Тринадцатый - Андрей Северский

присел, памятное место. Развёл костерок, смотрю на огонь, завораживает. Жаль, что Соланы нет, как-то быстро привязался к ней. Задумался, уж не влюбился ли в неё? Или чары какие действуют? Но, девка хороша! Такую подругу иметь… причём во всех смыслах. Жаль, что на солнце появляться не может, но мне-то без разницы, в какое время мобов мочить. Ночью к тому же народа меньше, человеку спать всё-таки требуется.

Чьи-то руки легли на плечи, так что я дёрнулся вскочить. Руки без труда удержали меня на месте. Оборачиваюсь, стоит, улыбается. Обольстительная стервочка. Села вплотную, подпихнулась под руку, заставив себя обнять, и прижалась.

Сидим, молчим, смотрим на огонь, хорошо, наслаждаюсь.

— А я правда тебе нравлюсь?

— Кхм, — от неожиданности свело горло, — правда, — смело отвечаю ей.

— Так неожиданно, чувствовать такое от живого человека, обычно все меня боялись и хотели убить. Один ты… странный странник.

— А ты им показывалась в этом обличии? — провожу пальцем по её щеке.

— А зачем хотел стать моим хозяином? Творить со мной всякие непристойности?

Никогда не понимал женщин и их логику, переходят из крайности в крайность, очень быстро и непредсказуемо. И откуда она узнала о моих желаниях?

— Просто я их чувствую, — ответила она на мой невысказанный вопрос.

— Ну, да, хотел, — и добавляю, — И сейчас хочу. Очень.

— Так чего ждёшь? — шепчет она.

Не смея поверить своей удаче, несмело целую её в губы. Она отвечает и это заводит. Откидывает голову, позволяя целовать и губы и шею. Хорошо, что в игре не надо бриться, при поцелуях не колюсь щетиной, лезут в голову посторонние мысли. Правая рука тем временем удобно устраивается на её груди. Левой поддерживаю за голову и завладеваю её губами. Нежные поцелуи сменяются глубокими, Солану уже мелко трясёт от желания. Не в силах больше сдерживаться, встаю, скидываю на траву свою рубаху и штаны, поднимаю девушку и срываю одежду. Валю её на свою рубаху и проникаю внутрь, начинаю медленно двигаться, продолжая целовать. Постепенно темп нарастает, удары тела об тело становятся жёстче. Вампирша ритмично стонет, когти царапают спину, вот она рычит, изгибается подо мной, и на пике замирает на мгновение, после чего её начинает колотить. С чувством глубокого восхищения собой, от «обязательной программы» перехожу к произвольной. Завожу её руки за голову, фиксирую своей рукой, и ускоряюсь. Девушка извивается, кричит, пытается кусаться, но всё бесполезно пока я не достигну точки кипения. Наслаждение бьёт в голову, и после я просто лежу на Солане.

Она поворачивается на бок, скидывая меня. Подгребает мою руку под голову:

— Ты чудо, — её рука скользит по груди всё ниже и ниже, — А ведь я могла убить тебя, — целует меня, и от дыхания по коже проносится табун мурашек.

Рука Соланы «натыкается» на вполне готовый инструмент: «Впрочем, ещё не поздно», и она осёдлывает меня. Мои руки бесстыдно наслаждаются её великолепным телом. Сполохи костра отражаются в её глазах. В самый ответственный момент она повторяет мой трюк, держа мои руки и увеличивая амплитуду движений. Ей проще, а вот как я тогда удержал её руки — вопрос интересный. Но я не сдаюсь, закусив губу, начинаю резко двигаться вверх навстречу ей. Долго она терпеть не смогла, и достигла высшей точки. Слезть не дал, уложил на себя и обнял.

Через некоторое время желание проснулось опять. Раздразнив Солану, снова занялись любовью. Безудержно и неистово, как будто соревнуясь друг с другом, празднуя победы горячими поцелуями. По итогам соревнования она победила. Укатала и заездила, ну так у неё выносливости в двадцать раз больше.

Интересно, за такое дадут какое-нибудь достижение? Например, прибавку к скорости или выносливости?

Вконец обессиленные, лежали и смотрели друг на друга. Собирался предложить ей быть вместе, но не успел сказать, как она отрицательно покачала головой.

— Мы не сможем быть вместе. Сегодня было просто чудесно и давай оставим это в своей памяти как частицу прекрасного.

Похвалили и отшили. Обычно так поступают мальчики с девочками.

— Разведи костёр побольше, — она встала и мгновенно оделась, после чего бесшумно исчезла.

С сожалением вздохнув, тоже встал и оделся, просто закинув одежду в слоты экипировки, с улыбкой подумав, что такой функции очень не хватает в реальной армии.

Только собрал валежника, Солана уже вернулась, таща окорок, по всей видимости того самого молодого кабанчика из дубравы. Метнувшись в лес, вернулась с тремя толстыми ветками, две разветвлённые для подставок, третьей проткнула окорочок и подвесила над костром.

Пока готовилось мясо, поговорили о планах. Я рассказал ей о России, куда хочу попасть. Она, что хочет попутешествовать по миру, и повидать папку! Сидеть в пещере на одном месте ей надоело. Затем мы ели вкуснейшее мясо, пользуясь вместо столовых приборов, она — когтём, я — ножом новичка и листом незнакомого дерева вместо тарелки. Хорошо, что игра во многом условна, в реале приготовить такое с тем, что у нас было, ни за что бы не удалось.

Уже ближе к утру, я посоветовал Солане пробраться на корабль сегодня, на всякий случай. Она согласилась с этим. На прощание мы обнялись:

— Не грусти. Я буду вспоминать тебя, — и в конце добавила, — Мне ни с кем не было так хорошо, — после её слов почувствовал себя немного девушкой.

Она ушла, а я остался дожидаться рассвета. Было грустно. Думаю, я тоже буду помнить о Солане.

Вернувшись утром в посёлок, встретил Лаиша.

— Слава кругу, жив.

— А что такое? — не понял я.

— Ты не слышал? Поздно ночью древнее зло из пещеры устроило нечто несусветное, выло и кричало на два голоса. Два моряка решили посмотреть что там. Как их не уговаривали остаться, они пошли, а утром их тела обнаружили в дубраве. Капитан с другими матросами ушли в пещеру, чтобы убить упыря.

Ничего себе, охреневал я. Кричало на два голоса? И в деревне было слышно? Смутно припоминаю охватившее меня вчера безумие. И Солана убила двух моряков, когда ходила в дубраву. Мне ничего не сказала. Хорошо, что я отправил её на корабль, если команда корабля столкнулась бы с вампиршей, скорее всего мне бы пришлось дожидаться следующего судна, из-за внезапной гибели всего экипажа.

— Неужели упырь и тебя задел, — спросил трактирщик, указывая на порезы на руках, которые ещё не успели зажить после страстных объятий девушки.

— Не, это ветками случайно, когда по лесу ходил, — отвертелся я, — Значит, капитана пока нет.

— Нет, они даже торговлю не начинали.

— Я тогда пока в кузницу пойду, — отвязался от взбудораженного произошедшим непися.

Раз есть время, сделаю второй нож. К