Возвращение в Эдем - Гарри Гаррисон

– А день, оказывается, не так плох, как показалось вначале, – блаженно выговорила Амбаласи и протянула вперед руки, чтобы восхищенная Сетессеи могла очистить их с помощью большого нефмакела.

Когда они возвращались в город, лодка оказалась более послушной, и Сетессеи скормила ей кусок рыбы в награду. Энге вновь поджидала их.

– Фар' вернулась и рассказала мне о твоих угрозах. Ты действительно убила бы ее?

Энге была явно расстроена, и Амбаласи не правильно истолковала причины ее настроения.

– Неужели для тебя жизнь одной мерзкой Дочери значит больше, чем судьба всех сорогетсо?

– Меня не волнуют ни сорогетсо, ни Фар'. Я опечалена тем, что известная ученая, знаменитейшая среди иилане', может решиться на убийство низшей.

– Гнев мой был настолько велик, что я могла бы даже откусить ей голову. Но гнев не вечен, хорошее настроение возвращается. Наука выше насилия. Скорее всего, я не тронула бы ее. Впрочем, не поручусь. А теперь позволь мне забыть эту Дочь Разрушения и выслушать от тебя известия радостные и важные, которые ты собиралась мне сообщить.

– С большим удовольствием. Но сперва ты должна усвоить восемь принципов Угуненапсы...

– В самом деле?

– Конечно. Как ты поймешь законы, по которым живет тело, не зная, чему повинуется каждая клетка?

– Принимаю укор, – вздохнула Амбаласи, опускаясь на хвост и принюхиваясь к слабому ветерку с реки. – Слушаю – и учусь.

– Первый принцип был дарован Угуненапсе в откровении, это извечная истина. Все мы живем между большими пальцами Духа Жизни, великой Эфенелейаа.

– Зрение у твоей Угуненапсы, должно быть, острее моего. За долгие годы занятий биологией я что-то не видела эту самую Эфенелейаа.

– Потому что ты не там искала, – с воодушевлением продолжала Энге. Дух Жизни внутри тебя.

Потому ты и жива. Когда усвоена эта истина, Эфенелейаа открывает другие. Далее идет второй принцип.

– Постой, давай пока ограничимся первым. Я так и не поняла тебя. Требуется определение новой концепции, непонятного мне термина. Что есть дух?

– Этим словом Угуненапса обозначала нечто присущее только иилане', незримую субстанцию, которую нельзя увидеть. Она говорит: вот двадцать фарги, десять из них йилейбе, не способные к речи, а десять – иилане'. Пока они молчат, различить их невозможно, Умри они – медицинское вскрытие не выявит никакой разницы между обеими группами. И потому все постигшая Угуненапса придумала слово «дух», чтобы описать это невидимое – в данном случае это дух речи. А чтобы говорить о жизни, она использовала имя «Эфенелейаа» – жизнь-вечность-внутреннее-сущее. Теперь ясно?

– И да и нет. Да – потому, что я слышу тебя и воспринимаю твои аргументы. А нет – потому, что я отвергаю эту концепцию духа как надуманную, несуществующую, затрудняющую мышление. Ну хорошо, оставим это на время, предположим, что да. Хоть я и отвергаю самую основу, но в порядке дискуссии хочу уяснить, что следует из данной концепции.

– Принимаю твои соображения, быть может, потом я еще раз попытаюсь объяснить тебе понятие духа. Я согласна – оно трудное.

– Не трудное, а неверное и неприемлемое. Но я же говорю – да, чтобы наш разговор не затянулся до вечера. Буду считать вашу истину гипотезой. Продолжай, Ты собиралась перейти ко второму принципу.

Энге знаком согласилась подискутировать.

– Пусть будет так, как ты сказала. Мы, признавая Эфенелейаа, понимаем, что обитаем в Городе Жизни, который включает в себя все города иилане' и не только их. Разве ты не видишь справедливость и простоту этой мысли?

– Нет. Это следует еще доказать. Продолжай.

– Далее идет третий принцип. Он гласит, что Дух Жизни, Эфенелейаа высшая эйстаа в Городе Жизни, а мы – обитательницы его.

Приоткрыв мигательные мембраны, которыми Амбаласи отгораживалась от натиска схоластики, ученая спросила:

– И твои сестры верят во все это?

– Верят... Да они живут этим. Только принципы Угуненапсы и дают нам волю к жизни.

– Тогда продолжай. Значит, вы признаете себя жительницами города – это уже кое-что.

Энге ответила знаками, означавшими великую мудрость:

– Твой разум находит мои аргументы прежде, чем я успеваю их высказать.

– Конечно!

– Тогда слушай четвертый принцип. Узнавая высшую истину, мы приобретаем новую силу, потому что мы преданы чему-то большему, чем просто город.

– Неудивительно, что все эйстаа иилане' дружно ненавидят вас.

– Пятый принцип гласит, что сила истины требует нового видения, позволяющего наблюдателю заметить и то, что видят живые, и то, что скрыто от них под землей, – тайный, но истинный порядок бытия.

– Сомнительно. У меня уже голова кружится от усталости. Но ты говорила, что решение скрыто в седьмом принципе. Нельзя ли перейти прямо к нему?

– Он следует из шестого,

– Говори поскорее и покончим с этим наконец.

Амбаласи изменила позу: хвост ее уже начинал неметь. В глазах Энге вспыхнул огонек убежденности, и она уверенным жестом подняла большие пальцы.

– В шестом принципе Угуненапса учит нас, что все живые существа взаимосвязаны и поддерживают друг друга. Этот высший порядок стоит над всеми живыми существами, разумными или неразумными, и существует с яйца времен.

Амбаласи жестом засвидетельствовала недоумение.

– Для этого мне не нужна твоя Угуненапса. Это же сжатое определение экологии...

– Седьмой! – с энтузиазмом продолжала Энге, не заметив слов Амбаласи. Признавая и понимая этот порядок, верные Духу Жизни сестры способны и обязаны жить ради мира и торжества жизни. Здесь лежит решение проблем нашего города.

– Естественно – только ты слишком долго подбиралась к выводу. Ты хочешь сказать, что Дочери, согласные со словами Угуненапсы, готовы совместно работать, дабы утвердить основы жизни?

– Мы верим в это, мы знаем это, так мы и поступим! А теперь восьмой и последний...

– Избавь меня хотя бы от него. Оставь про запас на тот день, когда я переутомлюсь и мне потребуется источник вдохновения. Лучше объясни, каким образом следование седьмой заповеди спасет город?

– Пойдем, я покажу тебе. Когда мы поняли, куда Угуненапса нас ведет, то стали стараться найти способ воплощения седьмой заповеди в жизнь. Теперь все стремятся работать в Городе Жизни, от желающих нет отбоя. Одаренные талантами возглавляют ряды добровольцев. Всем нужны твои наставления, все хотят отпраздновать твое благополучное возвращение.

Выпрямившись, Амбаласи прошлась вдоль причала туда и обратно. Вечерний ветерок посвежел, близилось время сна. Обернувшись к Энге, она протянула к ней руку, соединив большие пальцы в знак того, что между ними находится важный вопрос.