Завод войны - Нил Эшер

– Примитивная флора и фауна никуда не денутся, – продолжал Флейт. – А будущие колонисты, пожалуй, даже обрадуются рыбойникам.

– Если окажутся крабами, вроде тебя, – фыркнула Рисс. – Ты еще помнишь, каково это – иметь тело, а, Флейт? Фантомные вкусовые сосочки встрепенулись?

– Эй, – возразил Флейт, – я, по крайней мере, хотя бы изведал удовольствие от еды. А ты знаешь только эрзац-оргазмы, которые испытывала, вводя яйца прадорам.

– А Свёрла здесь нет, – произнес я вслух.

После короткой озадаченной паузы Рисс ответила:

– Свёрл улетел двадцать дней назад. Гровз и его команда остались только для того, чтобы оценить причиненный Панцирь-сити ущерб и, возможно, отыскать выживших.

Гровз этот – тот государственный агент из записи. Он и его команда демонстративно игнорировали меня и Флейта, но, кажется, один из контактов Рисс находился именно на борту их корабля.

– Нашли кого-нибудь?

– Только трупы, хотя у одного был мемплант, так что он, можно сказать, выжил.

– Да, можно сказать.

Я с трудом переключился на настоящее, отстраняясь от царившего в голове хаоса. Мне действительно нужно найти Пенни Рояла, потому что, хотя он уже стал причиной моей смерти на планете Панархия, теперь я снова превращаюсь в одну из жертв черного ИИ. Я продолжил:

– Значит, Свёрл, прадор, который, похоже, трансформируется в некий гротескный вариант человеческого существа, решил защитить Панцирь-сити – или, скорее, тамошних жителей. Столкнувшись с катастрофическими последствиями взрыва в атмосфере прадорского камикадзе, он опустил корабль на поверхность и спас население города.

– Похоже на то, – откликнулась Рисс.

Я снова повернулся к дрону:

– Потому, что в нем больше человеческого, или потому, что меньше прадорского? Но и люди, и прадоры неплохо справляются как с совершением геноцида, так и с равнодушным потаканием ему.

Голос мой звучал язвительно, и я знал, что является тому причиной, но остановиться не мог.

Рис пожала плечами – по-своему, по-змеиному.

– И, кроме того, – продолжал я, – мотивы Свёрла, забравшего с планеты всех этих людей – «моллюсков», могут быть вовсе не такими, как все считают. Не исключено, что он просто запасся провизией. Нет, все это не имеет большого смысла.

– У нас недостаточно информации. – Рисс открыла черный глаз. – Я разговаривала с государственным дроном Эрроусмитом, который общался со Свёрлом в прошлом и может анализировать его действия.

Я взглянул на дрона:

– Твой контакт?

Рисс наклонила голову, подтверждая мою догадку:

– Эрроусмит сказал мне, что Свёрл, похоже, напрямую соединен с кристаллом ИИ.

– Теоретически это должно было бы убить его.

Рисс вновь пожала плечами:

– Пенни Роял.

Да уж, подходящее объяснение, тем более что подобную технологию большинство государственных ученых пока что считают недостижимой. И смысл оно имеет, поскольку Свёрл усовершенствовал Флейта, одного из своих детей, кристаллом ИИ. Таким образом, разгадка утраты отцом-капитаном прадорского отвращения к искусственному разуму в слиянии самого Свёрла с кристаллом.

– Значит, сплав прадора, человека и ИИ. Очередная «грязь», которую Пенни Роял может захотеть прибрать, а для нас – очередная причина его преследовать.

– Вероятно, этим и объясняются его действия по спасению местных жителей, – добавила Рисс.

Флейт фыркнул – насколько позволяла электроника.

– Конечно, – рявкнул я, – ведь ИИ такие добродетельные.

Мне никто не ответил, так что я продолжил:

– Но все это не приближает нас ни к пониманию, куда делся прадор, ни к Пенни Роялу. У кого-нибудь из вас есть что-то полезное?

– Свёрл воспользовался весьма замысловатой защитой во время прыжка, – сказала Рисс. – Здешние государственные наблюдатели не выявили ни намека на то, куда он направился.

– Значит, ничего полезного.

И тут, после долгого молчания, Флейт пискнул:

– У меня есть кое-что.

– Выкладывай.

– Мы не знаем местонахождения Свёрла; однако можем засечь Цворна, за которым Свёрл почти наверняка и отправился.

– Спутники-шпионы, – вскинулась Рисс.

– Не кради у Флейта минуту славы, – одернул я ее. – А с чего ты решил, что Свёрл пойдет за Цворном?

– Так поступают прадоры.

– Но Свёрл уже не вполне прадор. И все же попытка не пытка. Продолжай.

– Да, спутники-шпионы, – подтвердил Флейт. – Цворн должен был наблюдать за обстановкой, чтобы рассчитать с такой точностью последствия взрыва камикадзе. Я уже засек несколько спутников – они работают. Можно попробовать определить координаты места, куда ведется их постоянная передача.

– Доставь нас к одному из них, – приказал я, уже устав от бездействия.

Флейт запустил двигатель, уводя нас прочь от планеты. Литораль начала уменьшаться, потом последовала краткая дезориентация – и планета исчезла с экранов, сменившись рамкой, вытравившей часть вакуума и увеличившей его, чтобы продемонстрировать объект, похожий на головку крокетного молотка – шар, утыканный антеннами датчиков. Я связался через форс с системой управления и включил внизу экрана шкалу. Объект оказался размером с грейпфрут.

– Заберем его? Или, может, он заминирован?

– Зачем? – удивилась Рисс.

– Ничего подобного, – вмешался Флейт. – Спутник-шпион совершенно не защищен, и я уже засек координаты приемника.

– Зануда, – пробормотала Рисс.

Я проверил вычисления.

– Флейт, просканируй эту штуку на предмет неприятных неожиданностей и, если все чисто, тащи ее в кубрик, к боеприпасам, – сказал я и после паузы добавил: – Ничего себе ситуация – компанию мне составляет парочка высших разумов, и ни один из них, похоже, не просчитывает и на ход вперед. Мы же не хотим сразу очутиться в объятиях Цворна, мы хотим выследить его.

Мертвая тишина была мне ответом, так что я продолжил:

– Мы совершим У-прыжок в точку, располагающуюся в нескольких световых минутах, а то и часах, от приемника, и подождем прибытия Свёрла. Если он не появится, будем наблюдать. А если Цворн куда-нибудь двинется, мы продолжим следить за ним с помощью этого шарика.

– Я предполагала, что мой разум поврежден Пенни Роллом, – сказала Рисс.

– Как будто он у тебя вообще имелся, – пробурчал Флейт.

– А ты чем оправдаешься? – парировала дрон.

Флейт лишь пробормотал что-то неразборчивое – и послал корабль в У-пространство. А я отправился в каюту, где мне, несомненно, предстояло пережить еще кучу смертей. Нет, просто необходимо контролировать это безобразие, поскольку оно сильно влияет на мои суждения и настроение. Я должен помнить, что не был теми людьми. Ради здравости рассудка – я должен отыскать способ отгородиться от них. А еще лучше – полностью отделиться.