Наследник семьи Пак - Марк Грайдер

Проводив прислугу взглядом, я уже было направился на второй этаж, как заметил в одной из комнат включённый свет. Это была небольшая гостиная с различными стеллажами книг и настольных игр, а также несколькими телевизорами, к которым подключены приставки. Веранда комнаты вела сразу к небольшому полю для гольфа.

Именно здесь семейство Пак предлагало гостям различные развлечения. А сейчас, за небольшим столом, расположившись в удобном кресле, ко мне спиной сидел ещё один мой брат — Джи Ху.

[Пак Джи Ху]

Я почти ничего не знал о нём.

Да, полагал, что и с ним у нас не самые лучшие братские отношения. Однако в отличие от Джесона он был спокойным и тихим. Почти никогда не разговаривал, всегда держался в стороне. Единственное, что успел понять: он был родным братом Джи У. Хотя внешне они были не особо похожи.

Судя по первому взгляду: Джи Ху любил экспериментировать. Вряд ли его белые волосы были результатом генетического отклонения. Скорее обычная краска для волос, что в Корее, как я понимал, не такое уж редкое явление.

Вообще, люди здесь очень следили за своей внешностью. Реклама в интернете кишела множеством средств для ухода за собой, так и клиниками пластической хирургии. И не было различий: предназначено это для девушек или мужчин. И те и другие уделяли много внимания уходу за собой. Впрочем, как и отдавали за это большие деньги.

Если углубляться в историю, то началось это, как я понимал, ещё со времён императорских семей. Чем знатнее человек, тем красивее он должен выглядеть. Ни у одного аристократа не должно быть ни единого изъяна на коже. Его даже могли невзлюбить за это и наречь проклятием рода.

Видимо, эти устои, как и в любой другой стране, плавно перетекли в современность. И если для меня это не представляло какой-то культурной ценности, то для корейцев это было очень значимо.

Стоя позади Джи Ху, я наблюдал, как он переставлял круглые фигуры на деревянной доске. Они чем-то напоминали мне шашки. На каждой из них был свой иероглиф — генерал, конь, слон и другие. Понаблюдав за ним несколько минут, я понял, что сама игра очень похожа на шахматы. Только передвигаются фигуры не по клеткам, а по их вершинам.

— Что тебе надо? — не поворачиваясь ко мне, грубо произнёс Джи Ху.

— Просто решил посмотреть, — спокойно ответил я. — Стало интересно.

После этих слов он удивлённо обернулся ко мне. Осмотрев меня с ног до головы, брат усмехнулся и снова повернулся к доске.

— Интересно? Тебе-то? С каких пор тебя интересуют интеллектуальные игры? — с усмешкой поинтересовался он.

— Когда-то я играл в шахматы, — обойдя брата, ответил я и сел напротив него. — А эта игра мне чем-то их напоминает.

— Ты знаешь, что такое шахматы? — ещё больше удивился Джи Ху. — В нашей стране в них почти никто не играет.

— Я играл в интернете, — быстро сориентировался я. — В онлайн.

— Это — чанги, — кивнув на доску, пояснил он. — Хочешь сыграть?

[Чанги — корейские шахматы]

Теперь удивлён был я. Странно слышать предложение сыграть партию в игру от человека, который, как я понимал, меня недолюбливал.

— Я не знаю правил, — честно признался я.

— Ничего, — пожал он плечами. — Я объясню. Но играть просто так неинтересно. Тебе так не кажется?

После того как я заметил на его лице ехидную ухмылку, то понял, что он что-то замышляет. И явно не самое приятное.

— Да, я не против, — сохранил я спокойствие.

— Отлично. Тогда если ты проиграешь с первой попытки, то откажешься от идеи поступать в «Гангхан» и предложишь отцу мою кандидатуру.

Так и знал, что тут что-то нечистое. Ну да, от этой семейки можно было ожидать чего угодно.

— Хорошо, — кивнул я. — Но если выиграю я, то ты сделаешь то, что я тебе скажу. И неважно через сколько времени я тебя об этом попрошу. Ты должен будешь выполнить в любом случае.

Джи Ху засмеялся. Однако успокоившись, протянул мне раскрытую ладонь, которую я тут же пожал.

— Только смотри, — заглянув мне в глаза, предупредил он меня. — Весь наш диалог записывается камерами охраны, что установлены в этой комнате. Как и вся наша игра. Поэтому отвертеться ты уже не сможешь.

Какой же наивный был мой второй брат. Он ведь даже сам не понимал, что это на руку больше мне, а не ему. Видимо, все в моей семье слишком самоуверенны. Настолько, что даже не могут представить, что у них есть шанс проиграть.

Жаль. А ведь я был лучшего мнения о Джи Ху.

После нашего устного договора, который, как оказалось, ещё и имеет вещественные доказательства, брат объяснил мне правила. Да, они, действительно, в точности отражали шахматы. Ну а если учитывать, что в школе, в прошлой жизни, мне удалось получить разряд в шахматах, то выиграть в чанги не составляло труда.

И как я и думал, через некоторое время уже поставил мат генералу Джи Ху.

— Шах и мат, — по привычке произнёс я.

Губы брата вытянулись в тонкую линию. Он округлил глаза так, будто не верил в это и пытался доказать, что ещё не проиграл. Однако всё было очевидно. Я встал и поклонился Джи Ху, после чего отправился к выходу.

— Спасибо за хорошую партию, — произнёс я напоследок.

— Как? Как ты это сделал? — не понимал брат и резко подскочил с места. — Этого не может быть!

— Может, — спокойно ответил я. — И не забудь про наш уговор.

— Ты… ты жульничал!

Ну вот, теперь ещё и предъявления о нечестной игре. Проигрывать в этом доме тоже не умели.

— Это всего лишь игра. А сыграть на что-то ты сам предложил. Я не тянул тебя за язык, — я пожал плечами. — Да и доказательство есть. Не веришь, что игра была честной, так взгляни на записи.

Камера смотрела так, что наше место игры было прекрасно видно.

— Ты… ты, — старался что-то добавить он, но лишь сумел выдать. — Ты всех нас только позоришь! Ты никогда не станешь лучше нас…

Я молча наблюдал за Джи Ху. Видимо, настольные игры — его больная тема, как у Джесона — сила. Поэтому он стал вести себя один в один, как старший брат, который походил на истеричку, когда ворвался в кабинет отца.

— Джи Ху, — перебил я его, когда тот никак не мог успокоиться, поливая меня грязью. — Не опускайся до уровня Джесона. Ты всё же немного лучше его, и можешь стать, действительно, выдающимся. И возможно, мы найдём общий язык, — я поклонился ему. — И да… научись проигрывать и принимать поражение достойно. Пригодится.

— Да ты… — пытаясь подобрать слова, застрявшие в горле от злости, рыкнул он в мою сторону.

Джи Ху продолжал распыляться, но я уже вышел из комнаты. Продолжать выслушивать очередную истерику у меня нет ни времени, ни сил. К тому же завтра меня снова ждал очередной поход.

///

Утром, перед тем, как отправится в отмеченные башни, я зашёл на пост охраны, откуда переписал видеозапись нашей игры с Джи Ху. По собственному опыту я знал, что лучше иметь несколько экземпляров доказательств, чем только один. Всегда нужно было быть предусмотрительным. Особенно в вопросах договоров. Тем более, если речь о моей новой семье.

После этого я направился на зелёные метки.

Эти башни мне удалось зачистить без приключений и новых столкновений с другими магами. Времени ушло немного, но собрать достаточное количество камней всё ещё не удалось.

Заглянув в мешочек, который я сделал специально для хранения камешков, я снова пересчитал их. Только этого совсем не хватало на оставшуюся часть оплаты обучения.

Всего для поступления в академию мне нужно было десять миллионов вон. Если учитывать, что отец оплатит половину, то мне оставалось собрать пять миллионов. Каждый синий камень стоил десять тысяч вон, фиолетовый — пятнадцать тысяч, а оранжевый — тридцать тысяч.

Если учитывать, что синих камней у меня было сто двадцать, фиолетовых — шестьдесят, а оранжевых всего десять, то в сумме выходило два миллиона четыреста тысяч вон. Это была почти половина от моей суммы. И если бы у меня была возможность снова попасть в портал или пройти ещё башни, то я смог бы быстро заполнить этот недостаток.

Вот только была проблема.

Система больше