Глубина - Борис Орлов

– Да ты бы видела, как этот Дружок смотрел на меня! Хорошо, что в «Торваре» меня не прикончил. С его ручищами он мог и голыми руками справиться, – хозяин фермы вытащил из-за пазухи маленький пистолет и положил его рядом. – Усыпить его надо. Ночью пущу газ по вентиляции, а потом дам ему тороксин. Но жаль, раздери меня кхарт! Какой был замечательный экземпляр. А я, представляешь, чуть не поспорил с этой сукой на новую схватку, но что-то меня остановило.

– А зачем так сложно, милый? – Мийра задумчиво нахмурила лоб. – Сейчас вызову его в медблок и под видом осмотра вколю всё, что надо. У тебя инъектор далеко?

– Хорошая идея! – Гошши радостно вскочил. – Тебя-то он точно не боится и подпустит к себе поближе. Ну, а там – секундное дело.

Он быстро подошёл к шкафу, встроенному в стену, и, приложив ладонь, дождался, пока сканер разблокирует замок.

– Вот, держи, – он достал из узкого плоского пенала пневмошприц-пистолет. – Как пользоваться, знаешь?

– Откуда? – женщина удивлённо посмотрела на мужа. – Я же никогда этого не делала.

– Кхарт! Ну вот, смотри. Эту скобу вверх, прислоняешь к телу и жмёшь вот сюда. Как раздастся короткий такой пшик – всё. Можно убирать.

– Потянуть за рычаг?.. – Мийра осторожно, двумя пальчиками, потянула за предохранительную скобу и чуть не выронила шприц.

– Да берись нормально, курица безрукая! – взорвался Гошши, увидев, как скоба выскочила из тонких пальчиков.

Он резко нагнулся, стремясь подхватить падающий инструмент, когда раздался сухой щелчок и под подбородок фермера ткнулась игла.

– Так правильно? – спросила Мийра с выражением девочки, хорошо выучившей урок.

Глаза Гошши остекленели, и он начал заваливаться назад. Неожиданно ловко она подправила падение тела так, чтобы покойник оказался на диване. Села рядом, повертела в руках разряженный шприц-пистолет, отложила в сторону, поправила волосы. Затем, не глядя на труп, произнесла:

– Извини, дорогой. Так получилось…

В закутке скрипнула дверь, и внутрь неслышно просочилась Мийра. Виктор поднял голову.

– Вот так, – сказала женщина, усаживаясь на его койку. – Ты свободен. Куда намереваешься отправиться?

Афанасьев задумался. Машинально повертел в руках вибронож и отложил его в сторону. Затем повернулся к Мийре:

– А что ты посоветуешь? – спросил он. – И, кстати, неплохо бы какой-нибудь документ, а то… – и он неопределённо повертел в воздухе пальцами.

– Документ? – переспросила Мийра и задумалась. Потом просветлела лицом: – А-а-а, ты имеешь ввиду чип?

Подумав секунду, Виктор решился. Посмотрел на безумно красивую женщину, сидящую рядом, и как можно спокойнее произнёс:

– Послушай, я ведь не знаю, как тут у вас оформляют процедуру освобождения. Мне нужно то, что сделает меня полноправным гражданином, или как это тут у вас называется?

Мийра внимательно посмотрела на него и вдруг легко взяла его за руку. Повернула и тщательно осмотрела его татуировку.

– Почти совсем сошла, – констатировала она. – Яд энцитера растворил краски. Ещё чуть-чуть, и ты уже не клон.

– Но и не гражданин, так? – уточнил Виктор.

– Ну-у… – протянула Мийра задумчиво. – В принципе, чип почти никогда и не нужен. Разве что ты надумаешь улететь на другую планету или выставить свою кандидатуру на выборах. Но я тебе хочу сказать что-то действительно важное, – Мийра помолчала. – Ты знаешь, чем отличаются клоны от людей? Нет-нет, не говори, – она ладонью закрыла рот Виктора, а, скорее, просто приложила пальцы к его губам. – Вы не только сильнее, быстрее и выносливее. Это всё не просто так. Вы живёте совсем недолго. Пять, ну шесть лет, и всё. Последний год – стремительное угасание и смерть.

И она вперилась взглядом в пограничника, ожидая его реакции.

Афанасьев только усмехнулся в ответ.

– Странные вы. Живёте столетиями, а самого простого не понимаете. Каждый день жизни – это бесценный дар творца, и никакая бухгалтерия здесь не работает. Шесть лет, это не «всего шесть», а «целых шесть лет». Это очень много. И сколько их не будет, они все мои.

Виктор посмотрел в ею виноватые глаза, и вдруг ловко сграбастал пискнувшую Мийру в охапку. Она не стала вырываться, а наоборот притянула к себе его голову и впилась в губы долгим умелым поцелуем.

Оказалось, что койка сделана – на зависть. За всё время ни разу не скрипнула. Хотя поводов скрипеть имелось предостаточно.

– …Я, знаешь ли, тоже не фермерша, – промурлыкала Мийра, поудобнее устраивая свою голову на обнимающей её сильной руке.

– А кто? – спросил Виктор, приподняв голову. – В смысле: разведка, контрразведка, полиция?

– М-да? А откуда такая уверенность? Может быть, я просто налоговый инспектор на отдыхе?

– У кого ж ты налоги собираешь, что привыкла в потайной кобуре пистолет носить? Или у вас тут вайров налогами обложили?

– Какой-такой пистолет?

– Тот самый, что ты вместе с кобурой своей одеждой замаскировала, – пограничник негромко рассмеялся. – Я об него палец отбил, когда тебя обнимал…

– Ничего не знаю, это ты мне подсунул. А я – скромная учительница…

– В спецшколе для секретных агентов?

– Перестань придираться и иди ко мне…