Мастер лжи - Илья Рэд

При очередном ударе дубинкой я так развернул своё превращённое в мясо лицо, что та прилетела мне в висок и закончила мучения. Тут же наступила темнота, и я провалился в… Смерть?

* * *

Ничего этого восторженного с тоннелями и прочими подземными сооружениями не было. Я очнулся валяющимся на траве. Странно.

Ведь погода была пасмурной, поздняя осень. А сейчас мне в глаза бьёт настырное летнее солнце. Просыпайся, и всё тут. Я это ощущал чуть ли не тактильно, пока, наконец, не открыл глаза. Первое, что я увидел — это огромное синее небо, облака и какую-то чертовщину высоко-высоко.

Переведя взгляд в сторону, я понял, что оказался на обочине. Меня что вывезли загород, пока был в отключке? Ну, ладно.

Я перевернулся на живот, боясь резко вставать. Ведь если конечности и всё остальное не болели, так это от шока. Скоро должен почувствовать боль, но она не приходила.

Или мои познания в физиологии подвели, или я совсем отбил мозги тем ударом. И такое бывает, главное — быстро прийти в себя и оценить обстановку. Убивать меня не стали. Значит, просто избавились, думая, что и так сдохну. Что ж, это их самая большая ошибка.

Не успел я представить, как пенетрирую кочергой Эдичку, как услышал нечто такое, что смутило и дало первую информацию. Чуть выше, прямо на дороге фыркала и нетерпеливо била копытом лошадь.

Я смог встать и, прикрывая глаза ладонью, глянул в ту сторону. Так и есть — допотопная повозка, груженная всяким хламом: тряпьём и пустыми бочками.

Позади на просёлочной дороге потихоньку опускался слой пыли. Видно, наездник мчался на всех порах и решил остановиться. Может, докинет до ближайшего города? Похоже, это дремучая глухомань, раз у жителей не хватает денег на примитивную тачку или трактор.

— Жив? — спросил дребезжащий недовольный голос.

Странно, но боль так и не пришла — следовательно, ещё как жив!

А вот следующий момент оказался не слишком приятным — я увидел свою ногу. Не ту с мощными икрами и волосатую, как душа мамонта, а тощую спиченцию с коленками доходяги. Что?!

Взгляд на руки, и вот от былого хорошего настроения не осталось и следа. Какого чёрта? Где мои бицухи?

Я оттянул верхнюю одежду и увидел плоский как у дрища живот с выпуклым пупком. МОЙ ПУПОК БЫЛ НОРМАЛЬНЫМ!

Мужик бурчал пару фраз про нерасторопных и слепых пацанов, без мозга и царя в голове. А я с замиранием сердца, прямо на его глазах, взялся за пояс и, чуть не крича, обнаружил внизу чужого обитателя штанин.

— Что ты там разглядываешь. Умом тронулся? — извозчик картинно сплюнул вязкой ракетой через дырку в зубах, а я осмотрелся вокруг.

Бескрайний луг, где-то вдали смеются в платках три девушки, неся в руках свёртки. Странная мода. Я такие шмотки видел, когда в детстве рассматривал исторические книжки из библиотеки.

Как правило, в этот момент отец колошматил мамашу в соседней комнате. Та часто скуривала его «последнюю радость в жизни».

— Ты что-то сказал? — я, наконец, ответил мужику и сам удивился своему голосу.

Чересчур юношеский, только-только после подростковой ломки. Как же непривычно.

Я чуть не скривился от отвращения, но нужно было решить проблему с транспортом. Поэтому вышел на дорогу и встал перед запряжённой, косящей глазом, лошадью. Их я не боялся и умел кататься верхом. Дорогое удовольствие, но оно того стоило. Также в мои навыки входило управление любым драндулетом, катером и даже лёгким самолётом.

Я протянул свою нежно-белую кисть и погладил гнедого красавца по морде. Умный малыш. Славный. Правда, хозяин его не щадил — это видно по затянувшимся ранам на спине и бокам.

— Сын свиньи, убери оттуда руки, — забрюзжал дородный мучитель. — Катись в сторону, я спешу.

— Куда? Присунуть своей безносой жене? — я сразу нашёлся что ответить.

С такими по-другому нельзя — понимают только силу.

— А ну, пшёл, — взмах кнута и по ноге стегануло жаром.

Вот это да. Это что же он — поднял руку на незнакомого подростка? Занятные тут порядки, ничего не скажешь. К горлу было подступил ком обиды и слёзы предательски поползли в уголки глаз, но я волевым решением втянул их назад и расплылся в улыбке, показывая, что мне совсем не больно.

— Малахольный ты какой-то.

— Я тебе дам малахольный! — снова замахнулся дядя Жир.

Не знаю, как его зовут на самом деле, но эта кличка в самый раз. Щёки, воспитанные на пирожках, так и трясутся от мелкой злобы. Привык, гад, кидаться на слабых. Сейчас я тебя проучу.

Я не учёл одного — новое тело не отличалось подвижностью и ловкостью. Поэтому стоило больших трудов увернуться от плети, летящей прямо в лицо. Ого, да он не шутил.

«Только проснулся и тут же влип — узнаю старину Гордея», — улыбнулся я про себя. Ситуация, как говорится, сложная, но не невозможная.

— Моя бабка и то сильней бьёт, — подразнивал я его.

Никакой бабки у меня не было — все они померли давно и стёрлись из памяти. Долбанные родственнички — это про мою семью. Один другого краше. Поэтому, спустя годы, вся эта братия благополучно забыта. Особенно когда стал настоящим хищником.

А кто я сейчас? Какой-то непонятный шкет. Имею ли я право с ходу наезжать на незнакомцев, к тому же намного сильнее и массивней меня? Конечно, да!

Адреналинчик заиграл в крови. Я наловчился уворачиваться от кнута, бегая вокруг тележки и понося жирного обидчика. Наконец, ему надоело и, грозя кулаком, весь раскрасневшийся, он от души лупцанул по бедной лошадке и тронулся в путь.

«Гордей», — сказал я себе, глядя, как не спеша отдаляется повозка. — «Неужели ты такой слабак? Стерпишь обиду от зазнавшегося простолюдина?»

В былые годы передо мной расступались в стороны, стоило зайти в элитный ночной клуб. А тут отмудохал кнутом непонятный мужичонка. А я даже ни одного удара не нанёс.

«Да нет же. Тебе надо осмотреться, понять, что к чему, аккуратно выведать у местных, куда ты попал и лишь потом предпринимать активные действия…»

Я обдумывал всё это, рыская по полю в поисках чего-то увесистого. Я знал себя — не той породы, чтобы просто так закрывать глаза на унижение.

Парочка камней и кусок коряги сойдут. Отломал от неё палку и побежал следом за телегой. Задними зеркалами там и не пахло, поэтому не боялся, что спалят.

Но вот чего не ожидал, так