Воплощение - Дмитрий Билик

С коротким и тихим воплем он укрылся за крупным валуном и теперь сидел ни жив, ни мертв. Юти же повернулась к Ерикану, который оказался не менее обескураженным, чем сама девочка, и спросила.

— Что это, учитель?

— То, чего быть не должно, — растерянно пробормотал старик. — Это дракон.

Глава 6

Когда говорил Ерикан, то зачастую его слова несли простую и доступную для твоего понимания мысль. Пусть и с определенными нотками тонкой издевки, какую не каждый изощренный собеседник мог распознать. Но вместе с тем старик никогда не кичился заумью. Он говорил ровно то, что мог понять беседующий с ним, пусть и не всегда сразу.

Оттого от слов учителя Юти опешила. Услышанное никак не укладывалось в голове. Да, когда-то невероятно давно, когда существовал Сердинак, водились на земле и драконы. Но злые великаны уничтожили их еще прежде, чем появились смертные герои. Потому до нас дошли лишь редкие легенды.

Более того, в какой-то момент девочке показалось, что Ерикан сам не особо верит в сказанное. Будто ляпнул не подумав, а теперь горько в этом раскаивается. Но наставник не сводил глаз с создания в небе, и не торопился делать никаких опровержений.

— Может, иллюзия? — подала робкую надежду Юти.

На что старик расставил два пальца на пример рогатки, оттянул невидимый снаряд и отпустил. Созданный волей и силой сиел волшебный камень полетел будто выпущенный из требушета, с пронзительным свистом рассекая воздух, и ткнулся в брюхо неповоротливому созданию. Дракон тяжело поднимал крылья, прибивая ветром траву к земле, и явно не заметил манипуляций Ерикана. Но факт остался фактом. Огромное и грозное создание существовало.

— Как это возможно? — спросила Юти.

— Сиел, — только и ответил учитель. — Величайший в способности созидания, какого я не видел прежде.

— Я думала, что ты знаешь всех стоящих сиел на Севере.

— Я тоже так думал, — вновь удивил ее ответом Ерикан.

Между тем дракон медленно и неторопливо облетел окрестности и направился к ближайшему лугу, на котором паслась отара с одной из деревень. Приставленному следить за ними крохотному мальчишке, не больше девяти лет отроду, хватило ума сделать ноги, как только он увидел на подлете ужасное создание. Сами овцы в панике бросились врассыпную, укрываясь в тени леса, не повезло лишь нескольким из них — чудовище раздавило их при приземлении. И теперь дракон занимался тем, что медленно жевал мясо поверженных овец, смешно тряся острой мордой и вытягивая шею.

Одаренная разглядывала создание, изучала его. И, к примеру, заметила, что чудовище не такое уж большое, просто пролетело оно слишком близко, отчего и внушило трепет и уважение. Если взять девять-десять девочек такого же роста, как Юти, поставить их на плечи друг другу, то можно было дотянуться до костяных шипов на морде. Тогда как по легендам, когда Сердинак поднимался в воздух, то закрывал собой все небо и день становился ночью.

Отвлекая девочку от ее размышлений относительно природы драконов, из ущелья наверху вылетел самый странный отряд, какой видела Юти. Коротко стриженные мужчины, все как один, оказались облачены в холщовые сорочки с шнуровкой на груди, свободного покроя штаны и невысокие сапоги из мягкой кожи. Больше всего они походили на одинаково одетых крестьян, если бы не лошади и сила, которой обдало Одаренную, как свежим морским ветром.

Их руки пусть и были мозолисты и натружены, но оказались чисты, без отметин дара Аншары. Потому Юти решила, что перед ней отряд сиел.

— Кар эттер, — направился ближайший к ним северянин, выкрикивая приветствие на ходу. Ни о каком уважении или учтивости здесь и не пахло. — Мы ищем диковинное создание, похожее на… дракона.

У вопрошающего был дважды сломан нос, о чем свидетельствовали горбинки, в глубоко посаженных глазах читалась если не мудрость, то серьезный опыт, а весь вид выражал колоссальную усталость. Как у собаки, возвращающейся с трехдневной охоты. Или лошади, ради забавы конюха которая обскакала Конструкт с внешней стороны стены. Потому Юти про себя решила простить и то, что незнакомец не спешился, и что не соблюл прочие меры приличий.

— Этот? — ткнула пальцем девочка на луг внизу, на котором продолжало неторопливо пировать чудовище. Будто Юти только тем и занималась, что несколько раз на дню указывала путникам на драконов.

Вместо ответа северянин вскрикнул и пришпорил коня, съезжая с тропы. А прочие последовали его примеру. Юти осталось лишь удивляться, как всадники не боятся покалечить своих лошадей, пробираясь к чудовищу самым быстрым способом.

— Проклятые ублюдки, — проворчал Фромвик, не без опаски вылезая из своего укрытия. — Так и знал, что это их рук дело.

— Кто это? — спросила Юти.

— Вальтаг Отверженных, — ответил Ерикан. — Хотя сами себя они называют Свободный Вальтаг Скитальцев и не нашедших себе дома сиел.

— А в Землях их зовут «проклятые ублюдки», — заключил Фромвик. — Сначала они были сборищем бродяг и отщепенцев, которые облюбовали Ветреный Мыс и окрестные от него земли…

Юти сдержалась, чтобы не хмыкнуть. По ее скромному мнению, весь Север можно было назвать ветреным.

— Но не прошло и пары лет, как ярл Гронеден отправил своих воинов, чтобы собрать деньги с людей, живущих на его землях, — продолжил Крепкорукий. — Вальтаг, почувствовавший свою силу, ответил отказом. И была кровавая сеча.

— В которой сиел вышли победителями. Я слышал об этом, — подтвердил Ерикан. — Сломить их упрямство и заставить принять свою власть удалось лишь одному человеку.

— Серому Ворону, — поддакнул Фромвик. — Вальтаг признал власть Императора. Даже согласился платить ему налог. Но на Севере нет воина, который не презирает этих ублюдков.

— Что не мешает твоим сородичам торговать с ними, — с серьезным видом уколол бывшего ярла Ерикан.

— Многие забыли о чести, — согласился Фромвик.

— Если бы это говорил не северянин, который отказался от власти ради того, чтобы быть швеей и не спрятался за камень при первой опасности, я бы даже поверила, — отрезала Одаренная.

Ей порядком надоели препирательства этих двоих. Во Фромвике сейчас проснулись не его слова, а мнение, навязанное отцом и его окружением. Это Юти поняла сразу. А Ерикан, в свойственной ему манере, был готов дразнить бывшего ярла хоть до утра, будто в этом старик черпал свою силу. Саму же девочку сейчас больше интересовали события, разворачивающиеся