизнь… я не уверен, что сильно хочу вернуться. Если Самиран попал в моё тело преподавателя истории в транспортном колледже, то пусть выкручивается как хочет. Мне пока что и здесь хорошо.

Поэтому я не позволю никому указывать мне, что делать. Ну, если конечно, у меня хватит на это смелости.

Прежде чем принять имя чьей-то семьи, я хотел изучить их преимущества и недостатки.

Но это тоже не главное дело. Главное сейчас понять, как дивианцы применяли озарения. Я тоже хотел разогревать воду пальцами и насылать на врагов вихри. А ещё — летать, как небесный мент Илиин.

Пора мне активно менять Путь Самирана, а не бродить по чужим тропинкам, чем я был занят прошлую жизнь.

Хм, кстати, интересное совпадение — моя девушка увлекалась парапланёрным спортом, а я попал в летающий город. Иногда судьба так тонко издевается над нами, что мы не сразу улавливаем иронию.

* * *

На площадку упала тень. Громыхая решётками на окнах, и отслоившимися от бортов узорами, арестантский летающий экипаж приземлился в её центре.

Я бодро вбежал в раскрытую дверь и пожелал стражнику доброго утра. Тот непонимающе уставился на меня:

— Как это «доброе утро»? А оно бывает злое?

— О, поверьте, бывает. Бывает даже злая ночь.

Хаки Энгатти встретил меня как старого друга.

— Привет, Самиран!

Я приветливо кивнул и сел на лавку рядом. Рукопожатия в Дивии были не в ходу. Кажется, их использовали только близкие друзья.

Хаки выглядел празднично. Туника не мятая, а гладкая и почти новая. Сандалии начищены до блеска, а их шнуровка затейливо обвивала ноги почти до колен, заканчиваясь двумя крупными железными украшениями в виде иероглифов «СВИРЕПЫЙ» и «БЕЗЖАЛОСТНЫЙ». Волосы у парня приглажены и, кажется, обрезаны и подровнены.

Пацанчик готовился сразить Виви Карехи своей красотой.

— Отлично выглядишь, — сказал я. — Не боишься запачкаться?