Дом колдуна - Мэри Блум

На самом деле я мог заставить его сделать все что угодно. Хоть брейк-данс в гостиной станцевать, хоть на голове пройтись. Но можно поступить и проще.

— А вдруг там девица какая-нибудь? Одинокая красавица ищет ночлег или просто на огонек зашла… Тогда кто первый увидит, того и будет.

— Сюда? — с иронией отозвался друг.

— Здесь, к твоему сведению, когда-то жило два десятка женщин…

— Ну почему бы и не открыть, — Глеб мигом поднялся с кресла. — Вдруг какая захотела вернуться. Все-таки развратная столица. Все возможно! Не тебе ж отдавать…

Он бодро зашагал к выходу. Следом раздался скрип. Я видел, как дверь в коридорчике распахнулась, но еще не видел, кто за ней. Однако уже по голосу Глеба понял, что не тот, кого он ожидал.

— И кто ты такой? — с недовольством спросил он, проявляя свои манеры во всей красе. — Что тебе надо?

— Добрый вечер! — в ответ раздался бодрый голос. — Я пришел с деловым предложением. Могу поговорить с Павловским Константином Григорьевичем?

Ep. 07. Темная сторона (I)

“Какой-то странный тип со странным чемоданом, — тут же прокомментировал Глеб. — Держит так, будто внутри деньги. Впустить?”

“А чемодан большой?”

“Ну вместительный.”

“Пусть заходит.”

Даже любопытно, кто и что хочет мне предложить.

— Проходите, — к Глебу вдруг вернулись манеры.

Входная дверь со скрипом захлопнулась, и вслед за другом в гостиную вошел мужчина лет тридцати — настолько живописный, что хоть сейчас фотографируй и на обложку какого-нибудь журнала про успешный успех. На руке дорогие часы со значком модного бренда прямо на циферблате, на лацканах золотые запонки — в общем, безделушки с претензиями. Сам одет в белоснежную рубашку и красный костюм-тройку в шотландскую клетку, а на шее повязан алый шелковый платок с узором другого модного бренда. Гость словно надел все лучшее, что у него было, чтобы произвести дорогое впечатление. Жаль только, что носить не умел.

— Константин Григорьевич, тут к вам посетитель, — с еле различимой иронией протянул Глеб и плюхнулся обратно в кресло.

Мужчина замер у камина, опасливо оглядывая черные капли скверны на стенах и крепко — будто опасаясь, что отберут — сжимая кожаный чемоданчик в руке. На вид и правда довольно вместительный. После недолгого созерцания красот моей гостиной посетитель торопливо одернулся и принес соболезнования, а затем без лишних прелюдий перешел к сути своего делового предложения.

— Константин Григорьевич, — произнес он, стараясь больше не смотреть на стены, — мой клиент хотел бы купить этот дом.

— А с чего вы и ваш клиент взяли, что этот дом продается? — уточнил я.

— Все продается, лишь бы цена была подходящей, — философски отозвался посетитель. — К тому же я пришел к вам с щедрым предложением, — он выразительно тряхнул чемоданчиком в руке. — Выгоду получат все участники будущей сделки. И вы в первую очередь…

А следом широко улыбнулся, словно демонстрируя, как мы все будем радоваться, когда заключим его сделку. Вот такой позитивный делец. Держу пари, именно с этой улыбкой он залезет к тебе в карман и заберет все ценное, что там лежит, попутно убеждая, что все это исключительно ради твоей выгоды и в твоих интересах.

— Ну предположим, — кивнул я. — И за какую же сумму ваш клиент готов купить дом?

— Мой клиент предлагает десять тысяч имперских рублей.

А произнес таким тоном, будто целый миллион. Будто, лишь услышав его предложение, мы сразу должны с облегчением выдохнуть, что хоть кто-то решился купить этот дом, и тут же на него согласиться.

“Это что, всего десять визитов в стрип-бар?” — Глеб мысленно хохотнул.

Мой взгляд скользнул по письмам на журнальном столике. Я, конечно, не читал все, но уже в первом из открытых цифра была больше — минимум на один нолик в конце. Надо же, какая щедрая подачка. Похоже, этот тип принял нас за наивных провинциалов, которых можно облапошить на раз-два. Даже гнилая хибарка на окраине стоит больше, а у нас тут целые запасы скверны.

— Этот дом стоит дороже, — озвучила Дарья очевидное всем.

— С учетом обстоятельств цена более чем выгодна, — делец даже не моргнул.

Для кого же, интересно?

— Десять тысяч, — повторил он, словно речь шла о самой лучшей сделке в нашей жизни, — которые вы сможете забрать прямо сейчас, — и выразительно тряхнул чемоданчиком в руке.

Кожаные стенки, казалось, аж распирало изнутри. Вот только с учетом озвученной суммы — рублевыми купюрами, что ли?

“Кажется, кто-то держит нас за идиотов, — прищурился Глеб. — По-хорошему или как обычно?”

“По-деловому. Как учил твой отец.”

Даже стало интересно узнать предел этой безграничной щедрости.

— Но вы же слышали, — я перехватил взгляд дельца, — дом стоит дороже.

— Наверное, вам стоит предложить побольше, — вкрадчиво протянул друг.

Гость с легким беспокойством переступил с ноги на ногу, будто удивленный, что мы еще не повелись.

— Я услышал вас, господа, — мгновенно переобулся он. — Приложу все силы и уговорю своего клиента на двадцать тысяч.

“О, двадцать тысяч — двадцать походов в стрип-бар,” — с иронией подсчитал Глеб.

— Двадцать тысяч — это очень не мало, господа, — делец явно решил, что мы раздумываем, и снова перешел в боевой режим: — За этот геморрой! Конечно, вы можете попробовать справиться с домом сами. Но это очень сильный, очень страшный дом. Вы можете провести здесь долго: недели, месяцы, а может и годы, обуздывая все это, — он обвел рукой черные капли на стенах. — Подумайте, оно вам надо? Когда выгоду можно получить уже сейчас…

И ведь говорил же с искренним недоумением, как от такого прекрасного предложения можно вообще отказываться. Интересно, а если бы из стены сейчас вылупился глаз, он бы повысил цену или, наоборот, понизил?

— Зачем вам эти проблемы? Есть хороший человек, который готов купить дом, снять этот груз с ваших плеч…

Ага, и переложить на свои. Тот, кто его послал, и правда думает, что здесь откровенные лохи? Судя по посреднику — да.

— И кто же ваш щедрый клиент? — полюбопытствовал я.

— Он пожелал остаться анонимным. Но если вы готовы на сделку, деньги получите прямо сейчас, — деловой жук снова тряхнул чемоданчиком.

— Увы, — я покачал головой, —