Андрей Юрьевич - Андрей Готлибович Шопперт

а что можно из неё сейчас кроме монет делать. На вскидку приходит сразу довольно большой список. Бронзовыми были перекрестия и навершия большинства средневековых мечей. Бронзовыми были кубки, котлы, литые пряжки и другие декоративные элементы одежды и интерьера. Как и раньше из бронзы делают колокола, так как бронза прекрасно звенит. Так всё это можно делать, разве кроме колоколов из латуни. Латунь не хрупкий материал и для всего этого подойдёт лучше. Между прочим, даже «Медный всадник» сделан не из меди, а бронзы. Почему не из латуни? А в те времена почти ничего не знали о цинке. Утратили технологию. А ведь сульфид цинка можно просто добавить к меди в пропорции, чтобы в итоге получилось пятьдесят процентов меди на пятьдесят цинка. Сера выгорит. Была бы платина, можно было бы попробовать получить серную кислоту, но Южная Америка ещё не открыта, как и Урал-камень.

Андрей Юрьевич встречал делегацию во дворе, сотня с лишним человек ни в один зал бы не вошла. Строить огромных залов ещё не умеют. Самая большая «Комната» в его замке было метров двадцать на шесть или семь метров. И при этом арочные стены и потолки ещё и сужали помещение.

Закончилось мероприятие быстро. Князь мол хворый ещё, давайте произносите клятвы, присягайте на верность, а как только князь — батюшка выздоровеет окончательно, так сразу в Галич наведается, а пока со всех городов и бояр налог в этом году уменьшается на треть. В честь воцарения нового князя. А ещё подумайте, лучшие люди и вы бояре, надёжа и опора, а не объединить ли оба княжества как при батюшке моём в королевство Русское, вместе пинать ляхов и татарву сподручнее.

— А кто тут представитель от Самбора, Борислава, Перемышля и Дорогобыча? — нужен цинк, озокерит, нужна сера и нефть. Порох сделать пока не получится, а вот греческий огонь, почему нет.

Событие двадцать первое

Debes ergo potes

Должен, значит можешь.

Надарили галичане князю полно всего. Его потом Глеб Зеремеевич водил по двум комнатам, куда подарунки сложили и хвастал соболями, лисами, белками, гривнами и колтами всякими, даже ткани надарили, словно Андрей Юрьевич тётка, а не Рюрикович природный. Правда, были и сабли с мечами и неплохая такая кольчуга с серебряными пластинами на груди.

— Там от городов ещё есть подарки, но я их сюда не понёс. Во дворе в старой конюшне сложили. Есть совсем бедные дары, кто-то даже медный котёл преподнёс.

— Котёл⁈ — вскочил с резного трона профессор, только ведь думал, про то, что нужно попробовать получить селитру из земли, срезанной с конюшен. Именно из неё ведь получали селитру французы под руководством двух титанов химии Лавуазье и Бертолле.

Только нужен большой котёл. И тут бамс, докладывают про большой медный котёл.

— Пойдём, глянем.

Пришли глянули. На самом деле среди слитков меди и трёх небольших колоколов лежал и перевёрнутый котёл, сверкая красно-жёлтыми начищенными боками. Маловат, конечно, при слове «большой» Виноградов себе представил огромные котлы из сказки про «Жар птицу», там же Иван-дурак ныряет в котёл с водой варёной. Ныряет — ключевое слово. Вот такой бы. Не, нет, этот был маловаст. Не прыгнешь в такой с помоста. Где-то сантиметров восемьдесят в диаметре и глубиной сантиметров шестьдесят. Хотя, начинать эксперименты явно нужно именно вот с такого котла, ну, а там дальше подъедут товарищи, отправленные за чугуном, и нужно попробовать отлить большой чугунный котёл.

— Глеб Зеремеевич, скажи мне, куда вы золу деваете из печей?

— В жлукто бабы сыпят.

— В жлукто? — это слово ничего Виноградову не говорило.

— Одежонку стирают, ткани отбеливают бабы, бочонок такой из цельного ствола выдолблен только без дна, — показал руками ключник.

— Пошли посмотрим.

Шли долго, вышли за стену, подошли к реке. Как она называется Виноградов не знал, но спрашивать не решился. На самом деле, на берегу было несколько десятков женщин. Они, как и говорил ключник, в жлукто запаривали одежду. Профессор подошёл, посмотрел. Выходило следующее. Женщина поставила жлукто прямо на траву, потом положила в колоду эту немного соломы, дальше слоями одежду, которую надо постирать, тщательно пересыпая ее золой, точнее белым просеянным пеплом. В конце снова положила немного соломы. Потом она взяла из разведённого рядом костра большой кувшин тёплой воды и выливала в жлукто на белье. Следом на рогачах вынула из костра большой раскалённый камень и плюхнула сверху для поддержания температуры. Наполненное жлукто она накрыла рядном. Оттуда валил пар, а внутри в нем клокотало и булькало.

Зря время потерял. Ничего нового.

— Глеб Зеремеевич, соберите по городу пудов десять золы. Лучше просеянной, без угольев.

— Зачем же, Андрей Юрьевич⁈ — уронил челюсть и без того видимо удивляющийся поступкам князя ключник.

— Поташ будем делать.

— Поташ?

— Ну, не твоё дело, боярин. Ты выполни, что я тебе говорю. Я про это тоже в детстве в ромейской книге прочитал. Могу тебя заранее предупредить, что многому тебе ещё удивляться придётся. Следующее, что мне понадобится — это земля из конюшни. Туда, куда кони мочатся.

— Кони⁈ Мочатся⁈ — борода у ключника дыбом встала.

— Глеб Зеремеевич, уж не считаешь ли ты себя умнее ромеев, что книги пишут?

— Книги⁈

Всё когнитивный диссонанс. Так и хотелось гаркнуть: «Выполнять, когда с тобой разговаривает подпоручик». Так он целый капитан запаса даже. Старшего лейтенанта запаса дано дали, а потом был у него один студент нерадивый. Тупой к тому же. Но отец, как тот хвастал, у него начальник в военкомате. Студент взятку деньгами предложил, но Виноградов это дело раскритиковал, а тот канючит и канючит.

— Чёрт с тобой, пусть твой отец мне следующее звание присвоит и будет тебе четвёрка, — таким образом думал профессор от него отвязаться. А тот через день принёс приказ по Уральскому военному округу и устное приглашение посетить военкомат, чтобы в военный билет изменение внести. Так и стал командиром роты средних танков и капитаном.

— Боярин, ты просто сделай, что я тебе говорю. Пока нужна зола. Много золы.

Никогда этим Андрей Юрьевич не занимался, только в книгах читал. Поставили они котёл на камни, под которыми костёр развели и стали сыпать туда золу, когда вода закипела. Слили всё это в вёдра, освободили котёл от осадка и назад серую грязную воду залили. И опять золу в неё принялись сыпать. И опять слили в вёдра деревяные. И начали снова с чистой воды. Так