Гамбит Курьера - Всеволод Бельц

В этот момент Алекс почувствовал ледяное спокойствие, исходившее от "Ключа" в его голове.

Это примитивная логическая блокада, – прозвучала мысль. – Система безопасности считает все лифты в этом секторе потенциальной угрозой и перевела их в автономный режим. Я могу это исправить.

"Дай мне доступ к панели," – сказал Алекс, отталкивая Киану.

"Ты с ума сошел? Ее не взломать!"

"Я не буду ее ломать".

Он положил ладонь на панель. Он не знал, что делать, поэтому просто позволил "Ключу" действовать. Он представил себе не блокировку, а идеальную работу системы. Порядок.

Запрос: отмена протокола экстренной блокировки, – мысленно сформулировал "Ключ", и эта мысль, облеченная в чистый код, через нервную систему Алекса ушла в терминал. – Основание: ошибочная тревога. Требуется техническое обслуживание на нижних уровнях. Маршрут: безопасен. Приоритет: альфа.

Панель на мгновение погасла, а потом вспыхнула ровным зеленым светом. Тяжелые двери лифта с шипением разошлись.

Воррн и Киана уставились на него с одинаковым выражением шока и недоверия.

"Потом объяснишь," – бросила Киана, и они все ввалились внутрь. Алекс ударил по кнопке самого нижнего уровня – "Трюм".

Лифт тронулся вниз. Но их покой длился недолго.

"Они знают, где мы!" – крикнула Киана, указывая на панель. Индикатор показывал, что кто-то пытается перехватить управление лифтом снаружи. А потом по крыше кабины раздался оглушительный скрежет.

"Они режут трос!" – прорычал Воррн, вскидывая винтовку.

Он выстрелил в потолок. Броня лифта выдержала, но обшивка прогнулась, и на мгновение они увидели искры плазменного резака.

Неэффективно, – констатировал "Ключ". – Через 10 секунд они перережут основной трос. Аварийные тормоза не сработают, их уже заблокировали.

"Ладно, умник, есть идеи получше?!" – огрызнулся Алекс.

Есть. Покинуть лифт.

"Ключ" снова взял дело в свои руки. Он не пытался восстановить контроль над лифтом. Он взломал систему пожаротушения станции. С диким воем под потолком лифта открылись аварийные клапаны, и кабину начало заливать тоннами липкой, густой огнеупорной пены.

"Держитесь!" – успел крикнуть Алекс.

Давление пены было таким, что боковую сервисную дверь, не рассчитанную на такую нагрузку, с треском вырвало из петель. И их всех – Алекса, Киану, Воррна и тонны липкой пены – выбросило из кабины лифта прямо в открытую шахту.

Свободное падение.

Они летели вниз мимо проносящихся этажей, мимо проводов и труб. Спасло их то, что шахта не была пустой. Они рухнули на гигантскую сеть из силовых кабелей этажом ниже, которая прогнулась, как батут, и смягчила падение.

Все трое были в синяках, грязи и липкой пене. Лифт, из которого их выбросило, пролетел мимо и спустя пару секунд со страшным грохотом рухнул где-то внизу.

"Я… тебя… ненавижу," – выдохнула Киана, обращаясь к Алексу, но в ее голосе звучало некое извращенное восхищение.

Они были живы. Они были на десять этажей ниже преследователей. И они были полностью отрезаны от сети.

"Идем," – прохрипел Воррн, поднимаясь на ноги. – "Пока они не сообразили, куда мы делись".

Они пробирались через технические уровни, похожие на внутренности гигантского металлического зверя. Здесь не было людей, только гул машин и скрип старого металла. Спустя полчаса, грязные и измученные, они вышли через ржавый люк прямо в одном из самых темных переулков "Трюма", в паре шагов от мастерской Кианы.

Они заперлись внутри. Воррн тяжело опустился на ящик, его дыхание было тяжелым. Алекс прислонился к стене, чувствуя, как отступает адреналин, оставляя после себя гудящую пустоту.

Киана, не говоря ни слова, подошла к своему главному терминалу. Она вставила флешку с данными, которые стоили им так дорого. На экране побежали строки кода, начали строиться графики и модели.

Она смотрела на экран минуту, две, три. Ее лицо становилось все более мрачным.

"Ну что там?" – не выдержал Алекс. – "Ты можешь построить эту 'клетку'?"

Киана медленно повернулась к ним. В ее глазах больше не было азарта. Только холодное, трезвое понимание масштаба катастрофы.

"Построить 'клетку'? Алекс… я не уверена, что смогу даже правильно назвать то, что у тебя в голове. Это не просто две сущности. Это война. 'Ключ' строит порядок, а эта… 'Тень'… она пожирает его, используя энергию распада. А твой мозг – это поле боя. Если я попытаюсь вырезать одного, второй, лишившись противовеса, мгновенно поглотит тебя. Если я попытаюсь изолировать обоих… они, скорее всего, объединят усилия, чтобы пробить любую 'клетку'".

Она перевела дух.

"План был в том, чтобы сделать операцию. Но это не опухоль. Это – симбиотический конфликт на квантовом уровне. Я не могу вылечить тебя, Алекс".

Она сделала паузу, прежде чем произнести самую страшную фразу.

"Потому что я не уверена, что ты вообще 'болен'. Возможно, ты – это новая форма жизни. Нестабильная, опасная и, скорее всего, нежизнеспособная. Но уже не человек".

Глава 23. Три чашки и одна война

Тишина в мастерской после слов Кианы была тяжелее, чем грохот рухнувшего лифта. Фраза "уже не человек" повисла в воздухе, как радиоактивная пыль. Воррн перестал чистить свой пистолет. Алекс замер, прислонившись к стене, и, казалось, перестал дышать.

Первой молчание нарушила, как ни странно, Киана. Она молча подошла к своей старенькой кофеварке, вытряхнула старую гущу, засыпала свежий порошок и запустила новый цикл. Без этого ритуала, казалось, мир не мог продолжаться.

"Значит… это все?" – наконец выдавил Алекс. Его голос был глухим. – "Я просто ходячая бомба замедленного действия, и ничего нельзя сделать?"

"Я не сказала, что ничего нельзя сделать," – ответила Киана, не оборачиваясь. Она достала три чистые кружки. Три. Раньше она никогда не держала в мастерской больше двух. – "Я сказала, что я ничего не могу сделать. Не здесь. Не с этими инструментами. Это как просить деревенского кузнеца починить атомный реактор. Он может только растерянно почесать в затылке и посоветовать не подходить к нему близко".

Она поставила кружки на стол и наполнила их дымящимся кофе. Одну пододвинула к Воррну. Другую поставила перед пустым стулом для Алекса. Третью взяла себе.

Воррн посмотрел на кофе, потом на Киану. "Я думал, мы провалились".

"Мы не провалились," – возразила она. – "Мы добыли информацию. Теперь мы знаем, с чем имеем дело. Это уже больше, чем было вчера. Мы просто обнаружили, что проблема гораздо сложнее, чем казалось. Добро пожаловать во взрослый мир, мальчики".

Алекс медленно подошел к столу и сел. Он взял кружку. Ее тепло было единственным, что казалось настоящим в этом безумном мире.

"Что… что я чувствую?" – тихо спросил он, обращаясь скорее к себе, чем к ним. – "Он, 'Ключ', он… молчит. После того, как я помог ему в лифте. Он стал… тише. Как будто