Змий - MikhailSkr

Нападение было очень быстрым, а использование демонов столь неожиданным, что я не смог моментально отреагировать на ужасную по своему урону атаку для душ православных японскими магами, ведь до этого я лично ни разу не сталкивался в живую с представителями этого демонического племени и потому не сразу признал в негативных сигнатурах, выпущенных на волю оммёдзи, демонов. За те мгновения, за которые была совершена атака на наши корабли, а на морское дно отправилось сотни русских моряков, аякаши успели сожрать несколько десятков разумных, но большего им сделать не удалось.

Как бы мне не хотелось не вмешиваться в историю своей страны, но и допустить массовое жертвоприношение ни в чём не повинных моряков, дав возможность местным демонам поглотить их души, я не мог!

9 февраля 1904 г. 00:29. Порт-Артур. Палуба крейсера Паллада

— Сёмка, ты чего на Прохора взъелся-то? Он ведь дурень ещё тот и язык у него как помело!

— Сава, тут ведь какое дело, нельзя обиду терпеть. И для тебя у меня совет такой, если до человека не дошло словами, то необходимо ему свою позицию довести до ума кулаками. Тут ведь как, разок проглотишь оскорбление и все, считай на всю оставшуюся службу крайним будешь и целью для насмешек.

А следом затянулся из трубки старший из компании двух молодых матросов Семён, что были только месяц как переведены на крейсер Паллада моряками с миноносца, который сейчас находился на ремонте в доке и только в марте обещает быть готовым к самостоятельному рейсу для боевого дежурства в море.

— Но если до офицеров дойдёт то, что ты побил Прохора, а до них дойдет, то они ведь могут попортить тебе шкуру.

Что собирался ответить Семён своему товарищу, осталось для Савы неизвестным, ведь раздался оглушительный взрыв, скрежет метала, а палуба содрогнулась с такой силой, что друзьям не удалось на ней удержаться и их выбросило в ледяную воду.

Сила прогремевшего взрыва от попадания в борт их крейсера японской торпеды была столь сильна, что она на время оглушил друзей и им не сразу удалось прийти в себя и всплыть на поверхность, но когда им это удалось, то им открылась ужасающая картина!

Горели доки в порту, полыхали после успешно проведенной диверсии склады, а их крейсер Паллада от одного единственного попадания торпеды в середину борта раскололся пополам и сейчас уже практически полностью погрузился в воду. Для них было шоком всё происходящее вокруг, они не могли понять, как одна единственная торпеда могла нанести такой ущерб и почему так быстро затонули обломки корабля, ведь не прошло не больше десяти-пятнадцати, ну максимум двадцати секунд с момента атаки? Им ведь не было известно о том, что в дело вмешалась магия и сверхъестественное!

— Семён!!! СПРАВА!.. ОБЕРНИСЬ… — но крик Савы, наполненный ужасом, не достиг разума и понимания контуженного товарища. А кричал он потому, что на его глазах позади его друга из морской пучины вынырнуло чудовище, имеющее змеиные черты, и если бы он бывал в Средиземном море, то признал бы в этой твари огромную мурену.

Именно такое воплощение принял древний аякаши, который более тысячи лет назад был пленен и порабощен императорским чародеем Оэда, а ныне находящийся на службе его потомка, что является секретарем у генерала Того, лично участвующем в сегодняшнем сражении и возглавляющем японскую армаду.

Сава был из ребят крепких духом, успевший поучаствовать в немалом количестве опасных ситуаций, но вид того как твоего товарища, с которым ты меньше минуты назад беседовал и курил трубку, перекусывает пополам чудовище, сковало его первобытным страхом.

В его горле застрял крик ужаса и он уже не надеялся встретить сегодняшний рассвет, но вдруг случилось чудо!

Будто бы ночь сменилось днём, а небо озарилось столь ярким белоснежным сиянием, как никогда не освещалось ранее даже днём, и в нём можно было различить силуэт воина на коне и с копьём, что озарял собой всю округу и был источником ослепительного сияния. Каждый православный, находящийся сейчас на месте происходящих событий, должен был бы подумать, что к ним явился сам Георгий Победоносец, но что-то в душе противилось этому, а из глубины сердца приходило понимание того, что воина, пришедшего им на выручку, зовут Святозар!

И имя его воистину отражало его суть, ведь он озарил своим присутствием огромную территорию на сотни километров вокруг, что даже солнцу не соперничать с ним, а свет, излучаемый им, был столь свят и милосерден, что всё находящиеся раненными моряки и чуть ли уже не отошедшие в мир иной стали оправляться от ран и оживать прямо на глазах.

А демонические создания, что сотнями наполняли морские воды и небо над Порт-Артуром, стали таять и размываться, словно туман под напором солнечного света и тепла.

* * *

Пока мой иллюзорный клон изображал пришествие Святого меня Святозара, озаряя округу ба-хионем Единого, оформленным в исцеляющий и разгоняющий мрак свет, я переместился на флагманский корабль, где адмирал Того с выдержкой истинного самурая смотрел на разворачивающуюся перед ним картину скоро разгрома его армии и краха всей операции, которую они считали уже выигранной. Мой клон не стал миндальничать и запустил множество заклинаний Копьё Света в корабли японцев, по одному на штуку и тем самым поставил точку в сражении. На плаву в непосредственной близости к русскому порту остался лишь один единственный корабль, на борту которого присутствовала выдающаяся личность, главнокомандующий объединённого японского флота — Того Хэйхатиро.

Я уже успел покопаться в разумах всех присутствующих в капитанской рубке высших чинов японского флота, и Хейхатиро оказался самым занимательным из повстречавшихся мне тут личностей. Во-первых, он был до мозга костей монархистом и ещё в годы своей юности встал на путь борьбы с, как он считал, узурпаторами — Токугавским сёгунатом, и даже успел поучаствовать в гражданской войне, где смог отличиться и в награду был направлен Императором Японии на обучение заграницу. После того, как власть вновь вернулась к осененному Аматерасу роду, он и ещё шесть человек были отправлены в Англию для обучения военно-морскому делу в академии, где он также успел параллельно обучаться в Кембридже на математическом факультете, который окончил с отличием. После окончания учебы в Англии он вернулся в Японию в звании капитан-лейтенанта, где уже продолжил свою службу благословенному богами правителю Японии.

Когда до Хейхатиро донесли приказ по нанесению