Живой проект - Дарья Еремина

— И выкупили такой долг тоже поэтому.

— Долг остался долгом. Просто теперь Игоря за него не посадят и не покалечат.

— Вы умеете заводить друзей, Михаил Юрьевич. Вероятно, любая другая сотрудница корпорации нашла бы, чем отблагодарить вас.

Михаил обернулся, чтобы посмотреть ей в глаза.

— Не надо так со мной, Ань.

— Вы мне нравились, Михаил Юрьевич. Я гордилась, что работаю в LPI, что имею к вам опосредованное отношение. Особенно после того как узнала получше, после гибели Океана-3. Но судя по всему, мало кто знает вас как человека, — она усмехнулась и расслабленно откинулась на спинку кресла. — Президент LPI с калькулятором вместо сердца и готовым ответом на все вопросы. Робот, не понимающий слова «нет». Кто угодно, но не человек. Если бы Людмила в ночь гибели станции попыталась предупредить меня, что вы каток, подминающий всех вокруг под себя, я бы может и поверила, но не поняла бы, что именно это значит, пока не столкнулась сама. У меня в жизни не было подобных примеров. О том, что я жалею о знакомстве с вами, я уже сказала вчера. Вчера же я написала заявление. После аукциона я уеду и буду рада, если не увижу и не услышу вас до конца жизни. И не важно, чьей…  жизни, — Анна помолчала, стойко выдерживая буравивший ее взгляд, — теперь я могу продолжить свою работу? Ведь я работаю в выходные именно потому, что мне действительно нужно работать!

Михаил не мог ответить, физически не мог открыть рот и что-то сказать, не мог даже кивнуть. Не дождавшись ответа, девушка поднялась и быстро вышла. Когда она спускалась с последних ступеней, в дом ворвалась охрана. Толкнув Анну плечом, вперед охраны пронеслась Мария. Девушка удивленно вжалась в перила и проводила взглядом пронесшихся наверх людей. Потом нахмурилась и осторожно пошла обратно наверх, чтобы посмотреть что случилось.

Перед ее лицом захлопнули дверь. В кабинете было по-прежнему тихо. Ни Анна, никто, кроме LSS, личной охраны и экономки не узнал, что сердце президента LPI в это утро впервые отказалось работать.

Полет на Песок-2 пришлось отменить. Из клиники LPC подъехал кардиолог, но даже ему не удалось убедить Михаила оставить работу и отдохнуть под присмотром врача. Встречу с Ириной президент переложил на Марка и ни с кем больше в этот день не виделся.

* * *

Александр пытался достучаться хоть до кого-нибудь в головном офисе Toshiba Robotics, но ни его нынешняя популярность, ни знакомство с написавшим откуда-то из застенков корпорации профессором не помогли ему прояснить ситуацию. Все контакты ученого молчали, а на личных счетах Александра появились новые переводы.

Стянув иночи, Александр прошелся до кухни, а потом вернулся к дверям в комнаты Глеба Саныча и Шурика. Бомжи так и не вернулись в квартиру, отправив живому проекту полное благодарности и дружелюбия, но непреклонно прощальное письмо. Слог бывшего хирурга не отличался лаконичностью и, перечитывая снова и снова пять присланных строк, Александру казалось, что перед отправкой это сообщение было в значительной мере сокращено.

Теперь, стоя перед закрытой дверью старика, успевшего стать ему другом, Александр с иссушающей тоской жаждал знать, что же удалил из сообщения хирург.

Так и не приоткрыв двери, живой проект вернулся в свою комнату и в очередной раз перечитал письмо профессора Высоцкого. Закрыв сообщение, он подключился к каналу новостей и резко отклонился. Мультяшное лицо главы Toshiba Robotics с огромным, растянутым на пол лица ртом, поглощало столицу. Смахнув с первого плана жуткий мем, живой проект вчитался в новость, пружинно поднялся и нашел нужный контакт.

Часы на периферии зрения показывали начало пятого. Саша надеялся, что глава LPI, для встречи с которым, судя по прочитанной новости, в Москву прилетает мистер Гото, окажется доступен для разговора с ним.

— Михаила Королева, пожалуйста.

— Как вас представить? — спросила секретарь.

— Александр.

— Александр, а дальше?

— Живой проект: Александр.

Почувствовав заминку девушки, Александр неожиданно разозлился, но в следующее мгновение секретарь продолжила:

— Минутку, пожалуйста.

Ждать пришлось меньше, и Александр увидел знакомое лицо в незнакомой обстановке. Лишь когда собеседник слабо, но приветливо улыбнулся, Александр догадался, что Михаил у себя дома и причина этому, судя по его виду — плохое самочувствие.

— Привет, Саша, рад тебя видеть.

— Здравствуй, Михаил, — Александр планировал сразу начать с дела, но вид собеседника заставлял его подыскивать какое-то нейтральное, ободряющее вступление. — Я следил за трансляцией митинга вчера.

— Что скажешь?

— Это было…  смело…  безрассудно и красиво.

— Свобода не идет тебе на пользу. Глядишь, через годик ты начнешь говорить одними эпитетами.

— Мне кажется, я начинаю понимать тебя.

— Что именно ты начинаешь понимать?

— Что был несправедлив и по пути к своей цели незаслуженно попортил тебе крови.

— Я еще жив и даже являюсь главой LPI и «Живого проекта» — есть время исправить ошибки. Когда вернешься в контору, тебя ждет место поинтереснее финансового планировщика.

— Я помню об этом.

— Так ты за этим звонишь? Кстати, ты перестал бояться, что мои люди отследят тебя?

Усмехнувшись, Александр ответил на первую часть вопроса:

— Я звоню с просьбой.

— Потрясающая наглость! — воскликнул Михаил со смехом. — Я даже возмутиться не могу, столь она невинна!

— Кто невинна? — не понял Александр.

— Твоя наглость! Что ты хотел, говори.

— В новостях пишут, что мистер Гото прилетает к тебе.

— В новостях сообщение о твоей смерти: слишком давно не появлялся на публике.

Александр сглотнул и нахмурился.

— Так это правда, вы увидитесь?

— Да.

— Когда?

Несколько мгновений Михаил буравил взглядом собеседника и Александр засомневался, что получит ответ.

— В пятницу.

— Слишком поздно…

— Слишком поздно для чего?

Александр опустил лицо и нахмурился, но тут же спохватившись, пожелал собеседнику скорого выздоровления и попрощался.

— Подожди! — поднял руку Михаил. — Чем ты занимаешься?

— В смысле?

— Саша, я вроде по-русски говорю, над чем ты сейчас работаешь?

— А…  — понял Александр и пожал плечами, — я не смог найти ни одного вменяемого администратора, ни одного управленца, а на мне сейчас пара десятков тысяч живых проектов по всему миру. Остались незавершенные проекты, запущенные еще до известия о…

— … победе, — насмешливо подсказал Михаил.