Живой проект - Дарья Еремина

— Ради всего святого, Миша, очнитесь! Какая разница? Речь о жизни вашей матери! Это их страна, их правила, их требование. Вы не можете не играть по их правилам, если хотите жить…  и работать.

— Но это же не игра!

— Вот именно! Это жизнь! Вы готовы ее разменять, лишь бы не поступиться своими дубовыми принципами? — юрист поднялась и, пройдя к бюро президента, затушила сигаретку, — Миша, откройте глаза. Не вы создали этот мир, не вы сформировали эту мораль, не вы подчинялись подонкам веками безропотно, чтобы их правила стали нормой. И ваше рыльце в пушку, вы всю жизнь играете по их правилам, в вас течет та же кровь, — женщина хмуро усмехнулась, — сколько партий живых проектов вы отдали под списание? Хотите сказать, что теперь, когда они по росчерку пера получают статус людей, вы откажетесь от отбраковки? — женщина усмехнулась. — Не смешите меня.

— Статус людей…

— Вы все еще хотите, чтобы я осталась?

— Статус людей…

Юрист не поняла странной улыбки, появившейся на лице президента.

— Пожалуй, вы правы, Юлия Владимировна…  — Михаил вздохнул, и так и не понятая улыбка исчезла с его лица, — нет, Юлия Владимировна, вы мне больше не нужны. Спасибо.

— Что бы вы ни решили, Миша, вы будете правы, — женщина прошла к открытой двери в приемную.

— Я надеюсь.

Остановившись, юрист склонила голову, а потом обернулась к смотрящему ей вслед боссу:

— Но ваша правда убьет вашу мать и сломает вам жизнь.

Она покинула кабинет президента, а затем приемную. Михаил еще какое-то время сидел на стуле рядом со своим бюро.

— Все собрались в первой переговорной, — предупредила Лена, появившись в проходе.

— Спасибо, Лен, попробуй соединить меня с президентом.

— Каким президентом?

— Нашим президентом.

— Вы — наш президент.

— Президентом страны, Лена!

— А…  этим президентом…

Михаил не знал, сколько часов или дней ему придется ждать, и дождется ли он разговора вообще. Когда секретарь через две минуты объявила, что первый помощник президента на линии, сказать что Михаил удивился, значило здорово преуменьшить.

— Доброе утро, Михаил Юрьевич, я передам господину президенту все, что вы имеете сообщить.

— Здравствуйте. Как хорошо, что и мои и ваши переговоры записываются: так редко бывает, что информация доходит до адресата без искажений. Что ж, передайте господину президенту, что я с удовольствием вспоминаю нашу единственную встречу и горд оказанной мне честью. Я был рад лично подарить первому лицу нашего государства скромный подарок, который, надеюсь, пришелся ему по вкусу. Я знаю, что господин президент ежедневно проходит медицинский осмотр, но, кажется, в него не входит МРТ. У меня, конечно же, нет оснований опасаться за жизнь горячо любимого и многоуважаемого президента, но наша экология и образ жизни заставляют меня тревожиться за его здоровье, и потому я настоятельно советую пройти это обследование немедля, — Михаил перевел дыхание и продолжил чуть медленнее. — Если меня не подводит память, Океан-3 был уничтожен дистанционным подрывом трех зарядов на корпусе станции. Мои инженеры просчитывали защиту для оставшихся под моим руководством станций, и пришли к неутешительному выводу: несмотря на кажущуюся надежность и защищенность, и Песок-2 и Арктика-1 не намного сложнее стереть с лица земли. Да, конечно гибель научных станций не способна уничтожить LPI, но для «Живого проекта» это будет потеря, не совместимая с дальнейшим существованием. Только «Живой проект» ведет и исследования и выпуск продукции на станциях. Из-за отказа работы с LPI холдинга «Лаварес» в мире больше не существует ни станков для производства оборудования, ни чертежей для восстановления производственных мощностей «Живого проекта». Из-за подобного же отказа наших банковских партнеров, компания была не в состоянии заказать разработку новых чертежей и производство оборудования на другом заводе, а отказ работать с нами буквально всех перевозчиков параллельно с приостановкой лицензии нашей собственной логистической компании, поставил под угрозу выживание на станциях не только живых проектов, но и персонала. Так же готовые партии клонов не имеют возможности покинуть станции и «Живой проект» терпит убытки из-за просрочек в поставках клонов клиентам. В общем, я не хотел расстраивать господина президента подобными незначительными новостями, хотя, думаю, для столь высокопоставленного лица это вовсе и не новости. Но вместе с тем я вынужден предупредить, что и дивидендов от «Живого проекта» в ближайшем будущем можно не ждать, а лучше помолиться о самой возможность дальнейшей работы компании. Теперь только Бог сможет поднять ее на ноги. Доброго здравия и до скорой, я надеюсь, встречи.

Михаил проходил мимо Лены, собираясь в первую переговорную на собрание акционеров. Перед секретарем раскинулась панорама какого-то городского квартала. Михаил удивленно остановился.

— Что это?

— Да, нашла у Люды документы на…  ваши личные проекты. Целый квартал, я просто…  это вау! Вы купили его для клонов и сотрудников?

— Нет.

— А…  ну…  как для сотрудника компании, можно мне…

— Нет.

Михаил прошел к двери, но остановился, посчитав необходимым пояснить:

— Я не собирался ни продавать жилье, ни селить там кого-либо из корпорации.

— Но во что же тогда вы вложили эти огромные деньги?

Михаил поморщился:

— Это не было вложением денег.

* * *

Михаил опоздал, но этого никто не заметил, потому что не было еще одного акционера — Николая Крышаева. Явное перераспределение веса бросилось в глаза и задело Михаила. Он надел иночи и уткнулся в нескончаемый поток срочных сообщений со всех концов света. Крестный появился через несколько минут и с привычной уверенной улыбкой устроился на своем месте. Когда и после начала собрания Михаил не снял очков, его, наконец, начали замечать. Сообщение от Лены о звонке Высоцкого он получил, уже собираясь убрать один из экранов.

— Лена, чего он хотел? — спросил Михаил, не смущаясь окружающих и кого-то перебив.

— Читаю: «Я готов проанализировать и подтвердить своей репутацией любые файлы на предмет достоверности и принадлежности индивидуума к живым проектам». Оставил контакты.

Михаил с выдохом откинулся на спинку кресла и улыбнулся. Впервые за день он почувствовал легкость в груди.

— Спасибо, Лен. Добавь в мои контакты.

Стянув очки, Михаил вежливо кивнул:

— Продолжайте, Владислав Савельевич.

Вопрос о смещении Михаила с должности Генерального директора все же был существенно обоснован и вынесен на голосование. Проекция Ларисы Сергеевны Королевой на практически всегда пустующем стуле покровительственно осмотрела присутствующих и произнесла четко и громко: