Ложная девятка. Том девятый - Аристарх Риддер

— Видел, — я обнял его в ответ. — Красавец. Оба мяча — класс.

— Жаль, не выиграли. Ринат монстр. На восемьдесят пятой я уже праздновал…

— Я видел. Бывает.

Подошёл Литовченко, пожал руку:

— Привет, капитан. Как Испания?

— Тепло. Апельсины. Море.

— Завидую.

— Не завидуй. Скоро сам узнаешь.

Гена усмехнулся. Он знал, что я прав. Рано или поздно европейские клубы придут и за ним.

Потом подошли остальные — Савичевы, Пригода, Харин, Добровольский. Все рады были меня видеть. Хлопали по плечу, расспрашивали про Барселону, про Круиффа, про Линекера.

И тутя увидел Стрельцова

Эдуард Анатольевич постарел за эти месяцы. Или мне так показалось. Морщины стали глубже, волосы седее. Тренерская работа выматывает.

Но глаза были те же — умные, добрые, с хитринкой.

— Слава, — он подошёл, обнял меня. — Рад тебя видеть.

— Эдуард Анатольевич. Хороший матч.

— Могли выиграть. Должны были выиграть. Но Спартак есть Спартак

— Зато команда в прядке

— В порядке, — Стрельцов кивнул. — Но без тебя всё равно не то. Ты же понимаешь.

Я понимал. И от этого было одновременно приятно и грустно.

— Когда в сборную? — спросил он.

— Завтра лечу в Киев. Сбор в Конча-Заспе.

— Передавай привет Малофееву. И надери немцам задницу. Мы здесь будем болеть.

— Надерём, Эдуард Анатольевич. Обязательно надерём.

Вечером мы сидели в ресторане «Прага» на Арбате. Я, Протасов, Литовченко, Добровольский. Игорь тоже летел завтра в Киев — он был в составе сборной.

— За Торпедо, — поднял я бокал.

— За Торпедо, — поддержали остальные.

Выпили. Закусили. Всё в пределах приличий

— Как там Заваров? — спросил Протасов, — ему хорошо так досталось

— В порядке. Восстанавливается потихоньку. к Киеву по идее должен быть в составе.

— Катя как? Сильно скучает?

— есть такое дело.ю Но там у неё потихоньку собирается целый женский клуб. Жена Гарри вон подбивает мою благоверную на карьеру модели и что-то там они мутят насчёт собственной линии одежды.

— Серьезный бизнес, — усмехнулся Олег.

— Да какой там! Баловство. Но пусть будет всё же лучше чем крутиться исключительно вокруг Сашки.

— Это точно!

После этих обычных разговоров пришла пора поговорить и о футболе и тут в разговор включились и остальные парни. Всего же мы сидели в ресторане часа три и это был хороший вечер. Правильный.

* * *

Самолёт приземлился в Борисполе в полдень. Серое небо, мелкий дождь, запах мокрой земли. Киевская осень.

На лётном поле нас ждал автобус с надписью «Динамо Киев». Федерация договорилась — сборная базировалась на динамовской базе в Конча-Заспе. Лучшие условия в стране. Лучшие поля, лучшая еда, лучший отдых.

В автобусе уже сидели киевляне — Беланов, Михайличенко, Демьяненко, Рац. Они прилетели раньше, с утра.

— Славка! — Беланов вскочил, обнял меня. — Каталонецхренов! Как там в Европе?

— Нормально в Европе.Вы тут как?

— У нас тоже нормально. Готовимся надрать твою сине-гранатовую задницу.

— Ну-ну, это мы еще посмотрим кто кого. Скорее это мы вас отделаем.

— Спор?

— Давай. Спорим.

В этой дружеской пикировке с Игорем и другими динамовцами дорога прошла незаметно.

Поехали через Киев — мимо Крещатика, мимо Софийского собора, мимо каштанов, которые уже пожелтели и начали ронять листья.

Красивый город. Я всегда любил Киев. Здесь что-то особенное — в воздухе, в людях, в атмосфере. Город-герой, город-сад, город футбола.

Конча-Заспа встретила нас тишиной. База Динамо — это отдельный мир. Сосновый лес, Днепр рядом, чистый воздух. Несколько корпусов, тренировочные поля, восстановительный центр. Всё для того, чтобы футболист думал только о футболе.

Разместились в номерах. Я оказался с Алейниковым. Обычно мой сосед Заваров но Саня лечится в Барселоне. Поэтому без него

— Как настроение? — спросил он, раскладывая вещи.

— Рабочее, — ответил я с улыбкой

— Успел уже соскучиться по Союзу и нашим порядкам?

— Если честно то нет. Да и порядки, если говорить о футболе и выкинуть нашу привычку к сбороам и базам, примерно одинаковые. футбол везде футбол.

— Тоже верно.

* * *

Первая тренировка была назначена на вечер. В четыре часа Малофеев собрал команду в конференц-зале.

Эдуард Васильевич стоял у доски, рядом его помощники. На доске уже была нарисована схема расстановка, стрелки, фамилии.

— Парни, — начал он, — через пять дней мы играем в Берлине. Матч, который решит нашу судьбу в отборочном турнире. Победа и мы гарантируем себе выход в финальную часть чемпионата Европы. Другие варианты я даже рассматривать не буду

Он обвёл нас взглядом.

— Сборная ГДР — команда серьёзная. Кирстен, Том, Долль, Либерс — это всё игроки высокого европейского уровня. Они играют дома, перед своими болельщиками. Они будут биться.

Малофеев ткнул указкой в схему:

— Но мы сильнее.Мы — чемпионы мира. И мы должны играть как чемпионы.

Он расписал состав. Дасаев в воротах — легенда, лидер, стена. Защита Бессонов, Хидиятуллин, Кузнецов, Демьяненко. Полузащита — Алейников, Добровольский, Литовченко и я. Атака Протасов и Беланов.

Мощный состав, способный закатать ГДР в землю.

* * *

Чартерный рейс Аэрофлота вылетел из Киева в Берлин. Два часа полёта, и мы в столице ГДР.

Берлин встретил нас холодом и дождём. Октябрь в Германии обычно куда теплее, а тут прям тюмень Тюменью. Серое небо, мокрые улицы, гдаже странно

Автобус вёз нас через город. Восточный Берлин — социалистический, строгий, функциональный. Широкие проспекты, монументальные здания,Другая страна, но почему-то очень похожая на нашу.

Стена была рядом — я видел её из окна автобуса. Бетонная, серая, бесконечная. Она делила город на две части, два мира. Мы были в восточной части. В социалистической. В своей. Вроде как скоро всё должно поменяться, товарищ Романов активно работает над объединением Германии, но пока что вот он, этот символ холодной войны.

Разместились в гостинице. Вечером лёгкая прогулка, ранний отбой. Завтра тренировка на стадионе, послезавтра — матч.

10 октября 1987 года. Суббота. 16:00. Берлин, ГДР. Стадион имени Фридриха-Людвига Яна. Пасмурно, +5 градусов, поле мокрое. 18 894 зрителя.

Отборочный матч чемпионата Европы 1988.

ГДР: Рене Мюллер (к), Рональд Креер, Уве Цётцше, Детлеф Шёсслер, Маттиас Дёшнер, Ханс-Уве Пильц, Маттиас Либерс, Юрген Рааб, Ульф Кирстен, Томас Долль, Андреас Том.

Тренер: Бернд Штанге.

СССР: Ринат Дасаев, Владимир Бессонов, Вагиз Хидиятуллин, Олег Кузнецов, Анатолий Демьяненко, Сергей Алейников, Алексей Михайличенко, Ярослав Сергеев (к),