Бремя созидателя - Дмитрий Охотин

Процесс написания книги захватил меня полностью. Я погрузился в свои мысли и не замечал ход часов, дней и даже недель. Писал продуктивно, ибо дисциплина в журналистике гораздо строже чем в писательстве. Информация, как горячие пирожки, имеет цену только в свежем виде. Поэтому писать в СМИ надо быстро, не отходя на перекуры и перекофе.

Оказалось что писать собственные произведения, опираясь на свой багаж знаний, очень даже легко. Это как открывать свой душевный мир – ручеек мыслей льется на бумагу, превращаясь в законченную вселенную. Меня раньше часто удивляло желание других долго-долго рассказывать о себе, не обращая внимания, слушает ли их собеседник. Им так становится легче. Такой же прием используют психологи, просто внимательно слушая своих пациентов. И вот из моей душевной бочки я вытащил затычку и стал поливать мыслями и образами в окружающий мир.

Так прошел месяц. Днями, а порой засиживаясь в писательском угаре до утра, я извергал потоки сознания. Текст был создан. Осталось его отредактировать и дать почитать знакомым. Сначала отдал его фрилансерам-корректорам, потом сам, а затем контрольную проверку совершил с помощью специализированных программ. Пара моих знакомых немного с удивлением отнеслись к моему новому увлечению, но все же взяли книгу на вычитку.

Прочитав, друзья, несмотря на несколько выявленных неточностей и логических ошибок, завалили меня положительными рецензиями. Проставляясь за их труд в одном ночном клубе, я выслушал от них массу лестных комплементов и поздравлений с впечатляющим дебютом на новой стезе.

Возвратившись под утро, решил, не откладывая дело в долгий ящик, загрузить книгу на несколько литературных интернет-порталов. Завершив все настройки я встал из-за стула и вдруг почувствовал что меня подхватила мягкая и нежная сила. Вокруг меня уже не было стен московской хрущевки, а обтекал со всех сторон необычный и плотный перламутровый туман. При этом он был ясный и чистый, в то же время мягкий на ощупь и податливый. Тело в этом тумане было максимально расслаблено, каждая мышца визжала от удовольствия, посылая позитивные сигналы в мозг от неземного комфорта.

В голове возникла естественная для каждого мысль: "Что творится?". Я витал в этом тумане наслаждений, в то же время понимая, что это не может быть реальностью. Клуб, компьютер, книга. А дальше вот это. Пьяный? Нет. Выпил так себе, запрещенных препаратов не употребляю. Всех своих бета-тестеров в более пьяном состоянии проводил до дома.

Если это действительно реально, то кто-то, как-то это сделал со мной. Я сказал вслух, особо не ожидая ответа и проглатывая нервный комок, самую банальную в таких ситуациях фразу:

– Где я?

Туман, до этого спокойный, вдруг заклубился. При этом действо было завораживающее и гармонично сочеталось услышанными одновременно с ним словами:

– Ты в хранилище миров.

Голос был спокойный, успокаивающий, при этом настолько приятный, что мне стало как то хорошо и легко на душе.

– А что это? – ощутив волну уюта и безопасности спокойно спросил я.

– Это структура мироздания, где хранятся все миры и вселенные, – сказал невидимый добрый голос и добавил таким же соразмеренным тоном, как умный дедушка рассказывает сказку любимому внуку. – Мысли каждого человека материальны, и когда люди пишут законченные произведения, описывают миры, творят в своей фантазии самодостаточные вселенные, они материализуются и становятся частью бесконечного пространства.

– Ты Бог? – озвучил я, всплывшую в сознании мысль.

– Нет, я всего лишь служитель – хранитель миров.

– Как я сюда попал?

– Это я тебя перенес.

– Зачем?

– Ты написал книгу. Сформировал четкий, самодостаточный, замкнутый мир со своими правилами, героями, структурой бытия. Они живут, взаимодействуют друг с другом и окружающей средой. Ты наделил их разумом. Теперь они готовы стать частью нашего мироздания.

– Не понимаю.

– Видишь ли. Творческий потенциал человека создает удивительные, яркие, насыщенные вселенные. Каждая известная книга, фильм или компьютерная игра рождают своих героев, которые благодаря человеческой мысли воплощаются в пространстве. Не на Земле, а в более тонких материях и слоях. За тысячи лет истории вашей планеты были созданы миллионы уникальных миров. Вы даете жизнь самым поразительным объектам и образам.

– Ну, а я то здесь причем? – ошарашенный от подобной информации, непонимающе спросил я.

– Ты как никогда при всем. Ты создал замкнутый самодостаточный мир. Замкнутые структуры возникают только тогда, когда вся механика книги, фильма или игры может жить и взаимодействовать друг с другом и с окружающим пространством самостоятельно.

– Ну ладно, написал я книгу, создал, как ты выражаешься, замкнутую вселенную, а цель то моего пребывания здесь какая?

– Понимаешь, миры становятся живыми, только если их творец наделяет их жизнью. Ну ты вот, сидел писал, написал, выложил. Думаешь все? У тебя есть всего лишь безжизненный, бездыханный эмбрион. Это просто текст. Он не живет своей жизнью.

– Кажется я начинаю понимать.

– Да, да. Я могу видеть мысли и образы в твоей душе. Книг написано много, но только немногие становятся действительно живыми, популярными, о которых не забывают столетиями. Это те, из которых доносится дыхание жизни. Ты правильно мыслишь. Одну книгу возьмешь, и бросишь читать на второй странице, другая захватит и не отпустит до последнего слова. Шестеренки души плотно совпадают с живой сущностью книги, как морской осьминог, как лицехват из фильма "Чужой" они присасываются к сознанию становясь вторым я. Такие книги становятся популярными, ими зачитываются миллионы. Наслаждаются каждым мгновением. Ближе к концу чтения с грустью понимают, что придется расставаться с ней. А по прочтении долго еще переживают содержимое.

– И как сделать книгу живой?

– Нужно её полностью прожить.

– Как это?

– Прожить жизнь в книге, наполнить её своей жизнью, испытать все то, что там происходит, почувствовать на своей шкуре всю опасность и действенность написанного собой же, опробовать всю механику сюжета. Религиозные мудрецы прошлого говорили: "Вы дадите ответ за каждое свое слово".

– То есть все авторы пережили подобное?

– Да.

– Достоевский, Гомер, Кастанеда…

– Да. Большинство о своем опыте молчали. Некоторые говорили об этом и их считали сумасшедшими, а потом они и по-настоящему сходили с ума. Печальные последствия писательства для не здравомыслящих людей с тонкой душевной организацией. Пережить на своей шкуре все злоключения своего героя, это то еще испытание.

– И как эти миры живут?

– Они развиваются в более тонких слоях мироздания. В таком находишься и ты. Живут дальше своей жизнью, происходят разные изменения, эволюции и революции.

– То есть я сейчас отправлюсь в собственное произведение переживать все злоключения моего героя? На это уйдут месяцы. Меня хватятся знакомые и родственники.