В Кольце - Любовь Блонд

К полуночи Алексей перестал хрипеть и мирно заснул. Все это время Сергей сидел напротив него в кресле и слушал дыхание мужчины. Вдруг помрет? Не хотелось бы, чтобы мешок денег вот так глупо умер.

Утром Алексей выглядел практически здоровым, только опухшая нога мешала ходить. Зато порозовели щеки и появился аппетит. Сергей согласился, что еще на день они задержатся в этом месте, чтобы в дороге не возникло проблем. Тем более за окном сгущались тучи и моросил мелкий дождик. Так себе погода для многокилометровой прогулки.

— Ладно, раз мы остались тут, давай сделаем самое важное.

Алексей вопросительно посмотрел на стоящего посреди комнаты друга. Что такого важного они еще не сделали?

— Перед тем, как нас отправить за Кольцо, всем добровольцам вшили специальные датчики, — он сел на кровать рядом с Алексеем и показал запястье со едва зажившим шрамом. — Эта хрень выполняет всего две функции. Первая — передает сигнал о том, что носитель жив, так они знают, сколько из двухсот человек еще в строю. И вторая — с ее помощью мы можем выйти за Кольцо. Это и есть твой пропуск.

— И что ты предлагаешь? Руку тебе отрезать? — Алексей дотронулся до кожи и почувствовал твердый бугорок под шрамом. И правда, там была какая-то вживленная штуковина.

— Рука мне и самому пока нужна. Мы с тобой должны вытащить этот датчик и очень быстро вживить его тебе. Он хитрый. Если не может считать жизненные показатели, значит носитель мертв и он отключается. У нас с тобой меньше минуты, чтобы его не запороть. Иначе придется искать еще одного карателя.

Алексей с ужасом смотрел то на руку на Сергея, то на него самого. В смысле резать? Какой еще датчик? Такого в условии не было.

— А без датчика никак? Я не хочу, чтобы меня резали здесь, в заброшенном доме без медицинского надсмотра.

— Всего лишь небольшой разрез на запястье. Это не больно.

— Разрез, Серег, ты понимаешь? Давай-ка придумай что-нибудь другое. Желательно такое, где не надо резаться и калечиться.

— Можем вернуться к твоим друзьям. Либо я отдаю тебе мой датчик и ты выбираешься на волю. Без него ты не выберешься.

Алексей еще раз посмотрел на запястье со шрамом. Он платит сумасшедшие деньги не за проводника в лице Сереги, а за этот чертов датчик.

6 сентября

Мне нужно время, чтобы восстановить события последних суток. И я не уверена, что сегодня 6 сентября.

Попробуем.

Вспомнив накануне о грибах, утром 4 сентября я пошла в лес. Собирала грибы я крайне аккуратно — не срезала ножки, не топтала траву, шла по явным тропинкам, коих в лесу между несколькими дачными товариществами великое множество и даже сочная трава не смогла их скрыть. Вернулась домой где — то в три часа дня и легла отдохнуть.

Не знаю, сколько времени спала, но еще было светло. Проснулась от того, что услышала хруст веток за окном, а следом и голоса. Их было пятеро, все мужики. Они медленно шли между сгоревшими домами и что — то громко обсуждали. Помню, моя курочка начала кудахтать. Это и привлекло их внимание. У одного из них была огромная татуировка на шее с каким-то пауком или типа того. Видно, что свежая, черная и яркая. Еще у одного красная бандана на шее. Они бесцеремонно зашли на мой участок, громко рассуждая, что сделают с курочкой.

И дальше как в страшном сне.

Очнулась в своем же подвале, задыхаясь от едкого дыма. Руки и ноги связаны веревкой, голова раскалывается, перед глазами все плывет. Я смутно помню, как освободилась от веревок, но хорошо помню как выбиралась из подавала и упала на траву рядом с домом, кашляя до рвоты.

Чуть придя в себя, попыталась потушить дом. Но оказалось, что это только с виду он страшно горел, в целом все было не так критично. Горели облицовочные панели и из — за этого все было в дыму. Потушить их получилось пятью ведрами воды из дождевой бочки. Сгорели только панели на углу дома, а вот сам дом почти не пострадал, просто стал больше вписываться в окружающий пейзаж.

Эти твари и внутри пытались устроить пожар, кажется я помню как кто-то из этих уродов выливал средство для розжига на пол в гостиной. Но сгорели только шторы и слегка обуглился диван. В вечерних сумерках не особо было видно и мне тогда казалось, что диван еще можно спасти.

Но обидно не за дом и не за мебель. Эти гады вынесли все, что только можно было забрать — еду, теплые вещи и даже технику. На фига она им, если нет электричества? Оставили после себя бардак, разбросанные вещи и распахнутые ящики шкафов. И черные следы ботинок по всему дому. Уроды, блин.

Проветрить дом и вытащить на улицу испорченный диван удалось к рассвету. Я предполагаю, что это уже 5 сентября. В утренних лучах солнца удалось оценить реальный урон — весь фасад дома, выходящий на улицу покрылся сажей. До сих пор не понимаю, как не треснули от жара окна на первом этаже. Внутри огонь повредил стены и пол, но, если задуматься о возможных последствиях, то мне очень повезло. Выжженный пол можно спрятать под ковриком, а стены закрасить краской, благо этого добра в сарае навалом. Именно этим я и занималась половину дня.

После полудня и до самого вечера я разбиралась с вещами и едой. Еды, как я уже писала, не осталось вообще. Эти гады забрали все до последней пачки риса. Теплые вещи забрали не все, видимо рук не хватило. Старые подушки, пару одеял и тонкий плед — вот что мне оставили грабители. Разве это согреет долгой зимой?

А если они решат вернуться?

От этой мысли стало не по себе. Я не знаю, что они делали, пока мое сознание блуждало в темноте. Но если эти варвары решились на убийство, если вернутся и обнаружат, что дом не сгорел — обязательно закончат грязное дело. Именно поэтому я схватила все самое теплое, что осталось в доме и спряталась в доме деды Леши.

Сегодня вроде 6 сентября, около 10 утра и я пишу из его старенького дома, наблюдая за дорогой. Если ОНИ вернутся, то скорее всего именно по этой дороге. Второй въезд в поселок завалило сгоревшими деревьями и домами, так что только дурак будет там ходить.

7