Белый Тигр - Иннокентий Маковеев

Никита недовольно посмотрел на Константина и продолжил:

— Акции новой компании будут котироваться очень высоко, мы улучшим финансовые показатели, возрастёт чистая прибыль. Нам откроются совершенно другие перспективы. Мы получим новые рынки сбыта нефти и нефтепродуктов. Ты даёшь согласие на сделку?

Илья не доверял Никите и половине членов совета директоров.

— Отец учил меня быть осторожным. Ему дорогого стоило сохранить компанию в лихой период жизни государства. «Эранефть» ведёт агрессивную политику на рынке. Они задумали это слияние с целью нас поглотить. Мы должны лишить их этой возможности, сопротивляться.

— Откуда тебе известны их намерения? Мы потеряем огромные деньги, если откажемся. Посмотри бумаги, давай отложим голосование на несколько часов. В нашем текущем состоянии слияние важно, даже необходимо. На международном рынке колебание цен на нефть, страна находится под санкциями из-за военного конфликта с Диктаторией, правительство реализует налоговый манёвр — сложностей много. Ты обязан всё учесть и принять самое верное, самое разумное решение.

— Главное не деньги, а наследие. Я хочу, чтобы мы передали будущим поколениям независимую и конкурентную компанию, поэтому как председатель совета директоров призываю всех отказаться от сделки с «Эранефтью».

Никита разочарованно покачал головой.

— Это всё, что вы не могли обсудить без меня? — Илья встал со стула. — Тогда не смею вас больше задерживать. — Он направился в личный кабинет.

Илье стало очень дурно. На него навалилась дикая слабость. Он тяжело опустился в кожаное кресло, сложил руки на столе и лёг отдохнуть.

Илья дремал, звонили телефоны, сердили его, он ничего не хотел, кроме покоя. Его состояние не было похоже на обычное похмелье. Илья не мог понять, что с ним.

— У вас назначена встреча с заместителем министра энергетики. — Мария аккуратно коснулась плеча Ильи. — Он прилетел специально из Москвы.

— Через сколько? — Илья похлопал себя по лицу.

— Он уже ждёт вас.

— Хорошо, я сейчас приду.

— Как вы?

— Есть какая-нибудь таблетка от головы?

— Конечно, подождите минуту, схожу.

Выпив таблетку, Илья пошёл в конференц-зал, где поздоровался с замминистра энергетики Александром Фроловым мужчина был нескладный седовласый и в модных очках.

— Здравствуйте, — сказал Илья. — Давайте перейдём сразу к делу.

— Неважно себя чувствуете?

Илья кивнул. Они сели друг напротив друга.

— Вы знаете, что правительство активно проводит налоговый манёвр. — Александр положил руки на стол. — Бюджет страны необходимо наполнить деньгами, чтобы реализовать, запланированные президентом Юрием Силовиковым, национальные программы развития территорий. В связи с этим нефтегазовые компании приняли консолидированное решение повысить цены на топливо в среднем на 15 % с начала следующего года.

— Но мы же уменьшим рентабельность и конкурентоспособность нашего бизнеса. И это ударит по гражданам.

— Ударит, но не трагично.

— Не трагично? У нас в стране до сих пор сохраняется низкий уровень жизни населения. Миллионы людей не могут раскрыть и реализовать свои таланты, заложенные в них природой, Богом.

Александр вяло улыбнулся. Его дети жили и учились не в России. Он имел активы на десятки миллионов долларов, хотя зарплата чиновника не позволяла ему совершать столь дорогостоящие покупки. Илья кое-что знал об Александре, кое в чём его подозревал, и в целом относился к нему с опаской.

— Мы выполним все свои обязательства перед правительством и государством, но я сомневаюсь, что вы сможете реализовать национальные программы и исправить положение в стране. Как всегда, потратите деньги «неэффективно». — Илья секунду подумал и сказал прямо: — Ваше время уходит.

— И ваше. — Александр поправил очки, встал и вышел.

Илья облокотился на стол и вообразил себе недовольство людей, когда он будет вынужден повысить цены на своих заправках. Затем Илья вспомнил Соню полуобнажённую, прекрасную, и ему стало тепло на душе.

Стеклянная дверь конференц-зала медленно открылась.

— К вам журналиста с канала «Федерация», по поводу забастовки, — сказала Мария и поджала губы.

Илья внимательно посмотрел на секретаршу, вид у неё был мрачный.

— Какой забастовки? Приведи журналистку сюда. — Илья нахмурился.

Спустя пять минут в конференц-зал вошла черноволосая, кареглазая, худая женщина, одетая в серые пиджак и юбку. Журналистка включила диктофон на своём сотовом:

— Майя Смирнова, канал «Федерация». Спасибо, что уделили мне время.

— Вы что-то говорили про забастовку?

— Да. Мы выяснили, что ваш благотворительный фонд практически разорился. Вы перестали спонсировать детские дома. А работникам заповедника уже четыре месяца не выплачивают зарплату. Они объявили голодовку.

— Мне об этом ничего неизвестно, но деньги у компании есть. Я разберусь, в чём дело.

— Уж постарайтесь. Ещё вопрос. По поводу батальона наёмников, который орудует в Новославии. Фактически вы являетесь их командиром. Скажите, когда они прекратят устраивать бойни?

Илья сгустил брови, недоумевая, о чём говорит журналистка.

— Лично мне интересны проекты в Арктике, и я бы хотел работать только в России, но я не вся компания. Полагаю, наёмники, о которых вы говорите, обеспечивают безопасность нефтеносных месторождений «Родинойла» в Новославии.

— Вы несёте прямую ответственность за их незаконную деятельность.

Илья ничего не ответил, тогда журналистка продолжила:

— Многие считают, что ваша компания грабит бедствующую страну.

— Это не так. Львиная часть доходов от продажи нефти Новославии поступает на счета их законного правительства. Мы занимаемся модернизацией нефтеперерабатывающих заводов Новославии, делимся с ними передовыми технологиями добычи нефти, инвестируем в их промышленность и сельское хозяйство. Конечно, нам сложно работать в Новославии — там идёт гражданская война.

— Которую и развязали ваши наёмники.

— Думаю, Диктатория в этом замешана.

— Под угрозой санкций Диктатор прекратил спонсировать сепаратистов.

— Мы — крупнейшая частная компания России. Мы не бандиты.

— Хм. Посмотрим, что вы скажете, когда в руках миротворцев и журналистов появятся доказательства преступлений вашей компании.

— До свидания.

Журналистка кивнула, спрятала телефон в карман и ушла в сопровождении Марии.

Илья подождал немного, затем в сердцах начал ругаться и пинать все подряд стулья в конференц-зале. Когда вернулась Мария, он уже немного успокоился.

— В каком кабинете находится благотворительный фонд? — тяжело дыша, спросил Илья.

— В 705, седьмой этаж, — ответила Мария. — Я позвоню им, скажу, что вы идёте. — По сердитому взгляду Ильи, Мария поняла, что ей не следует этого делать.

Сотрудники благотворительного фонда пили чай, смотрели новости в интернете, общались в социальных сетях. Появление Ильи стало для них неожиданностью. Они спешно прекратили чаепитие, закрыли браузеры, открыли какие-то документы, осторожно заблокировали телефоны и отложили их в сторону.

— Директор фонда здесь? — спросил Илья.

— Здесь. — Из отдельного помещения вышел тучный мужчина в белой рубашке и чёрных брюках.

— Как у вас могли закончиться деньги? — удивился Илья. — Служба безопасности компании проведёт внутреннюю проверку, если выяснится, что кто-то из вас воровал из фонда или помогал кому-то это делать, сядете в тюрьму.

— Фонд в сложной ситуации —