Дворянство - Дмитрий Лим

* * *

Уйти спокойно мне не дали. Помылся, высушился, переоделся. А у самого выхода из помещения «клуба» дорогу преградил Сергей Михалыч, с какой-то дружелюбной, но странной улыбкой. Я замер в метре от него, глядя, как тот поглаживает свою щётку усов под носом, ожидая тирады.

Не прогадал.

— Ярослав, — басистый голос крепкого старика разлетался по коридору эхом. — Я не ожидал, что ты настолько подготовленный боец. Скажи мне, почему ты всё это время отказывался драться в спаррингах⁈ С такими-то возможностями?

— Я уже говорил, Сергей Михалыч, — я стянул сумку с плеча, чтобы она не давила на тело. — Глаза. Когда делал операцию, знал, что спорт с этого момента будет для меня закрыт.

— Но нельзя тратить такой талант впустую! — его нервное почёсывание усов превратилось в эмоциональные движения рук. — Ты легко сделал Антона, не пропустив ни одного удара. А у него, поверь мне, реально отличное будущее в смешанных боях! Ярослав, я хочу выставить тебя вместо него на следующей неделе!

— Нет, — я сказал это вполне твёрдо и громко, отчего послышалось шушуканье за спиной.

Обернулся, увидел тройку ребят, которые тренировались в зале и, поворачиваясь к тренеру, продублировал:

— Нет. И ещё раз нет. Мне моё зрение дороже. А повторную операцию я не хочу. И так всё прошло не слишком гладко, — скривился я на этих словах.

Тренер несколько раз повторил своё предложение, даже, попытался узнать, в чём была особенность моей операции, но увы и ах, не судьба. Но не сдаваясь, он всё же выдал «фразу» напоследок. Дал мне время подумать. Ровно четыре дня, пока ещё будет возможность внести изменения в заявку на соревнования.

Выйдя из школы, трусцой двинулся в сторону дома, выслушивая от Кактуса комментарии по возникшей ситуации. Он почему-то считал, что я наплюю на все его указания и пойду драться. Наивный кот. Думает, что у меня мозгов нет, но, на его радость, я отвечал одинаково: «нет», «никаких поединков».

Похоже, моему хвостатому другу даже пришлась по душе моя твёрдость в этом вопросе. Ну а то, что я немного, но воспользовался своими новыми возможностями, его уже несильно волновало — всё это можно было объяснить как раз тем, что я до этого просто не показывал своих реальных сил, а значит, и вопросов ко мне будет меньше.

До дома мы добрались без приключений, если не учитывать новую особенность Кактуса, бросаться на дворовых кошек, как только они попадали в его поле зрения. С учётом того, что я слышал, как обрывалась его мысленная речь в этот момент и он уже довольно громко начинал вещать в общий «эфир», это было эпично. Если бы он с такими «словами» кадрил девушек на улице, боюсь, вся морда была бы расцарапана. Но ввиду его неуклюжести, а может, не до конца освоился со своим телом, все попытки стать… легендой двора, провалились.

С недовольной мордой Кактус пробрался через дыру в двери, не дожидаясь, пока я её открою, и уже будучи в квартире, я обнаружил его спящим на холодильнике. Быстро он.

— Гордый и непобеждённый, — тихо усмехнулся я.

Следом, предварительно закинув спортивную форму в стирку, полез в ноутбук, где пролистал ленту новостей в телеграмме. Нашёл, наконец, номер мастера по дверям и сделал себе заметку на утро: перед университетом связаться с неким Андреем и узнать стоимость ремонта двери более подробно.

Хотя…

Встал из-за кухонного стола, вышел в коридор и в очередной раз, со скрежетом на душе посмотрел на это «техническое отверстие». Увы, боюсь, придётся целиком дверь менять. Покупать или искать поддержанную, ещё и с собственником квартиры общаться по этому поводу.

Ещё раз посмотрел на бок кота и ушёл в свою комнату. Странный упадок сил ввёл меня в сон всего лишь в десять вечера, что было для меня в новинку, ибо ложился обычно только к полуночи, а вот сны…

* * *

Отлёживая свой бок на холодильнике, кот испытывал лёгкое чувство эйфории от вибрации холодильника. Это были новые ощущения для существа, что раньше было человеком, и он ещё продолжал исследовать это новое тело.

Но, к его сожалению, удовольствие имеет свойство заканчиваться. Поэтому, когда морозильная камера перешла в режим поддержания температуры, а мотор перестал гонять хладон по медным трубкам, вибрация закончилась.

Недовольно переворачиваясь на бок, кот не учёл только одного момента: лежал-то он на краю и с весьма выразительным «мяу» упал на пол. Правда, сделал это не плашмя, а в воздухе перевернувшись и приземлившись на лапы. Такого Кактус сам от себя не ожидал.

— Как… я же… чёрт…

Из-за непривычного «нового» образа жизни, действий и повадок, некогда статный и красивый мужчина, заключённый в тело этого толстого кота, психовал только от «привычек». Жрать шнурки? Да кому это нужно… нет, всё же нужно. Про остальные более «пикантные» подробности, Кактус старался просто не думать. Тем более, в определённые моменты можно было отключать разум и позволить в теле возобладать инстинктам.

Следом, как только он понял, что перевернулся в воздухе сугубо из-за инстинктов тела, даже не слишком сильно контролируя сам процесс, послышался стон где-то в глубине квартиры. Обострённый слух сразу отметил, откуда идёт звук и почти пулей кот ввалился в комнату парнишки, на которого в данный момент было страшно смотреть.

— Что это у нас тут? — он запрыгнул на кровать и принялся всматриваться в лицо, по которому…

Словно под кожей что-то шевелилось. Что вызывало болезненные стоны у Ярослава. Со стороны это выглядело отвратительно, но кот понимал, что это на самом деле такое.

— Мутации, уже⁈ — кот принюхался к юноше, бледному и в поту, лизнул его щёку и мигом слетел с кровати.

В следующую секунду тело парня пронзила судорога и из рук Ярослава, которые он держал на груди, неожиданно посыпались искры разрядов. Пока слабое проявление сверхъестественного, но всё же.

— Невозможно, — пробурчал Кактус и заполз в ноги, сворачиваясь клубком, мордой к парню.

Подобных «инцидентов» невозможности было чуть больше трёх, но на последнем, когда судорога «захватила» спину и парень даже выгнулся дугой, он успокоился и засопел.

«Не нравится мне это… очень не нравится».

* * *

Сон был странным. Появилось ощущение, что все те монстры, которых я видел в людях, были реальными. А удары, которые они наносили мне после короткой серии фраз, мол, я мутант, я опасность, отдавались в мозгу как настоящие.

Я стоял на центральной улице своего города. На главной площади, где часто располагались приезжие торговые палатки, и смотрел, как люди разбегаются подальше от этих торговых рядов при виде меня.

Глянул на руки, где были внушительного размера когти, попытался, было, спрятать руки в карманы, но сам же себя поранил. Скрестить руки на груди тоже не получилось, поэтому подбежал к палатке с одеждой, которая никак не вписывалась в майскую ярмарку, и закутал руки в шарфы.

Как только повернул голову от «прилавка» в сторону людей, понял, что я совершенно один. А также, день резко сменился ночью. Несколько странная, розовая луна освещала ярмарку, поигрывая странными лучами по земле.

Они же и привлекли моё внимание. Когда я наступал на лунный свет, он, казалось, убегал от меня. Это было очень странное явление.

И это странное занятие, словно я был ребёнком, доставляло мне массу радости. Я бегал от палатки к палатке, стараясь наступить на «лунного зайчика», который в тот же миг убегал куда-то к центру всего этого торгового безумия и сливался в один большой, единственный, более яркий луч.

И когда «лучей» не осталось, и все они скопились в центре улицы, послышался шум. Он разносился отовсюду и был похож на скрежет металла. Следом появилась вибрация под ногами, которую мозг моментально определил как землетрясение (хотя я раньше никогда этого не испытывал на себе) и… не совсем ошибся.

Взгляд ушёл в направление одного большого скопления лунного света. Как раз где асфальт потрескался, и через расщелину в земле начинает что-то медленно подниматься. Страха не было, а появился лишь интерес.

Остановившись в трёх метрах от щели, из которой, казалось, выбиралась нефть, моё тело пронзила резкая и неожиданная боль, которая заставила все мышцы сжаться и замереть в одном положении. На коленях…

К моему удивлению, чернота, выползающая из асфальта, не была