Не время для героев - Илья Соломенный

Сейчас не время думать об этом, можно сосредоточиться на куда более приятных вещах — например, на предстоящей охоте, куда мы и едем. Дикий лес, походная еда, выслеживание дичи, байки у костра, сон под звёздным небом… Красота!

А самое главное — там будет Изабель, и это греет моё сердце сильнее всего! Правда будет она в сопровождении отца, но несколько приятных минут общения я урву. Рядом с ней я чувствую себя маленьким сорванцом, который тайком срывает ягоды в чужом саду. Это волнует, «горячит кровь», как пишут некоторые из летописцев, рассказывая о своей юности.

И в этот раз я, наконец-то, признаюсь ей в своих чувствах!

Тут карету снова подкидывает на выбоине. Проклятье, неужели местный магистрат не может содержать дорогу в порядке? Кучер прикрикивает на лошадей и я чувствую, как мы останавливаемся.

— В чём дело? — хмурится Роберт. — Мы же ещё не приехали.

— И как мы без тебя этого не поняли? — бормочу я, выглядывая в окно, и сталкиваюсь взглядом с отцом, подходящим к нашему экипажу.

Он высок, широкоплеч, мускулист, с квадратной челюстью, орлиным профилем, аккуратно подстриженной бородой и ёжиком тёмных волос, припорошённых сединой на висках.

В простой, хоть и очень дорогой белой рубахе и тёмно-синем колете, в чёрных бриджах и такого же цвета сапогах.

Образ венчает массивный полуторник на поясе.

— Роберт, Норман, Хэлгар, вылезайте. Хочу, чтобы вы увидели кое-что.

Спорить с отцом мы не привыкли — нас так воспитали. Поэтому я без вопросов выбираюсь из экипажа вслед за братьями. И едва не падаю на землю, когда тело пронзает неожиданная вспышка боли.

Что за?..

Ключица горит огнём! Отодвинув ворот рубахи, я в изумлении смотрю на свежий кровоподтёк! Такой мог бы остаться от мощного удара меча по кольчуге. Внутри мгновенно просыпается страх — это то самое место, куда меня ранил рыцарь из сна! Неужели он добрался до меня в реальности?! Как это возможно?!

Однако уже через удар сердца в голове проносится новая мысль, полная радостной надежды — вот оно, вот! Это ли не проявление магии, которого я так долго ждал?! И пусть в учебниках и книгах из отцовской библиотеки не было ничего похожего, но…

Но тут я вспоминаю, что во время вчерашней тренировки меня несколько раз достали иллюзии высокого уровня, и понимаю, что мог просто не заметить этой лёгкой травмы. Радость мгновенно улетучивается.

— Хэлгар? — обращает внимание отец, увидев, что я отстал и внимательно изучаю плечо.

Братья за его спиной посмеиваются.

— Что, всё ещё надеешься отыскать в себе следы магии? Думаешь, энергопотоки появятся на теле?

Отец оборачивается и сурово отрезает:

— Не всех магия доводит до добра, Норман! Мы здесь как раз для того, чтобы вы увидели это собственными глазами! Идём.

Кареты остановились у самого въезда в небольшой город, перед деревянным частоколом и распахнутыми настежь воротами. Дождавшись, пока мы закончим разговор, сопровождающие нас слуги подводят четвёрку осёдланных лошадей и помогают моим братьям забраться на них. Я же, придя в себя, следую примеру отца, запрыгивая в седло самостоятельно.

У меня нет ни единой догадки, что именно хочет нам показать родитель. Судя по озадаченным лицам братьев, они знают не больше моего. Пришпорив лошадей, мы направляемся к ожидающим нас у ворот солдатам во главе с бравым капитаном в начищенном до блеска доспехе и с лихо закрученными усами.

Все на конях, как и мы. Любопытство только растёт.

Встречая нас, капитан выезжает чуть вперёд.

— Ваша светлость! Рад приветствовать! — подобострастно произносит усатый, излучая неподдельное восхищение.

— Здравствуй, Грегор. Всё готово?

— Да-да, ждём только вас. Представители магистрата и горожане уже собрались на главной пощади. Прошу, следуйте за нами.

Развернувшись, капитан направляет коня вверх по улице, а его солдаты берут нас в «коробочку», окружив со всех сторон, не позволяя простолюдинам приближаться к благородным особам.

Воздух пахнет миазмами и подгнившей рыбой, я невольно морщусь. Здесь что, не привыкли вычищать сточные канавы и выгребные ямы? На улицах малолюдно, лавки торговцев заперты, окна домов плотно закрыты… Интересно, почему? Это связано с тем, что ждёт нас на площади?

Те горожане, что ещё не убрались с улиц, видя герб Слэйтов, выкрикивают приветственные слова, кланяются, довольно улыбаются, но отец не смотрит по сторонам, зато руками активно машут мои братья, в основном уделяя внимание молоденьким девушкам, краснеющим от внимания высокородных красавцев.

Вскоре перед нами открывается главная площадь, шагов шестьдесят-семьдесят в диаметре. Там и впрямь собралось много народу, буквально, яблоку негде упасть. Заметив нас, толпа шумит и волнуется, как огромное живое море.

— Его Светлость Слэйт!

— Граф здесь!

— С сыновьями!

Торопливый шёпот передаётся из уст в уста, создавая неразбериху. Понять, кто говорит — невозможно. Я буквально кожей чувствую сотни любопытных взглядов.

Приходится какое-то время подождать, пока стража оттесняет горожан и создаёт для нас небольшой коридор. Когда они заканчивают, мы направляемся к центру площади, где установлен большой помост с двумя рядами сидений. В нескольких метрах напротив него стоит вторая деревянная конструкция, размером чуть поменьше. На ней виднеется крупная колода, а на ней лежит гигантский топор.

— Мы что, приехали на казнь? — удивляется Роберт.

— Именно так, сын. Сегодня на тот свет отправится чернокнижник. Дело серьёзное и я, как владелец этих земель, должен привести приговор в исполнение.

Хм… Наверняка отец знал об этом, когда мы выезжали из родового поместья, но по своему обыкновению, сообщил нам только тогда, когда посчитал нужным. Он в своём репертуаре…

— А нам обязательно присутствовать при этом? — морщится Норман.

— Вы с Робертом — ученики столичной академии магии. И должны знать, что бывает с теми, кто нарушает законы империи.

Сказав это, отец оборачивается и почему-то смотрит на меня. Его чёрные брови сурово сходятся на переносице.

— Мы и так знаем, — пожимает плечами старший брат.

— Читать в книгах или газетах — это одно, — резко отвечает отец.— И совсем другое — видеть, как казнят «тёмных». Слышать, как они боятся, чувствовать их мерзкую волшбу, покидающую тело! Понимать — что грозит вам за нарушение вековых запретов! Когда-нибудь вы станете правителями собственных земель. Возможно, вам придётся самим приводить в исполнение подобный приговор. Надеюсь, этот день