Попутчик - Дэн Абнетт

— АП не потерпит такого, — сказал Фальк. — Они просто не допустят, чтобы так произошло.

— Я понимаю, — кивнул Апфел.

— Но тогда ничего не получится. Без сотрудничества с ними ничего нельзя сделать.

— Получится, и кое-что можно сделать без них, — возразила Клиш.

Выйдя на свежий воздух, они направились через заросшую сорняком лужайку рядом со зданием музея. Вокруг жужжали жуки. Мелкие жучки садились Фальку на кожу, и он пожалел, что не захватил с собой спрей-репеллент. Колонизаторы пока только оккупировали эту планету, а создании «второй природы» говорить было рано.

Посыпанная золой дорожка вела через участок, поросший низкорослым кустарником, за которым на фоне высоких стройных деревьев цвета слоновой кости — то ли засохших, то ли сбросивших листья — на обозрение был выставлен некий объект. Он был размером с одноэтажный дом и на три четверти длины нависал над участком, покрытым розоватой галькой. Сорняки захватили дорожку, гравиевый участок и выбоины в искореженном металле. Нижнюю часть объекта, куда никогда не попадали прямые солнечные лучи, начал покрывать лишайник.

— Настоящий геодезический зонд, — объявил Апфел. — Запущен с драйвера-первопроходца. Первый рукотворный объект, коснувшийся земли планеты Поселение Восемьдесят Шесть. Его выкопали на территории месторождения конца архейского периода примерно в тысяче миль к востоку от Маблхэда. Похороненный там, он посылал людям сведения, которые изменили этот мир.

— Символично. Убиться можно, — заметил Фальк.

— По-вашему, я склонен к драматургическому преувеличению? — пошутил Апфел.

— Есть такое, — подтвердила Клиш.

— Ну, есть, согласен, но тем не менее, — сказал Апфел. — Мы проходим тут, только чтобы добраться до грузовика.

Они направились дальше по дорожке, мимо разбитой фары зонда и мимо деревьев, и их взорам предстал грузовик. Это был средний вездеход, выкрашенный голубой краской, без всяких опознавательных знаков. И стоял он на искусственной насыпи на одном из склонов парка. Если из музея выходить через погрузочную платформу, то из-за зонда его не было видно.

Апфел несколько раз стукнул в дверь вездехода и, когда она открылась изнутри, пригласил их забираться. Фальк последовал за ним. Клиш, ухватившись за дверную раму, поставила ногу на откидную ступеньку и тоже забралась внутрь, тяжело дыша после небольшой прогулки.

Внутри вездеход был хорошо освещен. Грузовой модуль отделан матово-белой амортизирующей резиной, наносившейся путем напыления. В нее были встроены приборные панели. Все приборы светились и работали. В дальней части этого пространства, ближе к кабине, стояло нечто похожее на рабочее место зубного врача — медицинские инструменты и многоточечные измерительные приборы на подставках и держателях, прикрепленное к полу кресло с откидной спинкой под регулируемыми лампами.

Внутри их ждали трое: симпатичный молодой человек в рабочем комбинезоне, женщина среднего возраста, похожая на сельского ветврача, и тот самый непримечательный на вид мужчина, которого Фальк уже несколько раз встречал в компании Клиш, а впервые — в «Хаятте».

— Он же сотрудник отдела логистики АП, — заметил Фальк.

— Да, — подтвердил Апфел.

— Тревога?

— Это просто его источник средств к существованию, — успокоил Апфел. — Нам нужны люди, занимающие в том числе и ключевые посты. Но кандидатуры мы отбираем тщательно.

— И вы спокойно относитесь к тому, что он так отзывается о вас? — поинтересовался Фальк у мужчины с непримечательной внешностью.

— Я знаю, что делаю, — ответил мужчин без особых эмоций. — Я не согласен с позицией ОО или АП и таким образом выражаю свой протест.

— Это Эйуб, это Андервуд, — представил Апфел молодого человека и женщину.

Парень широко улыбнулся и протянул Фальку руку. Тот пожал ее.

— Хотелось бы, чтоб вы сели в это кресло, — заговорила женщина по имени Андервуд. Симпатичное, но обветренное лицо человека, которому довелось провести много времени на открытом воздухе. Красивые светлые волосы. Простая и функциональная одежда.

— Нас только что познакомили, — напомнил Фальк.

— Андервуд — одна из моих консультантов-медиков, — пояснил Апфел. — Она обследует ваше состояние здоровья. Базовое карантинное свидетельство. Мы не можем идти с вами дальше, пока не убедимся, что для нашей операции нет никакого — даже скрытого — риска.

— Вы не говорили мне ни про «дальше», ни что это за операция, — заметил Фальк.

— И не скажу, пока не будет уверенность, что вы дееспособны, — заявил Апфел, — во избежание потери вашего и нашего времени. И если вдруг случится, что вы нам не подходите, то чем меньше вы знаете, тем меньший груз окажется на ваших плечах.

— Но вы уже многое рассказали мне, — возразил Фальк.

— Он только начал рассказывать, — проговорила Клиш.

Она сморкалась в бумажный носовой платок. Фальк увидел, что ее щеки опять покраснели. Она снова тихонько плакала. Она не прошла тест. Теперь он понял это. Она была в списке Апфела и не прошла по медицинским показаниям. Вот почему она так расстроилась. И вот почему она привлекла его.

В то же время ощущалась напряженность. Он был уверен, что время поджимает. Что-то провернуло часы вперед, съело все отпущенное на проведение операции время и даже вышло за его границы.

Фальк позволил Андервуд подвести себя к креслу. По ее указанию он отстегнул сэлф, снял плащ и рубашку и сел на сиденье под лампами. Пластиковая обивка холодила спину. Вдруг он как-то резко ощутил, какой белой и впалой выглядит его грудь и какие костлявые у него руки.

— Вы пользуетесь драйвером? — поинтересовалась Андервуд, доставая тампоны из стержня.

— Да. Много приходится путешествовать по работе.

Андервуд взяла на анализ слюну и эпителий кожи, затем немного крови и поводила над ним разными бесконтактными сканирующими приборами. Она задавала вопросы о здоровье, питании и что-то записала в свой планшет.

— Это из-за Леттса? — спросил Фальк Апфела через плечо.

— Что вы имеете в виду?