Перемещение Планеты - Мария Шари

Веселые носороги, дразня великана, оббежали вокруг него. К этому времени Джордж и Мона уже разобрались в миролюбивом характере своих скакунов, но на животное, величиной со слона взирали с некоторым страхом. Но огромный примат только проводил взглядом скачущих вокруг него шутников с наездниками на спинах и неодобрительно покачал головой, ну, что с них, шалунов, взять. Затем, видимо, чтобы утихомирить разбушевавшуюся ораву наверху, ударил громадным кулаком по стволу. Дерево дрогнуло, орангутанги испуганно притихли, а с веток посыпались созревшие плоды. Вместе со сладким изобилием на землю свалился и любитель перебродившего нектара. Находиться по соседству с грозной гориллой он не пожелал, вскочил на ноги и резво вскарабкался назад на дерево. Дыни и арбузы при падении не разбились, а покатились по земле, подпрыгивая, словно мячи. Горилла выбрала самую крупную оранжевую дыню, сняла с нее шкуру, словно с банана, и отправила целиком в рот.

Скачущие носороги прервали свой бег, проявив юмор даже в этом. Они резко остановились возле стога сухой травы. Земляне кубарем скатились в копну. Животные, добродушно улыбнулись и поскакали дальше.

– Ни черта себе экскурсия! – перевел дух Джордж и посмотрел на Мону. Сидевшая без рубашки и стряхивающая с волос травинки девушка вызвала у него определенное желание. – Дорогая, ты уже разделась? – Интонации его голоса сменились на слащавые. – Я не против, к тому же мягкая постель в нашем распоряжении.

– О, да, мой дорогой, – игриво произнесла Мона. – Я всю жизнь только и мечтала поразвлекаться со своим парнем в стоге грязной соломы.

На ее насмешку Джордж заметил назидательным тоном:

– В сексе важна не практичность, а эмоциональная составляющая. К тому же, это сено, а не солома. – Он томно прищурил глаза и с придыханием в голосе пообещал: – Сейчас я доставлю тебе такое удовольствие, о котором ты и не мечтала. Я заставлю тебя стонать так, что обзавидуется даже та страусиха.

– Как скажешь, дорогой, – с мнимой покорностью согласилась Мона. – Думаешь, получится?

– А ты постарайся.

– Вообще-то, я говорю о тебе.

– Издеваешься надо мной, дрянная девчонка? – Джордж сделал вид, что разозлился, продолжая изображать из себя крутого парня. – Ты будишь во мне необузданного зверя. Сейчас кокетка пожалеет о своих насмешках.

– Ох, как страшно! С необузданным зверем секса у меня еще не было.

Парень протянул руку к весело улыбающейся девушке. В это мгновение между их лицами из стога сена высунулась змеиная голова, больше похожая на лягушачью, с маленькими рожками на макушке. Она уставилась на Джорджа немигающим взглядом и угрожающе зашипела. Молодые люди с ужасом вскочили на ноги и бросились прочь от стога. Змея, довольная произведенным эффектом, неожиданно затряслась в беззвучном смехе и затем принялась мирно жевать траву.

– Подумать только, она травоядная! – удивилась Мона.

– А шипит, как настоящая! – с досадой добавил Джордж, стряхивая прилипшие к одежде сухие травинки. Он понимал, возвращаться к занятию, которому они намеревались предаваться, было бессмысленно.

Мимо них с важным видом прошагал метрового роста петух, за ним вереницей старательно топало его потомство – пушистые и смешные оранжевые цыплята. Увидев людей, птенцы остановились и сбились в кучу. Бросая на землян насмешливые взгляды, они о чем-то шептались и откровенно подсмеивались. Один из них крыльями, как руками, изобразил на себе груди девушки, от чего цыплята рассмеялись еще сильнее.

– Эй, папаша, ты плохо воспитываешь своих детей, – возмущенно сказала Мона петуху.

Тот обернулся и, не останавливаясь, что-то сердито выговорил своему потомству. Птенцы разом замолчали, быстро выстроились в ряд и прежней вереницей продолжили шествие за отцом. Но смешливые с озорными искорками взгляды так и летели в сторону девушки.

Неожиданно на поляну выскочил один из веселых носорогов, на его роге висела рубашка Моны. Он положил ее на траву возле девушки, во всю ширь растянул здоровенную морду в извиняющей улыбке и столь же резво умчался.

– Надо же, какой джентльмен, – приятно удивилась Мона, одевая рубашку. – Ну что, идем дальше? Нам нужно найти Митча.

Джордж вздохнул и посетовал:

– Никак не могу избавиться от чувства голода. Воздух здесь точно какой-то особенный. – Он мечтательно посмотрел на небо, словно ожидая манны небесной. – Сейчас я бы с удовольствием съел две порции бифштекса и три порции жареной картошки. Еще бы выпил апельсинового сока и кока-колы.

Слушая его гастрономические мечтания, Мона внутренне улыбнулась и спросила:

– Хочешь узнать, как видят женщины сущность мужчины?

Джордж снисходительно посмотрел на девушку.

– Думаешь открыть тайну?

– А тайны никакой нет, – не обращая внимания на его скепсис, ответила Мона. – Мужская сущность проста как два цента и заключается она в сытном обеде, чтобы набраться сил перед бурным и продолжительным сексом. После секса снова плотно поесть и восстановить энергию для нового бурного и продолжительного секса. И так по кругу. Ах да, забыла, нужно еще поспать, переварить не менее сытный ужин и восстановить силы. И они вновь готовы к следующей серии бурного секса. Добавим сюда так называемую мужскую романтику – секс в поездках, лифтах, автомобилях и стоге грязной соломы.

– В кабинке на пляже, под водой с аквалангом, в общественном женском туалете, – мечтательно продолжил список Джордж.

– Ужас! Оказывается, я еще не все знаю о мужчинах.

Джордж усмехнулся.

– Не только женщины могут похвастать своими загадками. – И снова посетовал: – Шутки шутками, а мне реально хочется кушать. Ощущение такое, будто я не ел три дня.

– По правде говоря, я бы и сама сейчас уплела двойной биг-мак, – созналась Мона.

– Смотри, заяц! – обрадовался парень, увидев кролика с голубой шерсткой, беззаботно поедающего желтоватую с красными полосками морковь. – Сейчас устроим барбекю. Уверен, жаркое у меня получится лучше, чем у Рича. Ха-ха, вздумал угощать нас сгоревшим кроликом! Заяц вкуснее!

Джордж начал подготовку к охоте. Он поднял с земли камень и палку, задумавшись, чем бы их связать, чтобы получилось орудие вроде топора каменного века.

Мона полюбопытствовала с наивным видом:

– В чем разница между зайцем и кроликом?

– Как в чем? Глупее вопроса не слышал. В названии, конечно, – с видом специалиста-зоолога уверенно заявил Джордж. – Заяц – это заяц, а кролик – это кролик. Тебе не все ли равно? Суть не в названии, а в умении его приготовить.

– Не знала, что ты умеешь готовить.

– Сытный ланч – предпосылка к романтическому продолжению, – изрек Джордж, не заметив насмешки.

Он даже не задумался над тем, что своими словами лишь подтверждает выводы Моны о мужской сущности. Джордж уселся на землю и стал развязывать шнурки на кроссовке. Он наконец понял, чем нужно соединить детали будущего орудия охоты. Кролик не обращал никакого внимания на людей и с увлечением поедал морковку.