Калгари 88. Том 3 - Arladaar

высоким результатам не существовало, да и она разве тренер, учившийся в институте несколько лет искусству воспитывать спортсменов? Но кое-что она всё-таки знала. Из личных наблюдений и занятий с Бронгаузом. Ведь и этот человек не в пустыне выращивал чемпионок. Были у него свои собственные принципы и методы. Первый из них — работать только с теми, от кого возможен результат. И этому первому принципу Зоя соответствовала. В ней виделась не прыжковая ракета двадцать первого века, а фигуристка высокого уровня века двадцатого.

Правда, у девушки не шли прыжки. И здесь было два варианта работы с ней. Первый выглядел совсем садистским — начать сразу напрыгивать тройной тулуп. В этом был резон. Вынудить фигуристку делать больше мощное отталкивание, как при заходе на тройной. Поднять её надо льдом, но одновременно научить вовремя прекращать вращение, как говорили фигуристы, «раскрываться», в нужный момент отбрасывать ногу на приземление. Это могло оказаться эффективным решением проблемы. Зоя, в сущности, не раскрывалась. Она почти падала на лёд и приземлялась абы как, совершенно случайно, нисколько не контролируя ни приземление, ни выезд. Это и был план А.

План Б заключался в предложении Левковцеву создать в Екатинске ещё один вид фигурного катания, например, танцы на льду, где прыгать вообще ничего не надо, зато требуется хорошая рёберность и чёткое, на скорости, выполнение шагов и паттернов танца. Зоя для танцев обладала идеальным телосложением. Она была высока, стройна, красива, обладала изящными, дотянутыми движениями. А партнёром её мог бы стать… Горинский! С его аристократичной внешностью, высоким ростом, законченными движениями, идеально прямой спиной и плечами. Да… Они бы смотрелись прекрасным дуэтом, безусловно… Правда, в теории. Горинскому было 19 лет, и по юниорам он уже не мог выступать. Зоя 14 летняя юниорка-перворазрядница. Это не было большой проблемой, но путь в спорте ребятам пришлось бы начинать с самых низов, а для Горинского это были бы два шага назад. Впрочем, чего только не бывает…

Были ещё мальчишки-перворазрядники из группы старшего возраста, но они смотрелись наоборот, слишком зелёными, ведь им по 12–13 лет. На фоне Зои — сущие дети. Какие уж тут танцы на льду… Этот перфоманс смотрелся бы скорее как комедия на льду.

Тут Арина не сдержалась и громко рассмеялась.

— Ты что? — в ответ улыбнулась Соколовская, толкнув Арину локтем.

— Да так… — улыбнулась Арина. — Представила Муравьёву в танцах с разными партнёрами, из наших разных групп. В том числе и с этими.

Она кивнула головой на одногруппников Данила и Егора, за спиной тренера устроивших скрытую весёлую возню и толкотню локтями с редкими пинками друг друга коленом по пятой точке. Тут уже и Соколовская не выдержала, рассмеявшись и вызвав укоризненный взгляд Левковцева.

Зоя тем временем заканчивала прокат. Единственный из прыжковых, что у неё получился, это аксель. По всему видно, что этот прыжок она контролировала полностью, от захода до выезда. Вращения получились идеально. В принципе, хоть и не чисто, но по технике девушка сделала всё, а в артистической части полностью и даже больше. Когда Левковцев стал опрашивать воспитанников, какие оценки они бы поставили одногруппнице, то наткнулся ещё на одну проблему: никто не хотел ставить низкие оценки и ставили почти по максимуму, но обосновать при этом, почему оценили так, а не иначе, естественно, не могли. Лишь взрослые Хмельницкая и Соколовская смогли обосновать свои пятерки, поставленные Зое.

— Я думаю, Зоя заслуживает пятёрок! — заявила Арина. — Прокат технически хороший. Все непрыжковые получились прекрасно, и даже аксель вышел хорошим. Так что за технику я бы поставила пять ноль. Технически прокат выполнен. Про артистизм и говорить нечего — всё на высшем уровне. Поэтому шесть ноль. Возможно, Зоя бы никогда не получила такие оценки в реальном прокате, но я поставила столько, сколько считаю нужным.

Соколовская кивнула головой, как будто соглашаясь с Ариной, да и сказать что-то другое было очень сложно. Успели показать прокаты своих коротких программ Анжелика и Жанна, но одногруппникам они были совсем неинтересны, и Левковцев понял, что его программа самооценки прокатов может дать сбой. Ребят интересовали лишь Соколовская, Хмельницкая и Муравьёва. Остальные фигуристки катались на их привычном уровне и никакого интереса не представляли.

Арина решила предложить Зое попробовать тренировать тройные. И сказала об этом в раздевалке.

— У тебя есть неплохой шанс подкачать скилл по прыжкам! — заявила Арина, подойдя к Зое, которая складывала спортивный костюм в шкафчик.

— Что накачать? — с удивлением спросила Зоя, недоумённо взглянув на Арину.

Арина выругалась про себя. Новомодные словечки никак не удавалось вытравить из себя и они так и лезли в самое неподходящее время.

— Эмм… — замялась Арина. — Забей! То есть забудь! Я хотела лишь сказать, что знаю способ, как улучшить твою прыжковую технику.

Раздевалка небольшая по объёму, и, естественно, разговор вёлся не шёпотом, поэтому вскоре уже все девчонки стали прислушиваться к словам Арина.

— Я слушаю, — серьёзно ответила Зоя.

— Тебе нужно начинать тренировать тройной тулуп! — заявила Арина. — Пока на лонже. Ты слишком низко поднимаешься, поэтому не докручиваешь при приземлении. Получается смазанным. Начав прыгать тройной, ты поднимешься надо льдом и научишься вовремя раскрываться.

— Хм… — недоверчиво пожала плечами Зоя, как будто говоря, что всё это выглядит очень подозрительно. — Поговорим завтра с тренером.

— Обязательно поговорим! — заверила Арина и тут же чуть повысила голос. — Ребята, нам провели телефон, и теперь каждый может позвонить мне и поболтать, когда захочет. Сейчас я вам скажу номер, и можете записать в блокноте.

И одногруппники отреагировали на это заявление! Почти все достали карманные блокноты или записные книжки и записали номер, который назвала Арина. Записала его и Соколовская.

— Давай тоже свой телефон! — заявил Арина. — Будем болтать долгими весенними ночами.

Сказала и тут же вспомнила, что телефон у них обычный, на витом проводе, и болтать ночами не получится, сидя на жёстком стульчике в прихожей. Это было бы неудобно. Когда жили в Иженске, у них был стационарный телефон, но естественно, это был современный радиоаппарат.

Вышли с тренировки всей толпой. Марина быстро попрощалась со всеми и уехала на «Волге», которая ждала её за углом.

— А твоя машина где? — смеясь, спросила Нина.

— Я ей сказала не приезжать, — улыбнулась Арина. — Отсюда я могу и сама до дома добраться. Спешить некуда.

Так же, как и до этого, все вместе дошли до автобусной