Время для жизни 2 - taramans

тоже латинские словари имелись. Курс римского права был укорочен, по сравнению с гражданскими юристами, но все же — имелся. Да и цели были теми же! Мы еще с одногруппником соревновались — кто больше запомнил, да еще и к месту употребить! Ох и дураки были молодые! Но тогда было — понты — наше все! Хотя… на некоторых девиц действовало! А еще студентки-медички кое-чему научили! Не из словарей!».

— А еще что знаешь? — продолжала пытать «тетя врач».

— Ну, На-а-а-сть… ну чего ты, в самом деле? Мне вот сейчас даже стыдно стало!

Но та не слушала, требовала продолжения экзамена по латыни.

— Ну еще… Пер аспера эд астра! Аут бене, аут нигель…

Настя с улыбкой кивала головой.

— А еще — Фортуна нон пенис, ин манус нон реципе…

Настя замерла, пошептала губами, а потом — в хохоте завалилась Косову на грудь.

— Ой, Ваня… Ой, не могу! Ой-ой-ой… что же ты со мной делаешь?! Ой! Мне в туалет надо… а то описаюсь сейчас…

И женщина, покачиваясь и держась за живот, убежала.

«М-да… неожиданное окончание экзамена!».

Потом она вернулась, и смеясь, наставила палец на Косова:

— А вот этого… последнего в словарях точно быть не могло! Это эти твои… медички, да?

Косов, сделав морду котика из Шрека, обреченно кивнул.

— Вот же… сучки! Испортили парня! Хотя… мы, медики, такие. Циничные мы, это правда! Слушай, знаток латыни… пошли перекусим, и коньячка что-то захотелось…

* * *

— Вань! — вырвал его из полузабытья воспоминаний голос Алешина.

— М-м-м? — покосился Иван на подъехавшего ближе напарника.

— Слушай! Ты поговори с Ильичевым… Наверняка он может поспособствовать. Расписание-то патрулей готовят не без участия помкомроты. Там же все наряды воедино сводятся…

— О чем ты? Не понял…

— Ну… чтобы нас с тобой в поселок Водников почаще писали.

— А чего так?

— А то ты сам не понимаешь? Пристанционные эти поселки… б-р-р-р… и добираться туда. Да и народ там, сам знаешь! А здесь, на Рабочих — ну скукотища же!

— А на Водников что — медом намазано? — хмыкнул Косов.

— Чё ты под дурня-то косишь? Сам же все… И в училище можно, пусть и поздно, но вернуться. Да и поживее там как-то. Поинтереснее…

— Ага… и девчонок там больше, да? Особенно, если кого в институт проводить, — засмеялся Иван.

— Ну и это тоже… А что тут такого? Сам-то вон… Ой! Извини! Что-то я заболтался! — сконфузился напарник.

— Эт-точно! Заболтался ты, Андрюха! — Косову не то, что было неприятно, но…

Видимо, их с Настей связь становилась секретом Полишинеля.

— Говорю же — извини! Ну чего ты, в самом деле? Это ж — между нами, да?

— А — не между нами? Чего — болтают много? — заинтересовался Иван.

— Да не то, что болтают… Завидуют больше! Вон она какая красивая! Только… не мое дело, конечно… Да и сам я так не думаю, но… Она же совсем… ну… взрослая. Что не так, что ли? Не понимают парни…

— Тут, Андрюха, как ведь… У красивой женщины возраста нет. А вообще, читал где-то, что у французов есть такая шутка про возрасты женского пола: девочка — молодая женщина — молодая женщина — молодая женщина — бабушка умерла.

Алешин засмеялся:

— Надо запомнить! Как ты… у красивой женщины возраста нет. Эх, Ваня! Завидую тебе. Даже… не с Настасьей Иванной… Хотя… тут тоже завидую! А больше завидую, как ты ловко и красиво говорить умеешь. Песни вон какие… Может посоветуешь… как немного… А то бывает, в увольнении познакомимся с девчонками… Ладно, если они — попроще. А то ведь… если красивые… У меня как будто язык отмирает! Дурак дураком становлюсь! Ни «бу», ни «му»!

Косов задумался.

«А что ему посоветовать? Сам-то в его возрасте — не лучше был. Боже мой, сколько глупостей понаделал, сколько дуростей наговорил! Сейчас и вспомнить стыдно! Что… только опыт, пожалуй! А опыт… он приходит не вдруг, и далеко не сразу. И не с одной девчонкой. Тут шишек понабить надо изрядно. Шишек набить, локти покусать…».

— Даже не знаю, Андрюха… Могу только сказать, что нужно увеличивать словарный запас. Это — точно! А как его увеличить? А книг больше читать! Много и разных! Кроме этого, что девчонки точно любят — так это чувство юмора. Умей рассмешить! Человек, когда смеется, он сам себя разоружает перед оппонентом. Настроение улучшается, добрее человек становится. Только имей в виду — сначала нужно понять, кто перед тобой. Юмор — он тоже разный. Кому-то нравится погрубее, кому-то — потоньше, поумнее.

— А как это чувство юмора заполучить? — серьезно подошел к инструктажу Алешин.

— А чего его заполучать? Оно у всех есть. У кого-то меньше, у кого-то больше. Лучше или похуже, но — есть. Ты же смеешься анекдотам, побасенкам? Ну вот — это оно и есть. А развивать… Опять же… запоминай анекдоты, смешные фразы, шутки. Да хоть записывай сначала. Потом, когда их запас у тебя в голове станет достаточно большим, научишься сам собой и комбинировать все это… Под обстановку и окружающих. А то и сам придумывать. Или ты думаешь, что я все сам придумываю? Слышал когда-то от кого-то что-то подобное…

— Интересно…, - пробормотал Андрей, — А я думал, что это — от природы. У кого-то есть, а у кого-то — нет.

— Да с чего бы? Все нужно изучать и развивать, дружище. Голова, язык, чувство юмора — они же так же подлежат развитию, как мышцы, к примеру…

— Ну уж… ты и сравнил!

— Чего? Не веришь? А оно — так и есть! К примеру, шахматы очень здорово развивают мозг. Учишься в голове просчитывать варианты. Чем больше занимаешься — тем больше их, этих вариантов, можно одновременно держать в голове. Так же — со вниманием. Упражнения есть специальные. Или вот — скорочтение. Человек может свободно прочитать книгу… листов на триста за несколько часов. Да и числа трехзначные люди перемножают в голове. Думаешь — уникумы такие, да? Нет, есть и особо одаренные