220 вольт - Вячеслав Калошин

Накатывающиеся с все уменьшающейся периодичностью волны ломки куда-то исчезли. Все сменилось одной волной предвкушения. Она была пока еще маленькой и маячила где-то на горизонте, но я уже заранее расчищал ей дорогу в своем сознании. Вот уж не знал, что я такой охочий до печатного слова…

Что бы не затягивать встречу с прекрасным, я максимально быстро и аккуратно менял сгоревшие лампы, потом починил один выключатель и укрепил разболтавшуюся розетку. Я реально молил кого-то там наверху, чтобы колбы не лопались, болтики не терялись и материал не крошился. Видимо, мои мольбы были услышаны, поэтому вскоре улыбающаяся Хавкина высказывала мне свои комплименты.

– Любовь Борисовна – довольно невежливо перебил я ее – а можно, я немного почитаю? Вот только сейчас сбегаю руки помыть, чтобы не пачкать страницы…

– Милый мой – всплеснула руками она – да конечно же. Ведь библиотеки для того и созданы, чтобы нести…

Чего нести и куда нести, я уже не слышал. И так понятно, что чистое, светлое и доброе. Но я-то грязный.

Буквально через пару минут я продемонстрировал библиотекарю чистые руки и предвкушая, двинулся к стелажам. Даже не размышляя, я пошел к крайнему справа. Вот так и буду последовательно все перебирать, пока не утолю голод.

Первой в мои руки попала подшивка газеты «советский спорт» за январь месяц. Перевернув подшивку, я открыл последний номер газеты. С большим вниманием, прямо чувствуя, как падают буквы каплями дождя на истосковавшийся разум, я прочитал про дружный агитколлектив из Харьковского педагогического института. Полюбовался фотографией с гимнастической секции Одесского института мукомольного и элеваторного хозяйства. Тщательно ознакомился с критикой Курской области в деле роста физкультурных рядов. Кстати, заголовок был прямо для меня: «Успех нужно завоевать!». Прочитал про стиль советского бокса и усмехнулся от фамилий Шоцикас и Заборас. Уделил внимание недостаткам катков в городе Чкалове. В общем, проглотил газету, практически не вдумываясь в содержимое.

В спорт я не очень, поэтому схватил следующую попавшуюся под руки. Пионерская правда от 18 мая. Свежак! Сразу же мне сообщили, что через три дня начнутся экзамены и пожелали успехов. Замечательно, но я свои экзамены уже сдал «на отлично». Пробежав глазами по всяким пожеланиям, я вцепился в «клуб юных мастеров». Вертолетик и торпеда, которую обозвали «плавающей моделью». Я пролистал подшивку назад. Максимум, что требовалось из инструментов для поделок – это нож. Плохо. Но внезапно следующий номер газеты сообщил мне, что 7 мая – день радио. Попов, какой он хороший и прочее. Ну и рядом пара в меру пафосных заметок про то, как школьники что-то там собрали в честь чего-то. Радио! Почему я его не слышал? Ведь черные тарелки репродукторов висят по углам комнат и палат. Решив выяснить этот вопрос у Михаила попозже, я продолжил судорожное глотание газетчины.

«Радянський спорт». Великий Сталiн – перший кандидат народу. Справа Ленiна – непереможна! Сморгнул, но украинская мова никуда не исчезла. Откуда тут эта газета? Пожав плечами, я отнес подшивку на ее изначально место.

Следующая стопка привлекла мое внимание заголовком «Закон о Государственном бюджете Союза Советских Социалистических Республик на 1951 год». Чуть ниже ярко-красная ручка с пером прикалывала языки каких-то сизых личностей. Я потащил подшивку на себя. Крокодил! Нифига себе, мой любимый сатиристический журнал до перестройки уже существует. Изредка подхахатывая, я с большим интересом листал подшивку. После первой дозы пафоса это реально было клево. Хоть иногда обилие картинок и создавало впечатление, что кто-то наверху просто чуть переиначил идею американских комиксов.

Вскоре я удовлетворенно откинулся на спинку стула и огляделся. Первый голод я уже утолил, но даже за пределы первого стеллажа не ушел. А их только в этом ряду штук двадцать! Я счастливо вздохнул и улыбнулся.

– Вячеслав Владимирович – услышал я голос библиотекарши – я вижу вы прервались. Извините, что сообщаю пренеприятные известия, но мне пора закрывать библиотеку.

Что? Как? Я же только начал…

– Видя ваше воодушевление, я не решилась вас прерывать – продолжила Любовь Борисовна – но уже девять часов пополудни и мне пора.

Залившись краской стыда, я вскочил. Девять часов вечера и она ни словом! Начал было извиняться, но она прервала меня царственным взмахом руки.

– Не надо извиняться. Вы изрядно порадовали меня своей страстью к книжному слову. Настолько, что я взяла на себя смелость оформить на вас читательскую карточку. Так что приходите сюда в урочные часы, буду рада.

– А можно мне с собой что-нибудь почитать взять? – просто так отрываться от обретенного источника было очень мучительно.

– Конечно. – она с улыбкой протянула мне какой-то томик – вот, сегодня пришло. Очень популярная среди сестер и врачей серия.

Я с некоторым скептицизмом протянул руку. Наверное про какие-нибудь новомодные методы лечения. Взвесив на руке книгу, я повернул ее обложной к себе и отыскал заголовок на фоне всяких завитушек и кренделей. Библиотека научной фантастики и приключений.

Все, что я смог, так это прижать том к груди и пробормотать «спасибо». Начавшийся удачно день завершался совершенно чудесно.

Глава 8

Есть реакция или нет? Я внимательно смотрел на остатки электролита, размазанного по корпусу термометра. Большую часть я соскреб ножом раньше, но вот остатки во всяких щелях мне не поддались. Фиг его знает, какие батарейки были вставлены раньше, поэтому одну половину корпуса я посыпал чуть подмоченной содой, а на другую капал уксусом. Я даже не поленился, сходил к Вилеору в его мастерскую и сделал из какой-то доски два этаких деревянных шила, которыми и пытался выцарапать остатки электролита.

Соду и уксус я раздобыл в самом правильном для этого месте – прямо в пищеблоке. Серафимовна очень удивилась месту починки медицинского прибора, но выдала требуемое. Более того, посмотрев, как я мучаюсь с деревянными палочками, она принесла откуда-то этакую чуть увеличенную в размерах зубную щетку, только вместо щетины была проволока. С ней дело пошло чуть веселее. Я капал, тер и придирчиво рассматривал результат своих действий.

В общем, я так и не понял, какие изначально были батарейки, потому что в процессе подбора реагентов и смены инструментов все очистилось как-то само до приемлемого состояния. Ничего, судя по размеру ящика с батарейками, подобных дивайсов тут много, значит скоро все придут за заменой и тогда все везде станет одинаковым. Тщательно промыв все водой, я отнес термометр к себе в каморку и оставил на столе сушиться.

Что следующим? Покрутил в голове идею про бесперебойную работу