Думсдэй: Пацаны - Inferiat

Гибель сильнейшего супергероя современности оставляет вакуум власти: кто займет его место? Возвращение Королевы Мэйв может стать переломным моментом, но вопрос остается открытым — сможет ли она контролировать ситуацию, или же Америку ждет хаос? Бывший глава Воут Интернешнл, перед лицом новых вызовов вернувшийся на пост директора компании, отвечает на эти вопросы в интервью…

Щелк!

Хоумлэндер – Легенда или Угроза…

Щелк!!

Сегодня мы изучим наречия… Повторяйте. Through…

Щелк!!

Сегодня страна скорбит по своему защитнику. Хоумлэндер, символ национальной гордости, пал в битве, защищая порядок и безопасность. В официальном заявлении Vought International выразили глубокую скорбь, назвав его «самым преданным героем, который когда-либо существовал».

После его смерти общество разделилось на два лагеря. Одни считают его величайшим героем, другие — самым страшным антагонистом современной истории.

«Он спасал жизни, он боролся за Америку. Он был…»

— Да пидорасом он, блять, был! — рявкнул Бучер, в ярости вырубая телевизор. Экран погас, но приборы тут же ожили тревожным писком, призывая медперсонал. В палату вбежала медсестра — молодая смуглая девушка, но с таким выражением лица, будто работала здесь вечность.

— Пациент! Немедленно вернитесь в койку!

— Да нихера, — бросил Бучер, не обращая на неё внимания. Он выдёргивал катетеры, а мониторы вопили, словно поддерживая его бунт.

— Но доктор сказал...

— Да плевать мне, что Хофлер там пиздит, — огрызнулся он, рыщущим взглядом окидывая тумбочку в поисках одежды. — Где мои вещи?

— У вас переломы! Вам нельзя...

Медсестра встала поперёк выхода, но это не остановило его. Бучер просто развернулся и направился к двери, подволакивая загипсованную ногу. Обе руки его тоже были замотаны.

— Дамочка, одежду принеси. И костыли.

— Нет! Вы же не пойдёте так...

— Пойду, — ухмыльнулся он. — У меня там, по вашему же диагнозу, ПТСР, психоз и ещё что-то... Как думаешь, мне похер или нет?

— Опять хернёй страдаешь? — хмуро произнёс Эм-Эм, стоя у выхода из больницы.

Он наблюдал, как Бучер, все-таки облачённый в старое подгорелое пальто, порванные джинсы и растянутую футболку, ковыляет на костылях к нему.

— О, какая встреча, — с усмешкой ответил тот. — Ни разу не навестил. Думал уже, забил на меня...

— Навестить?! После всего? — Марвин сжал кулак. — Врезал бы тебе по роже...

— Ну давай, — осклабился Бучер, приподняв костыль. — Устроим драку инвалидов? Я и так тебе жопу надеру.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, напряжённая тишина висела в воздухе.

— Хуй с тобой, — проворчал Эм-Эм и открыл дверь машины. — Залезай.

— Ща… секунду… — Бучер развернулся и, прихрамывая, направился к припаркованной рядом дорогой тачке. С силой саданул костылём по зеркалу, вызвав пронзительный вой сигнализации.

— Какого...

— Давай, валим, — он быстро уселся в машину, закинув костыли на заднее сиденье. — Это тачка этого придурка...

— Не хочу знать, — вздохнул Марвин, начиная движение. — Просто не хочу знать.

— Он точно сдох? — прервал молчание Бучер, глядя в окно.

— Хоумлэндер? — уточнил Эм-Эм. — Да. Точно. Сам проверил.

— Ну и заебись... — Мясник расслабленно откинулся на сиденье. — А то мало ли, что там в телевизоре пиздят… А Солдатик?

— Дружка твоего опять на цепь посадили, — удовлетворённо ответил Эм-Эм. — Джефф что-то похожее на тот газ сделал, так что от него проблем не будет.

В машине снова воцарилась тишина.

— Значит… всё? Победа? — спросил Бучер, но на удивление без радости.

— Похоже на то, — кивнул Эм-Эм. — Не знаю, как у нас получилось, но... да, наверное.

— Надо бы... отметить что ли, — пробормотал Бучер, отворачиваясь к окну. — Как там ребята?

— Хьюи ушёл из конторы. Теперь только в комиссии. Француза и Кимико пока отстранили, — пожал плечами Эм-Эм. — Тебя, кстати, тоже, если ты не знал.

— Ой да и похер… — усмехнулся Мясник. — Не впервые. Я и не надеялся, что мне медальку вручат. Русскому, небось, тоже поджопника дали… Хотя с его силами вряд ли. Надо к нему тоже заехать.

— Алекс потерял силы, — неожиданно сказал Марвин. — Мэллори согласилась на программу защиты свидетелей, так что вряд ли мы его снова увидим.

— Что? — Бучер резко повернул голову.

— Он грохнул Хоумлэндера, на него Воут точно зуб точат… а что?

— Да так, — его лицо омрачилось. — Ничего. Защита свидетелей, говоришь…

Он снова отвернулся к окну, а за стеклом, на горизонте, тлел кровавый закат.

Глава 77

«Мало кто находит выход, некоторые не видят его, даже если найдут, а многие даже не ищут».

Льюис Кэрролл

— И зачем я здесь? — уныло спросил я, пока этот вивисектор, судя по звукам, раскладывал свои инструменты. Металл холодно звякал, пластик поскрипывал, а где-то вдалеке ровно гудело оборудование. Еще эта лампа прямо в глаза…

— Снова будешь меня пытать?

— Пытать? — в голосе доктора прозвучала легкая усмешка. — Нет, Сашья, мы здесь совсем не за этим. Да и разве я когда-либо пытал тебя? Всего лишь помогал раскрыть твой потенциал, пробудить твои способности… Ты должен был быть благодарен.

Я скрипнул зубами, чувствуя, как ремни, сковывающие мое тело, неприятно давят на кожу.

— Ага, безмерно благодарен, — прошипел я. — Ослабь ремни, и я крепко пожму тебе шею в знак признательности.

Доктор хмыкнул, словно моя угроза была для него забавной.

— Шутки? — в его голосе скользнула одобрительная нотка. — Замечательно. Твой английский стал гораздо лучше. Теперь ты даже способен строить сложные конструкции. Я рад, что ты не забывал тренироваться. Это важно.

— О да, могу послать тебя нахер разными способами, нацисткий недобиток. Видишь? Ебись ты….

Спустя несколько минут моего монолога, я почувствовал, что устал. Да и сам Амэйзер не особенно обращал внимания на мои слова. Только возился с чем-то, за пределами моего зрения, изредка касаясь моих конечностей, что-то присоединяя.

— Почему тебе важен мой английский? — спустя время, задал я очередной вопрос. Ожидание чего-то, без возможности пошевелиться угнетало. К тому же, может быть он сможет дать мне немного информации.

— Уже закончил? Английский очень бедный язык… не то, что немецкий, — добродушно усмехнулся доктор, вновь нависая