Рагнаорк - Станислав Аничкин

С этим грузом Ригран вернулся за стол и залпом опустошил кружку кисло-сладкого пойла, крепкого ровно настолько, чтобы дать уставшему от сражений разуму отдохнуть, но не свалить с ног и не отправить в беспамятство. Естественно, если знать меру. Но закалённые в боях воины клана прекрасно всё понимали и останавливались после двух-трёх кругов.

— Тебя что-то тревожит, — раздался голос Вайш. Женщина подошла к супругу со спины и нежно обняла.

— Есть немного, — нехотя ответил Ригран. Лучший снайпер клана видела его насквозь безо всякого прицела и рун. Он мог скрыть эмоции ото всех, кроме Вайш нар-Вейгу.

— Не хочешь поделиться?

— Не здесь. Давай выйдем. Я только что был на улице, метель уже закончилась и, кажется, немного потеплело. Знаешь, даже побывав почти на всём континенте, я могу с уверенностью сказать, что нет ничего прекраснее гор Ороконара.

— И я с тобой согласна.

Двое ороконеру вышли из убежища и вдохнули свежий морозный воздух.

— Мне тоже нужно кое-что рассказать, — чуть нахмурившись сказала Вайш.

— Тогда начинай, — ответил Ригран.

— Сегодня на задании один из наших сплоховал. Он признался мне сам.

— Кто? — настала очередь архаваггая хмуриться. — И в чём это выразилось? Поподробнее, будь добра.

— Олин. Он дал одному остроухому сбежать. Не магу. Простой солдат, не сильно старше его.

— Проклятье! Чем он думал?!

— Успокойся, прошу тебя. Парню всего четырнадцать лет, а ему уже приходилось убивать, и не раз.

— Мергу тринадцать, но он почему-то не позволяет себе слабости. Враг — это враг. И неважно сколько ему лет, если он держит в руках оружие. Тем более, возраст элливейро ты так просто не определишь. Ему могло быть как семнадцать, так и тридцать. Олин будет наказан. Если вдруг каким-то образом окажется, что тот остроухий видел, как… — Ригран запнулся.

— Что он видел?

— Э-э-э… Как бы тебе сказать… — протянул ороконеру.

— Прямо. Как и полагается лидеру.

— Заклинание эльфов попало в меня, Вайш, но я всё ещё жив и стою перед тобой. И я вспомнил, что такое уже случалось. И не раз. Мне кажется, что мы каким-то образом частично устойчивы к их колдовству, понимаешь? Но Хешма говорит, что это невозможно. Только представь, что случится, если я прав и остроухие узнают об этом…

— Великие духи…

По глазам супруги Ригран понял, что теперь и она испытывает те же чувства, что и он сам совсем недавно. Теперь архаваггай был уверен на все сто процентов в своей правоте, что бы ни говорила нар-Альзо. Но для того чтобы узнать наверняка, нужно найти кого-то, сведущего в прикладной октологии. Внезапно в жёлтых глазах Вайш отразилась ярко-красная вспышка.

В ту же секунду алая молния ударила в то место, где располагался спрятанный в горах бункер. Двух ороконеру, стоящих в десяти метрах от входа, отбросило в сторону. Они кубарем покатились к обрыву, лишь чудом остановившись за несколько шагов до пропасти. Тем временем за первой молнией последовала ещё одна, и ещё, они продолжали бить, растапливая снег. Превращая металл укрытия в расплавленную массу.

Погребая под завалами клан нар-Вейгу и его мечты.

Ригран взревел и попытался подняться на ноги, но у него не вышло. Ороконеру упал рядом с лежащей без сознания Вайш и беспомощно смотрел на открывавшийся в красных энергетических всполохах портал. Архаваггай потянулся за оружием, но его пистолет, по всей видимости, выпал из кобуры во время падения.

Мужчина предпринял ещё одну попытку подняться на ноги и когда у него получилось, встретился лицом к лицу с тощим эльфом, презрительно смотревшим на него и Вайш. За спиной пепельнокожего стояло ещё четверо таких же высоких и худых представителей его нрода.

— Йараллион! Нас да лио кааднам? — спросил один из них на своём языке.

— Интеома занегас хэ, Йанаффар, — ответил тот, кто явно был главным.

— Я… Тебя… — прорычал Ригран нар-Вейгу, занося кулак, но эльф оказался быстрее оглушённого ороконеру. Последним, что тот увидел, была летящая в его сторону ладонь.

* * *

Первым пришёл запах. Целый сонм ароматов. И среди них отчётливее всего слышалась вонь смерти. Что-что, а этот смрад Ригран не перепутал бы ни с чем. А наличие обоняние говорило о том, что он ещё жив. А значит, жив и его клан.

Многие считают, что кланы ороконеру состоят исключительно из кровных родственников, но это далеко не так. Даже один единственный выживший мог возродить архадо, став новым архаваггаем. Обучить традициям беспризорников с улиц, взять их на воспитание, провести ритуальный обмен кровью. Тяжёлая работа, но клан превыше всего.

Правда, Ригран нар-Вейгу пока думал не о возрождении. Он всё ещё верил, что кто-то мог пережить безжалостную атаку остроухих. А те явно догадались об устойчивости, судя по их тактике.

«Ошибка Олина, кажется, стала роковой. Для него самого в том числе».

Открыть глаза всё ещё не получалось, зато к запахам начали добавляться звуки. Лязганье механизмов, треск электричества, шум пара и скрипучие голоса элливейро. Мозаика начинала складываться: Ригран находится в плену у остроухих. Чего же от него хотят, всё ещё оставалось непонятным.

Внезапно в какофонию звуков ворвался ещё один: стон, наполненный болью и отчаянием. А следом за ним женский крик.

Это был голос Вайш нар-Вейгу.

Он послужил для Риграна катализатором, и ороконеру наконец-то смог распахнуть глаза. Только для того, чтобы увидеть, что он, скованный жёсткими кожаными ремнями по рукам и ногам, находится в стеклянной колбе. В одном лишь нижнем белье. Ещё два ремня шли крест-накрест на груди, поддерживая мужчину в вертикальном положении. Судя по тому, насколько сильно всё затекло, пробыл в таком состоянии он уже достаточно долго.

Но был и как минимум один плюс подобного положения: возможность осмотреться. Вокруг было грязное помещение, напоминавшее старую заброшенную фабрику. Металлические конструкции были покрыты ржавчиной, а деревянные доски кое-где прогнили насквозь. Всё это никак не напоминало лаборатории элливейро, в которых ороконеру уже успел не единожды побывать, а значит они не в глубине вражеской территории.

Ригран поводил глазами и увидел свою возлюбленную. Её колба, на удивление чистая и прозрачная для окружения, была закреплена на неком подобии подвесного конвейера. Не считая следов от ремней и старых шрамов, едва заметных на антрацитовой коже, на теле Вайш не было видно каких-либо серьёзных ранений. Женщина смотрела не на Риграна. Ороконеру проследил за взглядом супруги и увидел целый ряд таких же подвешенных прозрачных цилиндров, наполненных телами соклановцев.

В том, что все они были мертвы,