Возвращение Ворона - Адам Хлебов

В других случаях она действовала очень неизбирательно, и могла служить причиной гибели или увечья невинных жертв.

Я не так часто успевал попользоваться ею в своем прошлом воплощении. В первые разы я даже не осознавал, что вызываю стихии.

Я тушил пожар дождем. Убил случайной молнией барона Ван Туйля, покалечив ожогами стоявших с ним рядом горожан.

Поднял ураганный шторм в день гибели Элайны и потопил десятки кораблей.

Позже в Новгороде я научился вызывать стихию, но мне по-прежнему было не по силам вовремя остановить ее.

Я мог вызывать дождь, снег, ветер, молнии.

Для этого я должен был ощущать опасность и мысленно выразить желание.

Каких-то специальных заклинаний для это знать не нужно.

Если испытываешь сильную тревогу, то просто думаешь, что хочешь дождь и дождь идет.

Чувство опасности явственно ощущалось.

Сейчас было бы неплохо избавиться от этих двоих. Дело не в том, что я их опасался. Наоборот было даже ощущение азарта и желание подраться.

Но мне приходилось сдерживать себя. Совсем не хотелось подставлять свою матушку и раскрывать ее убежище. А я собирался сейчас именно к ней.

Все это мне рассказало мое новое тело.

Я решил вызвать обильный снегопад, для того чтобы скрыться от назойливых глаз за снежной пеленой.

Я был уверен, что за густыми хлопьями эти двое меня проморгают.

Я встал. Посмотрел на серые тучи над головой и запросил сильнейший снегопад.

«Вот бы сейчас пошел такой сильный снег, чтобы вокруг ничего не было видно» подумал я и стал ждать.

Обычно, подключение стихий к моим желаниям приходилось ждать всего пару секунд. Но на небе ничего не происходило.

Я повторил попытку, но в и этот раз снег не пошел.

Я не сдавался и попробовал в третий раз. Но результата не добился. Наоборот, тучи немного разошлись и сквозь них стали пробиваться лучи солнца.

— Блин! — вырвалось городское московское словечко у меня от досады.

Мне стало понятно, что в этом мире, эта моя магическая способность заблокирована.

Придется принимать бой. Я посмотрел на свои руки. Тело подростка давало определенные преимущества в скорости и ловкости. Но не в силе. Одолеть двух здоровых мужиков будет не просто.

Я снова закрыл глаза на мгновение и увидел, что мои преследователи уже стоят на Долгоруковской улице в Новой Слободе прям рядом с домом, где я прятал свою матушку.

В моей голове созрел план. Я нащупал свой нож на ремне за спиной и зашагал в их строну.

Если хочешь решить проблему иди к проблеме, а не избегай ее.

Я добрался до двух бандитов, подобравшись по ближнему переулку. Мой внутренний радар работал как швейцарские часы.

Они стояли у чернеющей ледяной тропинки, раскатанной до блеска местными ребятишками, и пока еще не видели меня.

Слепив два плотных снежка, я запустил первый с пятнадцати шагов в одного из них.

Есть попадание!

Снежок попал в голову и сбил шапку. Он инстинктивно бросился ее подбирать.

Второй, грозно сдвинув брови, обернулся в мою сторону чтобы понять кто швырялся.

Но разглядеть не успел. Следующий снежок, издав плотный ледяной шлепок, со свей дури угодил ему в рожу — прямо в переносицу.

Он ослепил мордоворота, взвывшего от боли, стоявшего над ледяной тропкой с широко раздвинутыми ногами.

Пора!

Я молниеносно выхватил свой нож из-за спины и прилично разогнавшись, заскользил на коленях по отполированной глади льда между его сапог.

Проносясь под ним, я стремительно черканул ему лезвием по внутренней стороне бедра.

Он ещё не успел оправиться от прилета в лицо, а уже из его ноги хлестала кровь.

— Убью, паскуда! — глубоким басом прохрипела первая образина, пытаясь схватить мена за воротник, когда увидела, как я на скорости проскользнул мимо них. Но тщетно. Он был слишком медлителен для меня.

— Толстомордый, ты сначала догони меня и сам не убейся! — прокричал я ему, вскочив на ноги, и бросился наутек не оборачиваясь.

Бандит посмотрел на своего приятеля, потом на меня, и сообразив, что ему одному придется меня догонять, бросился в погоню.

Они были довольно тупы, как и многие рядовые головорезы, выполняющие роль пугала или солдата в бандах во все времена.

Я уже разорвал дистанцию и скрылся у него из виду, заскочив за угол ближайшего дома.

Там располагался небольшой двор.

Прямо здесь я выхватил из ближайшей поленницы топор и присел на корточки в ожидании противника.

Вот оно преимущество маленького тела!

Ты слабее, но когда надо — ты мало заметен.

Увалень выскочил во двор, в поисках меня. Его взгляд скользил на уровне глаз взрослого человека.

Я замахнулся, и, со всей силы, засадил ему обухом торопа по ногам.

Сначала по колену, а потом по пальцам второй стопы.

Мягкие кожаный сапоги никак не могли защитить его ногу от моего удара.

Бандюга с воем полетел лицом вниз.

Я не стал дожидаться пока он перевернется, и в следующее мгновение, оглушил его ударом в затылок.

Положив ему руку на сонную артерию, я убедился, что он жив. Вырубился. Ну ничего, пусть полежит, подумает о жизни.

Прохожие, заглядывающее во двор равнодушно проходили мимо.

Бандюга создавал впечатление пьяного мужика, недобредшего до своего жилища.

Я пнул его со злости в бок, положил топор на место и побежал к черному ходу постоялого двора, где квартировалась матушка.

Мордовороты, как-то вычислили наше местоположение, нам нужно было срочно менять дислокацию.

На пороге меня встретила Гаврильевна — моя нянька, теперь повитуха у моей матушки.

— Ишь, бесенок! Куды летишь? — спросила она уступаю мне дорогу, — Ефимия Алексеевна, Илюшка явился — не запылился.

Я впорхнул в комнату, где сидела красивая молодая женщина лет тридцати. Она была моей мамой.

— Матушка! Гаврильевна! давайте собирайтесь! Мы уходим, здесь больше нельзя оставаться.

— Илюшка, что стряслось? — она встревоженно встала со скамьи и обняла меня.

Я не хотел пугать этих двух женщин, но и времени на раскачу у нас было не много. Нужен был весомый повод заставить их собираться.

— Видел, я дружка своего, который у Васьки-Губы ошивается на побегушках. Он предупредил, что его бандюги в полдень сюда придут. Нельзя вам тут оставаться.

Гаврильевна ойкнула и засуетилась, собирая узлы с одеждой и посудой.

— Брось, все это Гаврильевна. Не тронут они котомки твои. У нас уплачено на месяц вперед, я договорюсь с хозяином постоялого двора, о том, что заберу эти шмотки позже. Мама не стой. Собирайся. Берите только самое необходимое на пару дней.

Матушка покачала головой и тоже ринулась