Смотритель Маяка 3 - Артём Град

— Не переживай, всё наладится.

Уложив копье на пень, оставшийся еще со времен раздела мачты, отпилил наконечник.

— Ну вот, первая заготовка.

Отмерил высоту по бицепсу, спилил лишнее, а из остатков прежнего копья, от которого оставил полуметровые палки, смастерил короткие упоры подмышку и для кисти. Скрепив конструкцию гвоздями, для надежности обмотал веревкой у рукояти. Получился отличный костыль гораздо функциональнее прежнего.

Шину тоже надо поменять, в этой мне скорее грозила новая травма. Как нельзя кстати среди сваленного в углу хлама подвернулся один из ящиков, тот, в котором на остров выбросило книги. Разломав его, получил отличные плоские, лёгкие и достаточно узкие доски, чтобы закрепить на ноге. Сделал пару запилов, чтобы привести их в божеский вид, и сел перематываться.

Поленья гулко упали на пол, их заменили аккуратные ровные дощечки. Кристалл по-прежнему мягко пульсировал, и сколько еще предстояло ждать полного выздоровления, не сообщал.

— Мирель, ты говорила, что ваши лекари используют зеленые кристаллы, — она кивнула, брызгая водой коту в морду. — Они же полностью восстанавливают ткани, почему бы не убрать твой шрам?

Русалка потерла шею, словно вспоминая.

— Чтобы не стерлась метка изгоя.

— По-моему, это как-то жестоко, тебе не кажется? — я накладывал последние обороты бинта. — Неприятно же когда все на тебя пальцем показывают.

— Жестоко, — Мирель пожала плечами. — Да и непрактично, слишком много сильных воинов изгнали из стаи, хотя они всего лишь получили ранение.

Она рассуждала, как стратег. Мне на минуту показалось, что в будущем Мирель обязательно возглавит свою стаю вместо престарелых и, по-всей видимости, выживших из ума военачальников, включая ее отца.

— Согласен, — подытожил я, поднимаясь с пня. — А теперь посмотрим, что это за камень. Жду тебя внизу.

Мирель исчезла в гроте. Мой добротный костыль, словно влитой сев подмышку, помог мне добраться до подводной части, глухо стуча по ступеням деревянным концом, а не лязгая железякой.

— Эй, Боцман, отдавлю хвост! — кот так и крутился под ногами, рискуя попасть под раздачу.

Мирель уже не могла подняться к радару, поэтому устроилась у шлюза. Я открыл инвентарь, долистал до минералов.

Черный кристалл — 9.

Синий кристалл — 18.

Зеленый кристалл — 1.

Грозовой кристалл — 1.

— Какой-какой?

— Ну, что там⁈ — раздался в тишине этажа голос русалки, в котором слышалось нетерпение.

— Какой-то грозовой кристалл, слышала что-нибудь о таком⁈ — крикнул в ответ, внимательно разглядываю находку.

— Не-а.

Во вкладке самого кристалла значилось только «редкий артефакт» и ничего больше. Теперь стало еще интереснее, что может этот «редкий артефакт» и как активируется. Тоже огнем?

— Мирель, давай вернемся наверх, надо кое-что проверить.

Получив ответ, я поплелся в кухню за всем своим запасом.

Через несколько минут перемещений под стук моей новой деревянной ноги мы собрались у грота.

В одной кучке лежали синие, в другой черные и особняком грозовой кристалл.

— Попробуем их подружить.

Я стал по очереди подносить к серому камню сначала черные, затем синие. В обоих случаях сила света кристаллов ослабевала, грозовой же, напротив, начинал испускать токи с большей силой. И чем больше кристаллов я к нему подносил, тем сильнее становилось поле молний или гроз вокруг это маленького камушка. В последний заход паутинка статического электричества перекинулась на меня, оставив небольшой красный ожог на руке.

— Так! — сказал я, потирая место касания. Все кристаллы разом больше не подносим, опасно.

В общем, как и от Системы, так и в ходе проведённых экспериментов ответов получил немного. Кристалл назывался «грозовым» и имел превосходящую силу над синими и черными камнями, а точнее, только злился от их соседства. Но это тоже результат, а значит, поджигать и подрывать злюку не следует, потому что контролировать его энергию просто нечем. На зеленый кристалл он отреагировал также агрессивно, цапнув меня током за ногу.

— Какой-то странный камень, — Мирель нахмурилась, что не очень походило на нее. — Должно быть, укрощение для него есть в его мире, на облачном маяке.

— Хорошее предположение, но пока не получится его проверить, — я похлопал себя по ноге.

С моей травмой я выпадал из активной работы на пару дней, пока зелёный кристалл трудился изо всех сил. Жаловаться не приходилось, в жизни это заняло бы не меньше месяца, зато появилась возможность покашеварить: намолоть муки и напечь лепешек.

Разместившись на полу рядом со своей ручной мельницей, приступил к процессу отделению зерен от шелухи и превращению первых в муку.

Лузга сыпалась в сторону, приятный мучной запах пошел по комнате, и захотелось выпечки. Не постных лепешек, а настоящей сдобы, ну, или хотя бы пышного хлеба. А чего мне недоставало? Дрожжей.

— Если в системе есть рецепт создания вонючего концентрата для гидропоники, почему бы не быть рецепту настойки дрожжей? Ах да, гидропоника! — вынув из кармана спички, активировал светильник над грядками, и поковылял к системе.

Всё, что я знал о дрожжах, ограничивалось аптечными ценниками и тем, что они пивные. Не ценники, а дрожжи. С этого и начал.

В «Инвентаре» нашел «бочку пива», а в ней все производные, включая дрожжи.

— Вот это я понимаю библиотека!

Здесь же находились рецепты того, что можно из этого пива приготовить, и, не добравшись до изготовления самих дрожжей, я наткнулся на «хлеб».

— Хлеб из пива? Мне подходит!

Свежеперетертая пшеничная мука плюс щепотка сахара, плюс сок лимона для вкуса и клейковины.

Залить пивом и замесить тесто.

Нехитрый рецепт, для старта в самый раз. В следующий раз испеку булки, но придется повозиться.

Я спустился в кухню, на ходу почувствовав, как разболелось место перелома, словно отошел наркоз. Процесс шел, но приятного было мало, кажется, сказалась моя чрезмерная активность.

— Заведу тесто и прилягу, — твердо решил я.

За лимоном пришлось нагнуться, что вызвало шум в ушах.

— Да, надо бы ещё и голову промыть от крови.

Но тесто замесить не удалось, не позволило сотрясение. Я доплелся до кровати и рухнул, не раздеваясь, успел лишь приподнять сломанную ногу, чтобы не удариться шиной о спинку.

Мозг подкидывал мне бесконечное падение, потом какие-то переплетающиеся узоры, затем пришла тошнота.

На часы я взглянуть не успел, но до рассвета оставалась, наверное, пара часов.

Звон корабельной рынды донёсся откуда-то из глубины, тихо-тихо, будто через подушку. Я открыл глаза в комнате, залитой теплым алым светом. Уже что, закат?

Мысли стали ясными, тело отзывчивым, однако, попытка поднять голову увенчалась резкой болью. И ладно бы от сотрясения, то была колючая боль от рвущихся волос!

Подушка прилипла к голове и, судя по запаху,