Бегство колдуна - Андрей Снекиров

Непонятное месиво медового окраса лежало на поверхности, медленно растекаясь в разные стороны. Приглядевшись, Роза увидела неровные коржи, которые были навалены друг на друга и слеплены вместе непонятной жижей, придававшей всей конструкции охряный цвет. Сверху лежала яркая клубника, сильно контрастирующая с тем, что было под ней.

— С днем рождения, Розалинда, — улыбнулся он, и морщины под его глазами улыбнулись вместе с ним.

— Ва-а-а-у! — воскликнула девочка, — Это мне? Это все мне?!

— Ешь на здоровье.

— Спасибо, пап!

Девочка взяла ложку и, взяв ее в кулак, стала медленно есть, растягивая момент. Сладости были редкостью даже для богатых из деревни, что уж говорить про семью бедного вдовца?

Папа гладил ее по голове, пока она уплетала торт, и улыбался. Его ладонь наткнулась на шишку девочки, и улыбка моментом исчезла. Взгляд сам собой притянулся к синим отметинам от пальцев на гусиной шее девочки.

Он поднялся с кровати, разом помрачнев.

Ему нужно меньше выпивать. Он был в завязке уже больше месяца, но на Розалинде все так долго заживает…

Через несколько минут мужчина уже стоял около двери, за плечом у него был лук и колчан со стрелами, на боку висел новенький бастард — недавняя покупка на рынке в большом городе.

— Ты куда? — спросила Роза, оторвавшись от сладостей.

— На охоту с мужиками. Пригляди за хозяйством пока меня не будет, хорошо?

— А как же праздник..?

— Как вернусь, обязательно придумаем что-нибудь. Можем попросить у соседей лютню и спеть что-нибудь.

— А ты умеешь играть на лютне? Здорово!

— Научусь, если на то пошло. А ты полей огород к моему приходу и прополой грядки.

— Хорошо, — улыбнулась девочка, — Удачи.

Отец коротко кивнул ей и вышел из дома. По полу из-за открытой двери протянулся сквозняк утренней прохлады.

Розалинда отложила торт в сторону, и, не удержавшись от соблазна, легла обратно.

Пять минуточек поваляюсь, не страшно.

И с этими мыслями она погрузилась обратно в сон.

Проснулась она через несколько часов, когда солнце почти встало в зените.

— Блин!

Девочка вскочила на ноги, отбросив в сторону одеяло. Скинула с себя спальную одежду и кинула ту на кровать. Бросилась к сундуку, оттуда вырыла аккуратно сложенный розовый сарафан. На ходу надела его, схватила лежащий на столе кусок хлеба, пихнула его себе в рот и помчалась в прихожую, по пути застегивая пуговки у себя на спине. Около выхода она немного потопталась на месте, пытаясь попасть последней в петельку. Когда ей удалось, она надела свои башмачки, и почти выпрыгнула на улицу.

Солнце, такое жаркое и яркое для последнего месяца лета, стояло высоко в небе, опаляя все под собой, будто прощаясь перед долгими холодными месяцами. Несмотря на скорую осень, ни в деревьях, ни в траве не было даже намека на желтизну. По ярко-синему небу медленно плыли кудрявые, словно белые барашки, облака.

Деревня, в которой жила дочка с отцом была маленькой, совсем крошечной. С них даже не взимали ежемесячный оброк зерном и посевами, только ежегодный. В основном, дома были деревянные, но встречались и каменные, и даже был один большой двухэтажный, наполовину каменный, а на другую — деревянный. Их с отцом домик расположился на самой окраине, подальше от леса и поближе к речке.

Она свернула направо, в сторону небольшого огорода, огражденного забором. Открыла калитку и остановилась.

Близилась осень, а вместе с ней и пора сбора урожая. Плоды уже поспели, но папа сказал ей не собирать их без него, а только ухаживать: удалять сорняки, поливать и удобрять, пока он с другими мужчинами деревни были на охоте на лесную дичь. Глава семьи вообще редко оставляет ее одну — все-таки девочке нет и десяти лет — но когда он отсутствует, управление хозяйством переходит в руки Розы.

И уходил на охоту он, как и другие мужчины редко — дичи в лесу было мало.

С чего бы начать?

Конечно, розовый сарафан не очень подходил для копания в земле, но девочке уж очень хотелось похвастаться своим новым платьем перед другими детишками.

— Розалинда! — окликнул ее сбоку юношеский голос.

Над забором мелькнула белобрысая макушка и голубые глазенки, потом еще раз. И еще раз. Потом гостю надоело прыгать и сначала голова, а потом и все тело протиснулись через дыру в заборе.

Перед Розалиндой возник лопоухий мальчик семи лет от роду, с очаровательными светлыми кудряшками, обрамляющими веснушчатое личико. На среднем пальце левой руки было надето медное кольцо.

— Вы вернулись! — воскликнул он.

— Привет, Рональд, — улыбнулась девочка.

— И каков он?

— Кто?

— Ну… большой город?

— А-а-а… Ну-у он красивый, и людей много…

— Ва-а… А остальные тебя уже видели?

— Нет, мы с папой вчера очень поздно вернулись, когда все в деревне уже спали.

— Да? Тогда пошли, поздороваешься со всеми, — мальчик взял ее за руку и повел с огорода.

Девочка оглянулась на грядки и про себя решила, что польет их сразу после того, как погуляет.

Дети разных возрастов уже собрались на поляне и запускали в небо несколько воздушных змеев. Как только парочка вышла из лесной тени, на них все обернулись, и кто-то в толпе крикнул:

— Это же Роза!

Все внимание детишек сразу поглотила она и большой город. Они окружили ее с расспросами об поездке.

Розалинда, в свою очередь, сначала стеснительно, но потом привыкнув к аудитории, поведала им о том, как по пути в город на них напал отряд разбойников, как отец храбро сражался и они разбежались, как на них накинулась стая волков, и как они с папой отбивались от них с факелами. Правда, она немного приукрасила свой рассказ, и никаких волков и разбойников там не было, но остальные смотрели на нее восторженными детскими глазами.

— А что было потом? — спросила девочка чуть старше Розы.

— А потом мы успешно добрались до города и три дня ходили по местной ярмарке.

— А потом?

— А после мы вернулись обратно сюда, уже без происшествий. Видимо, тем ворюгам и псам хватило первого раза, ха-ха-ха, — девочка рассмеялась и ее смех подхватили все остальные…

Домой она вернулась, когда солнце уже близилось к горизонту. Уставшая и голодная она переоделась в свою повседневную одежду, а сарафан, на котором уже было небольшое пятнышко грязи — последствие беготни за дворовой кошкой — она кинула в корзину для стирки.

Собрав свои длинные волосы в высокий пучок, она направилась в огород поливать грядки.

Когда последняя грядка была изрядно полита, она доела торт, который был все таким же сладким, как утром. Ей нужно было