Колонист "Вано" - Лео Сухов

- Скажите, Иван… Вам не кажется, что в своём развитии человечество несколько… Скажем так, рискует? – неожиданно проговорил Евпатий.

- Чего? Эм… Ну да, возможно, – осторожно согласился Иван, щурясь на бейджик, потому что это кричащее, вопиющее имя никак не хотело запоминаться. – Евпатий, а как это относится к э-э-э… К моему займу в счёт социальной выплаты?

- Всё в мире взаимосвязано, – сообщил Евпатий. – Вы сейчас берёте займ и, соответственно, получаете меньше денег по социальной выплате. Вы приходите сюда, и у вас остаётся меньше времени на то, чтобы отдохнуть после работы... Даже то, о чём вы сейчас думаете, будет иметь долгоиграющие последствия для судьбы всей Вселенной.

- А о чём я сейчас думаю? – с опаской спросил Иван.

- Вам лучше знать, – бесстрастно ответил сотрудник учреждения, убирая со стола серую коробочку, на которую так увлечённо смотрел всю последнюю минуту. – Я не умею читать мысли.

- Ага… – кивнул совершенно растерянный Иван, который просто хотел получить деньги, а не разводить споры о судьбах Вселенной.

- А вы не хотели бы снизить риски для человечества, Иван? – снова спросил Евпатий, вгоняя гостя в ещё больший ступор. – Не хотели бы внести свой вклад в сохранение людей? Создать антирисковый или даже, можно сказать, антикризисный актив человечества?

- А-а-а… – Иван открыл рот, но не нашёлся, что ответить.

Ему понадобилось долгих десять секунд, чтобы осмыслить происходящее… А потом он неожиданно расслабился, широко улыбнулся и сказал:

- Нет, ну я за всё хорошее! И против всего плохого!

- Это отлично, – согласился Евпатий. – Впереди людей ждёт ещё немало опасностей. Каждая из них может оборвать развитие цивилизации. И, соответственно, лишить Вселенную уникальных черт человеческого вида. А ведь он признан весьма перспективным… Да-да…

Несмотря на то, что Евпатий правильно ставил ударения, верно использовал слова и даже применял элементы разговорного жанра, возникало ощущение, что Иван говорит с иностранцем. Речь его странного собеседника была напрочь лишена эмоций. Точнее, он явно пытался передать их интонационно, но при этом от него не веяло никакими эмоциями. А из-за этого Ивану рвало шаблоны, и он терялся.

- Человеческие фантасты любят писать о том, что цивилизация людей очень агрессивна, – проговорил Евпатий. – Или о том, как она слаба… Однако жизнь во вселенной развивается по схожим законам и правилам. И человечество, знаете ли, мало чем отличается от других разумных видов в галактике…

Иван открыл было рот.

И снова его закрыл. На него лился стопроцентный, дистиллированный бред. К сожалению, лился он таким потоком, что не оставлял шансов на то, чтобы выплыть, не наглотавшись.

- Человечество – это такой середнячок. Причём, во всём. Средне-агрессивное, средне-талантливое, средне-сильное… – проговорил Евпатий. – Но у него есть один несомненный плюс: оно стоит на правильном пути развития. И скоро, возможно, даже в ближайшие столетия, пройдя через пару кризисов, а затем стабилизировав последствия научных рывков, сумеет дотянуться до звёзд...

- Рукой? – выдавил из себя Иван.

- Метафорически, – то ли ответил, то ли поправил его Евпатий. – Но вот кризисы… Кризисы несут в себе риски. Серьёзные риски. Каждый такой кризис способен окончить существование человеческой цивилизации на взлёте. А это довольно неприятная потеря для галактики. Пропадёт уникальная культура, уникальный генофонд, уникальные открытия… Разве можно допустить, чтобы такое произошло?

- Нет! – уверенно заявил Иван. – Ни в коем случае! Такого допустить нельзя! Как нельзя допустить и того, чтобы я сидел без денег!..

Намёк был совершенно непрозрачный, но Евпатий его проигнорировал. Он сидел за столом, на котором лежал его портфель, и, не моргая, смотрел на посетителя.

- Вы весьма перспективный молодой человек, – продолжил Евпатий. – Хорошее здоровье, неплохие когнитивные способности… К тому же, вы так и не нашли, чем бы полезным заняться в жизни. Ваш вклад в антикризисный актив человечества – это реальная возможность создать что-то невероятное, что-то новое. В общем, что-то такое, что оставит свой след в истории галактики.

- Если этот вклад уменьшит сумму, которую я сегодня получу, то: не сог-ла-сен! – сразу ответил Иван, почувствовав: его собираются развести на что-то нехорошее.

- О, нет! Такие вещи невозможно оплатить деньгами, – и тут случилось чудо, которого посетитель серо-белого офиса никак не ожидал. А если точнее, Евпатий неожиданно улыбнулся. – Только личное согласие.

Улыбнулся Евпатий только губами. Серые глаза как ничего не выражали, так и продолжали ничего не выражать.

- Лично я – согласен! – Иван почувствовал лёгкое раздражение, потому что сидящий напротив человек уже более получаса бездарно тратил его, Ивана, свободное время.

А если говорить по-простому, то минута за минутой отнимал время от тех самых четырёх часов, которые щедро оставил Ивану будний день, чтобы ни в чём себе не отказывать.

- Это хорошо, – проговорил Евпатий, разглядывая сидящего напротив человека. – Очень хорошо…

- А когда я смогу получить деньги? – поинтересовался Иван, прищурившись на бейджик. – Евпатий, вы не поймите меня неправильно…

- Ах да, деньги, – Евпатий совершенно бесстрастно залез в портфель и вытащил оттуда стопку банкнот, положив её на стол. – Этого хватит?

Иван чуть расширил глаза от удивления, потянулся к деньгам, а потом – отдёрнул руку. Ситуация смущала его, хотя он уже успел сделать для себя определённые выводы.

- Но… Мне же должны выдать договор, я должен его подписать… И нужно провести договор через бухгалтерию… Деньги должны начислить на чип!.. – растерянно проговорил молодой человек.

- Лишние формальности, – заявил Евпатий. – Я просто дам вам денег, и вам даже не срежут социальную выплату. Как вам?

- Я что-то должен сделать за эти деньги? – осторожно уточнил Иван, пытаясь найти подвох в этом явно неприличном предложении.

- Нет, – ответил Евпатий. И даже бесстрастно поджал губы.

- Мне надо будет их вернуть?.. – предположил Иван. – Может, вы душу потребуете?..

- Нет и нет, – ответил Евпатий. – Включите запись.

Иван быстро активировал запись видео, как его и просили. Хотя даже в этой мелочи он явно чувствовал подвох. Просто никак не мог понять, какой именно.

- Я, Евпатий Серафимович Сивокобылов, по собственному желанию, находясь в трезвом уме и твёрдой памяти, безвозмездно передаю