Сам себе властелин - Александр Горбов

Расстались мы почти друзьями. Я проводил девушку и её дуэнью к экипажу, присланному заботливым папенькой.

— В следующий раз, когда будете в городе, — Лорен улыбнулась с хитринкой, — дайте мне знать. Вы обязательно должны попасть в театр! Улица Кровавых Ладоней пятнадцать. Запомнили? Отправьте мне записку и мы сходим на представление.

Я кивнул и поцеловал ей руку. Бархатная кожа пахла ландышами и морозом.

— До свидания, Иван. Не забудьте про обещание!

Дуэнья только хмуро покачала головой.

Экипаж умчался, и я остался в одиночестве. Улица Кровавых Ладоней дом пятнадцать, говорите? Посмотрим, вспомнит ли она обо мне, когда я снова приеду в Кемнаро.

***

На следующее утро я засобирался домой в Калькуару. Как бы в городе ни было комфортно, но меня тянуло в замок с неимоверной силой. По мумию я соскучился, что ли?

Выехали мы небольшим караваном. Я на своём страусе Джипе (да помню я, что их называют соронами, но страус он и есть страус), Свен на птице поменьше, и семь коренастых птиц, нагруженных баулами.

— Не беспокойтесь, — Свен указал на грузовых «лошадок», — они будут идти за ведущим и не потеряются.

Так и двинулись. Выехали из города, неспешно прокатились среди полей и углубились в лес.

— А разбойники у вас встречаются? — я оглядывал деревья по сторонам от дороги и прикидывал, что нас можно легко взять тёпленькими. У меня даже меча нет!

— Встречаются, но не на этой дороге. Сюда только лесорубы и углежоги ездят, а торговцам здесь делать нечего.

Да, в какой же дыре я живу — даже разбойники ей брезгуют.

— Свен, не подскажешь, у вас принято девушкам дарить цветы?

— Вроде светлые рыцари, когда на турнире побеждают, преподносят своей даме розу. Кажется. Я плохо светлые обычаи знаю.

— Понятно. А что тогда дарят?

— Ну, сладости. Драгоценности, если намерения серьёзные. Соронов тоже можно. Или кошелёк денег.

Я икнул. Кошелёк? Нормальненько! Пришёл на свидание, и такой — возьми любимая, вот тебе сотня золотых. А она: как неожиданно, это мои самые любимые монеты. Пойду их в вазу поставлю, буду любоваться. Тьфу! Дикие люди, никакой романтики.

Уже после обеда мы подъехали к Первой заставе. Но спешиваться не стали — это дилижанс не мог проехать через развалины, а птички бодро скакали по битому камню. И через минут двадцать мы стояли перед воротами Калькуары.

— Иду-иду!

Через двор замка ковылял мумий в окружении скелетов.

— Это…

Я повернулся к Свену. На парне лица не было. Он побледнел, губы затряслись, шея пошла красными пятнами.

— С-с-с-келеты!

Свен показал на них пальцем.

— Б-б-б-бежим!

— Спокойно, это мои скелеты. Не бойся, они тебя не тронут.

— Ы-ы-ы-ы…

В сумке у седла, заботливо собранной Кейри, был небольшой кувшинчик с крепкой настойкой. Я заставил Свена сделать несколько глотков и хлопнул по плечу.

— Ну скелеты, и что такого. Орки, как по мне, так страшнее будут.

— Они живых едят! Голову откусывают и…

— Ну сам подумай, как они могут есть? Ни рта, ни пищевода. Укусить могут, наверное, если будешь пальцем в них тыкать.

Свен отдёрнул руку, которой показывал на скелеты, и спрятал за спину.

— Всё, успокойся, это мои подданные.

— А мумия? Он тоже не ест живых?

— Он мой прапрадедушка. Выпить любит, не спорю. Но не закусывает принципиально, чтобы градус не понижать.

Свен шутки не понял. Застыл в седле, с ужасом наблюдая за приближающимися мертвецами.

Громыхнула решётка, пропуская мумия со свитой.

— Ты очень долго, — принялся ворчать старик, — я уже подумал, что с тобой случились неприятности. Хотел ехать выручать.

— Всё нормально. Я осматривал достопримечательности. Это Свен, сын владельца «Красного орка». Он будет доставлять нам продукты и всё, что нужно.

Мумий протянул парню руку.

— Гебизе Второй.

Надо отдать Свену должное. Переборов страх, он пожал старику ладонь. А мне стало стыдно: я звал мумия дедушкой, и даже не поинтересовался именем. Благодарный потомок, называется.

Скелеты, не дожидаясь команды, сгрузили с птиц баулы и потащили в замок. Глядя на белые кости, я опять задумался, как применить их для охраны.

— Свен, спускайся с птицы. Сейчас придумаем что-нибудь с ужином.

— Нет-нет, — парень замотал головой, — я домой. Отец очень ждёт меня обратно.

— Ночью, через лес?

— Ерунда! Птицы без груза побегут очень быстро. Не волнуйтесь за меня.

Я чуть пристальней взглянул на Свена и понял — ночной лес не так страшен, как ночевка в замке со скелетами.

— Тогда возьми, — мумий протянул парню скрученную в рулончик бумагу и небольшой мешочек, — это список, привезёшь в следующий раз. И деньги, на закупку. Жду через пять дней.

Свен часто закивал.

— Всё сделаю, всё привезу. Ровно через пять дней.

— Привет отцу передай, — крикнул я парню уже в спину.

— Цоп! Цоп! Цоп-цобе! — подгонял птичек Свен, торопясь убраться от замка.

Мумий неодобрительно скривился.

— Слабовата тёмная молодёжь стала, мёртвых пугаются. Живых бояться надо! Мёртвым-то уже всё пофиг.

Я с удивлением покосился на мумия — откуда у него это словечко? От меня, что ли?

— Пойдём, потомок. Отчитаюсь перед тобой, — мумий хихикнул, — навёл немного порядок.

— Сейчас.

Я спрыгнул со страуса на землю и достал из перемётной сумки трость.

— Это тебе, дедушка. Подарок.

— Что? Зачем? Мне? Подарок?!

Мумий часто заморгал. Осторожно взял у меня из рук трость и прижал к груди, как ребёнка.

— Мне никто не дарил… Никогда… Дань приносили, а просто так, ни разу.

Старик сделал шаг ко мне и обнял.

— Спасибо! Никогда этого не забуду.

Я похлопал его по спине.

— Мне кажется, она тебе очень подходит.

— О да!

Мумий взял трость за набалдашник и прошёлся вокруг меня. Вышагивал он как настоящий король, делающий смотр войскам.

— Идеально! Теперь они у меня попляшут!

— Кто?

— Скелеты, заразы такие. Повадились от работы отлынивать, думают, я их не догоню. Всё, кончилась халява у костлявых.

Я снял со страуса седло, и отпустил пастись. А мы с мумием пошли в замок. За спиной с неприятным лязгом опустилась решётка. Может смазать её, чтобы не так мерзко скрипела?

Двор замка оказался непривычно пустой. Кучи мусора, битого кирпича и камни исчезли. Даже пятно копоти от малого термоядерного файербола кто-то пытался оттереть, правда, без особого успеха.

— Хорошо поработали мои орлы? Скелеты, а сколько пользы от них.

— Деда, а в твои времена их на войне применяли?

— Скелеты? Ну, как обслугу катапульт, стрелы подносить, в обозе. Сам понимаешь, они от одного удара